Магия Pixar
Шрифт:
Команда сценаристов продолжала работать над сценарием и во время производства. Среди поздних добавлений была встреча Базза с визжащими игрушками-инопланетянами в Pizza Planet, которая появилась во время мозгового штурма с дюжиной режиссеров, художников-раскадровщиков и аниматоров из Disney. По сценарию Базз попал в ракетообразное сооружение, которое на самом деле было автоматом «Достань игрушку», но месяцы усилий не привели к внятным идеям о том, какие именно игрушки ему встретились внутри и что там произошло. (Среди отклоненных идей были игрушечные медведи и кусочки пиццы из пластика в солнечных очках.) Во время встречи так и не было найдено решение, и тут вдруг кто-то произнес ключевое слово: клешня. В этот момент будто вылетела пробка, и идеи полились рекой.
«Мы начали обсуждать вдоль и поперек любую бессмысленную идею, которая только могла появиться в фильме, — рассказывает Стэнтон. — “Не вступай в борьбу с клешней”, “исполни волю клешни” и т. д. Крис Сандерс, художник-раскадровщик “Красавицы и Чудовища”, набросал характерный образ трехглазых инопланетян, который в итоге и попал в фильм».
Готовая анимация появлялась со скоростью примерно три минуты в неделю. Для членов команды было сложно оценивать качество фильма в течение большей части производственного периода, поскольку готовые кадры были разрозненными и не сопровождались музыкой и звуковой сценографией.
«У меня не было ни малейшей причины считать, что из этого получится что-то стоящее, — вспоминает Барзель, только что получивший тогда степень в Калифорнийском технологическом институте и присоединившийся к команде «осветителей». — Я знал, что в сфере короткометражек Джон был выдающимся аниматором. Но я встречал авторов, у которых были великолепные рассказы и убогие романы, и понимал, что тут требовались другие таланты. У меня не было основания полагать, что Джон обладал талантом к созданию полнометражного кино».
Он ожидал, что результат будет интересен для самих аниматоров и заядлых поклонников анимации, но, вероятно, не вызовет особого ажиотажа у широкой публики. «Я присоединился к команде, поскольку хотел получить практический опыт, — говорит он. — Я думал: ну да, это будет первый полнометражный [компьютерный анимированный] фильм, поэтому в любом случае будет здорово поучаствовать, чем бы это ни закончилось».
Барзель поверил в успех после того, как увидел Лассетера за работой. Он обнаружил, что у Лассетера была удивительная способность переключаться с макроуровня целого фильма на микроуровень любой детали, которой он был занят в данный момент.
«Глядя на отдельный кадр — это очень тщательная работа, — он никогда не забывал о его роли в контексте целой истории, — вспоминает Барзель. — Он мог сказать что-то вроде: “Этот персонаж впервые сталкивается с этой ситуацией — очень важно, чтобы у него был правильный блеск в глазах”».
Барзель начал думать, что Джон знает, что делает. Фильм может получиться очень хорошим.
Однако одному человеку в Pixar такой уверенности в «Истории игрушек» недоставало.
7. Шаг в бесконечность — 2
Стив Джобс вложил в компанию около пятидесяти миллионов долларов. И регулярно терял деньги каждый год. Теперь он столкнулся с вероятностью еще больших долгов, хотя Disney согласилась увеличить свой ничтожный бюджет на «Историю игрушек» с 17,5 до 21Д миллиона долларов, однако и этого было недостаточно. К 1994 году стало очевидным, что затраты возрастут еще на 6 миллионов долларов. Исходя из этого, Disney настояла, чтобы Pixar использовала дополнительную кредитную линию в 3 миллиона долларов, чтобы покрыть свою часть возросших расходов, и при необходимости обеспечила кредит личной гарантией Джобса. Потерявший терпение от постоянно увеличивающихся расходов Pixar, Джобс несколько раз пытался продать компанию целиком или частично, пока «История игрушек» находилась в производстве: он предлагал сделку Hallmark, соучредителю Microsoft Полу Аллену, соучредителю и генеральному директору Oracle Ларри Эллисону. Теперь, осенью 1994 года, Джобс намеревался продать Pixar другому состоятельному покупателю — компьютерному колоссу, расположенному в Редмонде, — Microsoft.
