Чтение онлайн

Глядя в окно, он, казалось, погрузился в свои мысли. Девушка украдкой покосилась на парня. Ей не нравилось, как он забавлялся ее настроением, она ведь не игрушка, в конце концов. И это ужасно, но его глупые комплименты ей льстили. Комплименты от этого типа!

Ханна сосредоточилась на дороге. В свете придорожных фонарей плясали снежинки, их белизна, казалось, разгоняла сумерки. Машина ехала мимо пологих холмов, едва различимых вдалеке. Хорошо бы скатиться на санках по этим укутанным снегом склонам… Странно, что совсем близко к Нью-Йорку раскинулись пустые поля. Но вскоре Ханна заметила, что из-под снежного полога выглядывают кресты. Это было не поле, а кладбище!

Девушка отправила родителям эсэмэску: мол, все в порядке, ей придется задержаться на один день в Нью-Йорке, но ей есть где остановиться. Пусть это и не вполне соответствовало истине, но как-нибудь все утрясется. К тому же ей не хотелось сейчас говорить с семьей – она боялась, что не сможет сдержать слезы. Но она не хотела, чтобы близкие за нее волновались. Ханна еще ни разу не праздновала Рождество без своей семьи.

Мама сейчас, наверное, ставит в комнате рождественские ясли, которые Ханна с папой когда-то смастерили из фанеры. Тогда руки у папы не так сильно дрожали, и он еще мог орудовать пилой. Они с Ханной заперлись в сарае у бабушки в деревне и потом устроили маме и Лени сюрприз. И пусть Ханна только немного помогла папе, выполняя простейшие поручения, ясли были предметом ее гордости. Она выпросила у живших неподалеку фермеров солому, вырезала из деревянных брусков фигурки и обтянула их войлоком… По дому уже, наверное, разносится аромат рождественского ванильно-орехового печенья, а комната, где стоит елка, надежно заперта. Конечно, и Ханна, и ее двенадцатилетняя сестра давно уже знали, что подарки приносит вовсе не Санта-Клаус, но они обе очень любили это волшебное время года и старательно делали вид, что до сих пор верят в чудо.

Эсэмэска не отправлялась. Да и загрузить веб-страницу не удалось. Судя по тому, что творилось за окном, Ханне действительно предстоит впервые провести Рождество без родителей. Без сестренки. Без рождественской елки. Стоп!

Сейчас ей стоит сосредоточиться на том, где она сегодня будет ночевать.

– По-моему, связь упала: ни одна страница не загружается, – пробормотала она.

– Не стоит смущаться из-за того, что у тебя нет друзей, Ханна. Мобильный интернет работает. – Кайл, казалось, ненадолго задумался и несколько смущенно почесал в затылке. – Не волнуйся, мы найдем тебе какое-нибудь местечко для ночлега. – Парень вздохнул, словно пересиливая себя. – Я могу спросить у моей тети, не согласится ли она пустить тебя переночевать. И вообще, я знаю кое-каких людей в городе, которые мне должны.

– Но мне не нужна услуга от каких-то твоих людей, Кайл, – возразила Ханна. Ей не нравилось, что ему вздумалось играть роль ее благодетеля. – Можешь проверить свой телефон? По-моему, сеть все-таки упала. Или все дело в моем дурацком мобильном операторе. Да и сам телефон у меня дерьмовый.

– Ух ты, я и не знал, что ты используешь такие неблагозвучные слова!

– Я даже номер в гостинице найти не могу. А чем позже я начну его искать, тем ниже шансы что-нибудь найти.

– Номера в гостиницах есть всегда. Поверь мне, я-то знаю. – Кайл опять растянул губы в столь раздражавшей Ханну улыбке.

– И как это у тебя получается, что каждое произнесенное тобой предложение звучит неприлично? Это ведь вполне безобидная фраза. Но когда ты ее произносишь, она звучит… непристойно.

– Персик, по-моему, это ты нафантазировала себе какие-то непристойности. Тебе кажется. Фраза действительно совершенно безобидная. Номер в гостинице снять очень легко.

– Может, тебе и легко. Тебе же наплевать на деньги.

На мгновение лицо Кайла омрачилось, будто ему на самом деле не понравилось то, что сказала Ханна. Но эта тень огорчения мелькнула и исчезла.

