Чтение онлайн

— Как ты себя чувствуешь?

Она улыбнулась, похлопав свою кобылку.

— Намного лучше, особенно сейчас, когда мои бедные ноги отдыхают.

— Я не об этом.

Она нахмурилась, пока до нее не дошло, что он спрашивал о ее потерянной девственности. Она отвернулась от него к бурлящей речной воде.

— Я в порядке.

Он двигался так быстро, что она даже не успела среагировать, когда он притянул ее к себе и накрыл ее рот. Поцелуй был всепоглощающим и страстным. В ней мгновенно вспыхнуло желание, заставив тяжело дышать.

Когда он прервал поцелуй, ей пришлось схватиться за него, чтобы устоять на ногах. Она подняла глаза, чтобы увидеть довольную улыбку на его лице.

— Для чего это было?

— Я хотел сделать это, как только ты проснулась сегодня утром, но не было времени.

Она не пропустила маленькие линии беспокойства вокруг его рта.

— Я не жалею ни о чем.

Он отвернулся от нее, играя с кончиком ее косы.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

Когда он не посмотрел на нее, она протянула руку, начав поворачивать его голову, пока он не подчинился.

— Это было лучше, чем я могла мечтать, Дроган.

Он по-прежнему не двигался. Она не знала, что делать, кроме как обнять его и положить голову ему на грудь. Его руки обернулись вокруг нее, прижимая к себе. Она улыбнулась и на мгновение прикрыла глаза.

Их покой длился недолго, до того момента, пока одна из их лошадей не вскинула голову и не фыркнула. В мгновение ока Дроган усадил ее в седло и они галопом помчались прочь.

Чуть позже, он замедлил бег лошади до прогулочного шага и остановился, пока Серена не догнала его.

— Если повезет, мы доберемся до Вулфглинна сегодня вечером.

Она не могла дождаться этого момента. Девушка наслаждалась временем, проведенным с Дроганом, но постоянное беспокойство приносило огромный стресс.

Как только они и с семьёй Джерарда окажутся внутри каменных стен Вулфглинна, она почувствует себя намного лучше. Они зашли так далеко; так что закончат и остальную часть пути.

По крайней мере, это то, что она повторяла сама себе.

***

Дроган не мог дождаться, когда доберется до своего дома. Он нигде не чувствовал себя более комфортно, кроме как за массивными каменными стенами.

Он снова и снова возвращался взглядом к Серене, чтобы убедиться, что ей не больно и она в порядке. Она ехала элегантно, так же, как делала все остальное. Не было никаких сомнений, что она леди, независимо от того, что она говорит.

— Прекрати, — сказала она после того, как он снова посмотрел на нее.

— Я ничего не делаю.

Она закатила красивые голубые глаза.

— Ты продолжаешь смотреть на меня, как будто ожидаешь, что я упаду с лошади.

Дроган старался сдержать улыбку.

— Ты отличная наездница.

— Тогда почему ты так смотришь?

Он отвел взгляд от ее напряженных глаз и уставился между ушей своей лошади. Без сомнений он не собирался признавать, что любит смотреть на ее красоту. Он мог себе представить какова будет ее реакция.

— Дроган?

Он закрыл глаза и вздохнул. Ему нужно было подумать.

— Моя кобыла моложе твоей. Я только хотел убедится, что твоей не нужен отдых.

— Ох.

Было ли это разочарование в ее голосе? Не может быть. Несмотря на то, что они больше не говорили о том, что она подарила ему свою девственность, он подозревал, что она просто позволила своей осторожности ослабнуть накануне, и сомневался, что это случится снова.

Все из-за проклятия.

Проклятия, смысл которого он до сих пор не понял. Очевидно, что что-то, связанное с мужчиной и женщиной, но что именно?

— Расскажи мне о проклятии.

Он ожидал, что она откажется, но она убрала волосы с лица.

— Я не уверена, хотела ли мать проклясть только одну девушку или же всю женскую линию рода. Проклятие гласило, что мужчина оставит женщину после рождения ребенка. В итоге, рано или поздно, именно это и происходит с каждой из нас, кто осмелится отдать свое сердце мужчине.

— Всех?

Она кивнула, продолжая смотреть прямо перед собой.

— Вот почему наш род вымирает. Большинство женщин предпочитают жить в одиночестве, чем терпеть невыразимую муку от потери любимого мужчины.

— Это то, что случилось с твоим отцом?

— Да. Он оставил маму через пять дней после моего рождения. Я никогда не видела его и не имею ни малейшего желания видеть его сейчас.

Дроган не знал, что сказать. Он представлял себе всё, что угодно, но только не это.

— Я сожалею, Серена.

— Не стоит.

— У вас и так достаточно трудная жизнь, но с проклятием, тянущимся сквозь века, должно быть, стала еще тяжелее.

— Мы справляемся.

Некоторое время они ехали в тишине, а его ум пытался понять концепцию проклятия.

— Был ли случай, когда у кого-нибудь получилось снять проклятие?

— Нет. Оно будет продолжаться до тех пор, пока не останется никого из нас.

— Ну, ты же сама сказала, что не видела никого из вашего рода кроме Адрианны. Что если одной из них удалось преодолеть проклятие?

Она взглянула на него, как будто он был придворным шутом.

— Если бы такое произошло, то слухи об этом распространились бы очень быстро.

— Ну а вдруг? — настаивал он.

— Я не могу исключить этого. Хотя на протяжении многих веков, такого не случалось.

— Это лишь то, что известно тебе, — добавил он.

Она громко вздохнула.

— Я поняла твою точку зрения, Дроган. Все возможно, но я верю тому, что вижу, а мои глаза говорят мне, что мой род вымирает.

Он не стал говорить ей, что они могут просто скрываться.

— Просто представь, — сказал он, улыбнувшись ей.

— Хорошо, — неохотно согласилась она.

— Что, если существует способ разорвать проклятие?

Она пожала плечами.

— Если одна из нас когда-нибудь снимет проклятие, то это повлияет только на неё, а остальные bana-bhuidseach будут все так же прокляты.

Это то, о чем он подумал, но хотел, чтобы она это сказала вслух. Мужчина не мог понять собственную потребность заставить ее мыслить в том же русле, что и он, просто знал, что это очень важно.