Чтение онлайн

Иоланта сделала несколько резких шагов в мою сторону, оказываясь в опасной близости от моего горла. Я вздрогнул, подумав что эльфийка решила меня зарезать. Но (к счастью ли?) у нее на уме было другое. Ее руки быстро обыскали мой наряд, проверяя карманы, ткань и даже подкладку. Она ничего не нашла, пока не добралась до моей груди.

На божий свет показался золотой медальон архимага. Толпа ахнула. Им не часто попадаются такие подарки, если вообще когда-то попадались. Архимаги и высшие — непререкаемое военное начальство помимо генералов и маршалов в армиях Первой эпохи. Вот тебе и ничего не решающий рядовой…

Иоланта с ненависть взглянула мне в глаза, после чего рывком сорвала золотой кулон с моей шеи. За время войны маги прикончили больше эльфов, гномов, друидов и фей чем любое пехотное соединение. Волшебство всегда сильнее меча.

Вместе с амулетом Дархана пропала последняя искра надежды. Толпа двинулась ко мне, грубо хватая под руки. Кто-то заехал мне в живот, после чего Ываш дал короткую команду увести шпиона. Двое схвативших меня эльфов поволокли мое бренное тело в неизвестном направлении… Я отчаянно упирался, продолжая хвататься за жизнь:

— Это подделка! Я клянусь вам, это дешевая подделка! Я купил ее в магазине приколов, чтобы выглядеть круче… В ней нет ни капли магической силы! Можете проверить. Иоланта!! Поверь мне!!! Спаси меня…

Но никто не обратил на мои вопли должного внимания. Мои сапоги волочились по земле, а каждый зевака в лагере мог поглядеть на бесплатное представление. Не каждый день ловят архимага в стане врага. И о пощаде не может быть и речи — эльфам нужно кому-то отомстить за недавнее поражение и эту честь они явно возложат на меня.

Вот так и кончается любая история. Всему свое время, все мы смертные. Кого-то дряблая старуха настигает раньше, кого-то позже. Кого-то по справедливости, а кого-то как меня. Большая часть жмуриков этого мира — ни в чем не повинные ребята, которые просто оказались не в том месте и не в то время.

За короткие мгновения я вспомнил свою не слишком длинную жизнь. Сколько всего я еще мог успеть. Сколького я не сделал! Черт возьми, да я почти ничего не сделал! За все эти годы, мне не удалось совершить ни одного достойного гордости дела. Быть может, кара справедлива? Быть может, это мой удел?

Я не знаю, а времени искать ответ у меня нет. Когда на твоей шее толстая петля, руки связаны за спиной, а ноги с трудом держат равновесие на шатком пеньке, как-то не до анализированния. Больше думаешь об эльфе, который с большим достоинством перекидывает петлю через толстую ветку и закрепляет ее вокруг ствола.

На мою скромную казнь собрался весь лагерь, душ триста если не больше. Все чумазые, заляпанные кровью и грязные, все пережившие сегодняшнюю битву. Возможно большинство из них в разгроме винят меня, ведь магия всегда решала исход сражений, но пытаться их разубедить я не мог. Мешала петля.

«А мы популярны, — с обреченным сарказмом ожил мой внутренний голос. — Столько народа собралось… да на наше день рожденья и трех человек собрать было нельзя. А здесь на казнь собралось не меньше нескольких сотен. Уходим красиво, партнер».

Да, с этим не поспоришь. Ухожу я действительно красиво. Если бы меня еще было кому оплакивать, если бы я знал, что за мою самоотверженность мне поставят памятник и назовут в мою честь парочку борделей — я бы не так грустил. Но ничего этого не будет. Через пару минут меня повесят, а к обеду все забудут, что когда-то был такой славный парень по имени Тод.

Такова жизнь.

А вскоре я узнаю, какова на вкус и смерть.

Мне стал зачитывать приговор почтенный старец. Даже друиды не смогли отречься от грязной работы. Хотя чего удивляться, они такие солдаты как и все. К тому же в столь ответственном дела, как казнь колдуна, не помешает магическая страховка. Эльфы знают не по наслышке на что способны маги Первого королевства.

«Статья — военный шпионаж, звучит гордо, — не унимался внутренний голос; он как и я был в полной истерике. — Капрал Бумми и ребята пустили бы слезу от гордости».

Петля сдавливала шею. Никогда не предполагал, что это так угнетающе. Не каждый выдержит понимание, что его через несколько минут вздернут. Я бы наверное обмочился, если бы было чем. Всю жидкость организма я оставил на коротком допросе, в котором из меня ничего не выбили кроме имени и рода занятий. Казнь откладывать было нельзя, эльфы волновались, требовали заслуженной крови.

Вперед вышел Ываш, деловито заложив руки за спину. Официальным до нельзя тоном, он проинформировал:

— Господин Тод, вы имеете право на последнее слово. Желаете что-нибудь сказать?..

— Да, да, конечно! — поспешно выпалил я, словно от скорости зависело мое спасение. — Вы совершаете ошибку. Большую ошибку! Я богат, чертовски богат! Моя семья одна из самых влиятельных в Первом королевстве. Родные заплатят вам такой выкуп, что вам и не снилось.

— Это все? — по тону командира Ываша можно было судить, что его мнение о благородных магах резко упало.

— Подумайте хорошенько! — брызжа слюной, крикнул я. На глаза наворачивались слезы. — Подумайте стратегически! Войну не выиграть без денег и ресурсов. Я предлагаю вам сумму, которой можно вооружить две армии!!

Эльфы молчали. Вся их огромная толпа молчала. Нет, они не задумались над моим предложением. Оно было ложным от начала и до конца. Они смотрели на меня со смесью презрения и жалости. Доблестного рыцаря я не напоминал, цепляясь за свою жизнь из последних сил.

Пенек под ногами зашатался сильнее. Мои колени дрожали. Я еще раз обвел взглядом толпу, а потом зажмурился. Конец есть конец. От него не уйти. Возможно в другой жизни мне повезет и я стану…

— Невероятное зрелище, такое можно увидеть раз в сто лет, а может и реже.

Я узнал голос, он был таким же как раньше. Милозвучным и чуть-чуть потусторонним. Пенек вот-вот должны были выбить у меня из-под ног, и я не решался открыть глаза. Это иллюзия, плод моего воображения! Этого не может быть…

Все же я сделал над собою усилие и приоткрыл один налитый кровью глаз. В почтительно расступившейся толпе эльфов, действительно стояла Она. Королева Дона, как всегда прекрасна и обольстительна, опасна и терпелива. Сердце мое забилось в три раза быстрее. Я понял, что свое свидание со смертью можно отложить до худших времен…