На переговорах представителем Microsoft выступал первый вице-президент компании, отвечающий за передовые технологии, — тридцатипятилетний Натан Мирвольд. Защитив диссертацию в Принстоне в двадцать два, Мирвольд год проработал научным сотрудником в Кембридже вместе с физиком Стивеном Хокингом, где занимался теорией гравитации и искривленного пространства-времени. В отпуск он поехал к друзьям в район Залива, чтобы поучаствовать в одном проекте по разработке программного обеспечения. Там он попал в сети увлеченных программистов и предпринимателей и в Кембридж больше не вернулся. В Беркли он стал соучредителем компании Dynamical Systems, которая занималась разработкой операционных систем для персональных компьютеров. Компания два года продержалась на плаву, а потом, в 1986-м, ее купила Microsoft. В Microsoft он убедил Билла Гейтса создать корпоративный исследовательский центр Microsoft Research, во главе которого и стал Мирвольд.
Большую часть своего времени Мирвольд тратил на поиски ведущих исследователей и новых многообещающих технологий. Он уже встречался с некоторыми пиксаровскими специалистами — Кэтмеллом, Смитом и Лореном Карпентером — на конференциях SIGGRAPH в конце 1980-х и держал с ними связь.
«Изначально я был заинтересован в них, так как мы интересовались графикой; к тому же мы были не прочь инвестировать в новую технологию, которая позже станет актуальной для персональных компьютеров, — вспоминает Мирвольд. — Затем, спустя какое-то время, наши интересы стали масштабнее, a Pixar все топталась на месте в поисках своего пути, и мы несколько раз обсуждали, стоит ли нам приобретать лицензии на их технологии».
Таким образом, в начале 1990-х он начал переговоры с Pixar по поводу лицензирования PhotoRealistic RenderMan, чтобы включить эту программу в Windows. Мирвольд считал, что PRMan станет стандартом для программ Windows в сфере высококачественной графики. Поскольку PRMan был слишком медленным для интерактивных приложений, таких как игры, компании рассматривали идею создания скоростной установки для этих приложений под названием Real-Time Render-Man. Однако в итоге Мирвольд сделал другой выбор; Microsoft лицензировала программу 3D-графики OpenGL от Silicon Graphics — в некоторых аспектах программа уступала по мощности пиксаровской, однако была более быстрой и приспособленной к нуждам интерактивности. (Позже Microsoft по непонятным причинам станет использовать для Windows другой трехмерный графический интерфейс — Direct3D.)
Хотя предыдущие переговоры ни к чему не привели, Мирвольд выразил весьма сильную заинтересованность, когда в 1994 году Pixar объявила о возможной продаже. Microsoft выкупила компанию Элви Рея Смита Altamira спустя несколько лет после его ухода из Pixar, а самого Смита заманила в исследовательский центр в качестве главного эксперта по графике. Мирвольд подыскивал других известных исследователей в области компьютерной графики.
«Самой большой группой невероятно гениальных специалистов в области графики, которую мы еще не заполучили, была компания Pixar», — рассказывает Мирвольд.
Джобс и Гейтс, рожденные в один год, оба были частью индустрии персональных компьютеров с момента ее зарождения. В прошлом Джобс всячески старался очернить продукты Microsoft, что имело оттенок личного соперничества. («Билл Гейтс всегда очень уважал Стива Джобса, — рассказывает Мирвольд, — однако по некоторым причинам я не уверен, что это было взаимно».) Во всяком случае, теперь Гейтс больше не был врагом; враждебность Джобса была направлена на компанию, из которой его выкинули, на Apple Computer — это выражалось даже через его рабочий компьютер в офисе Pixar, на котором была установлена система Windows.