Как бы то ни было, пререкания с Кайлом все равно ни к чему не приведут.

– Можешь проверить, работает ли у тебя связь?

Кивнув, Кайл достал телефон, набрал номер и подождал.

– Привет, Дэвид. Да, ага. Ясненько. – Он махнул рукой Ханне, показывая, что связь есть. – Нет, рейс на Барбадос отменили. Никакой вечеринки с девчонками в бикини на Рождество. Отстой, чувак. Я тут с Персиком в такси еду. – Повернувшись к девушке, Кайл подмигнул и внимательно уставился на нее.

Ханна закатила глаза. Тем не менее она заметила, что в полумраке метели радужка парня казалась синей, а не голубой, как обычно. Ресницы у него были черными, густыми, почти как у девушки. Очень красивые глаза, пусть Ханне и хотелось стукнуться лбом о стекло дверцы потому, что она вообще позволяла себе думать о таком.

– Ага. Ханна, студентка по обмену. Суперсекси. Первоклассный шведский экспорт. Уж повезло так повезло… – Он широко ухмыльнулся.

Ханна замахнулась, делая вид, что собирается его ударить, но потом опять покрутила пальцем у виска.

– Ой-ой, – протараторил Кайл. – Прости, тут кое-кому срочно нужно мое внимание, эти шведки такие ненасытные… Пока, дружище. – Он положил трубку.

– Ты просто невыносим. – Ханна покачала головой.

Девушка старалась не думать о том, что она суперсекси.

Эти слова ей… понравились? Нет, быть этого не может. Это сексизм. Так ведут себя только мачо. Такие слова никому не должны льстить.

– А при чем тут шведский экспорт?

– Ну, ты же из Швеции?

– Дюссельдорф находится в Германии, дуралей. Качок, что с тебя взять?..

– Ах вот оно что, Дюссельдорф, – протянул Кайл.

Название города он не исковеркал, но явно намекал на то, что его сбило с толку произношение Ханны. Ей вспомнилось, как однажды в колледже она десять минут говорила со студенткой, изучавшей литературоведение, и только потом поняла, что та имеет в виду «Гете», произнося «Госи-и-и» с щелевым «с», – просто американцы так произносили буквосочетание «th». Надо сказать, студентка была огорошена тем, что Ханна почему-то никогда не слышала о величайшем немецком поэте по имени «Госи-и-и».

– Так ты из Германии? – удивленно уточнил Кайл. – А вовсе не из Швеции? Ох, это многое объясняет.

– Что объясняет?

– Ничего, забудь. – Кайл отвернулся к окну.

Наверное, он все-таки не знал, что Дюссельдорф находится в Германии, а не в Швеции, и теперь ему было неловко. На самом деле Ханна жила не в Дюссельдорфе, а в Бонне, вернее, в пригороде Бонна, но лететь из Нью-Йорка в Дюссельдорф было выгоднее. Впрочем, Кайл ее об этом не спрашивал. Должно быть, ему стыдно показаться настолько необразованным. С другой стороны, Ханна вынуждена была признать, что она сама не знает все городки в Монтане.

– Может, у тебя мобильный оператор лучше, – неохотно согласилась она. – У меня предоплаченная симка, я же тут ненадолго. Ты не против, если я твоим воспользуюсь?

– Нет, ты была права. – Кайл пригладил вихры, все еще глядя в окно.

– В смысле? – Ханна потрясенно воззрилась на него.

При ее словах неспешно, точно в замедленной съемке, губы Кайла растянулись в улыбке, словно он больше не мог сдержаться.

– Ну да, – хихикнув, он повернулся к Ханне.

Девушка хлопнула себя ладонью по лбу.

– Погоди-ка, это все был розыгрыш? Ты никому не звонил?

– Неплохо, да? Впечатляющее достижение для тупого качка, которым ты меня считаешь, верно? В конце концов, это же не я состою в театральном кружке.

– Но как… Постой, откуда ты знаешь, что я в театральном кружке?

– Удивлена? Хоть я и не знал, как тебя зовут, это еще не означает, что я никогда не обращал на тебя внимания.

Кайл смотрел ей прямо в глаза, и Ханне показалось, что она покраснела до корней волос. Во всяком случае, щеки у нее горели. К счастью, в салоне было темно.