Чтение онлайн

Я умираю каждый день -

Спасибо, мысли!

Я избегаю лишних дел -

Спасибо, жизни!

Я не сумела стать сама

Тем, как хотела.

Сижу на кухне,

А в руке мечта без дела.

Пусть разобью я жизни стук,

Мне надоело.

Я полететь хочу на юг

Своих умений.

Мне нужно большее понимать

В этом задворье.

Я так надеялась любить,

Но не позволил…

– Странно, почему нападающий демон-маг у меня ассоциируется с любовью, - хмыкнула я, когда прочла на листке, что получилось, - Любовь и смерть. А что, интересный шаблончик, как раз для докторской диссертации.

После чая я привычно уселась за комп. Начало февраля, каникулы кончаются, работу мы проделали немалую, а вот ощущения, что все успели найти, всему необходимому научиться – у меня нет. Мы также беззащитны, раз Армель смог пробраться в мои сны. И это нужно прекратить.

После двух часов, проведенных у компа, ко мне пришла идея.

– И что это я заморачиваюсь? Соня у нас исследователь? Вот пусть и исследует инет контент. А я иду к ней.

Взяла гитару и поехала. А что, нужно соединять приятное с полезным. На гитаре я не умела хорошо играть, так несколько аккордов – никогда специально не училась, ребята в деревне показали. Летом, мне как раз стукнуло 15 лет, в разношерстной компании, умение парня играть на гитаре казалось верхом романтики. И повод встретится – опять же неплохой. Впрочем, второго свидания не было…

Доучивали же меня этому непростому делу школьные подружки; но, не имея музыкального образования, и сами толком не могли объяснить, как надо играть. Но для сочинения простеньких песен мне оказалось достаточно. Я бы даже сказала-самое то.

Глава 21

Соня

Я бы могла сказать, что чувствовала себя гениальным военным стратегом, Кутузовым или Суворовым, Наполеоном, на худой конец, мои мысли искрились идеями и складывались в ошеломительные операции, но это было бы неправдой.

Идей у меня не было. Совсем. Я пила чай, запивала его кофе, даже мама давала какую-то тонизирующую витаминку – я объяснила свое волнение и желание быть в форме грядущим фестивалем, но ничто не помогало серым клеточкам, а я все более и более отчаивалась.

Варя просила от меня вариант действий. Да, последняя встреча на днях прошла плодотворно. Пока я искала инфу в интернете, подруга бренчала на гитаре, и действовала мне на нервы. Предъявлять претензии к вновь обретенной напарнице я не стала, но зубами скрипела каждый раз, когда она скатывалась на тему любви. Оттолкнуть любовь, перебить любовь, не знать ее в принципе, и петь о ней песни – гениально, правда?

Дружба дружбой, а сны Варя рассказывала мне не все, хотя мы и договаривались. Объясняла это моим моральным спокойствием, а я решила пойти на принцип – не хочет, ну и не надо, сама спрашивать не буду. Что интересно, после того знаменательного полета, мои собственные сны не запоминались. Снится-то они снились, но оставались в виде эмоционального осадка – приятная легкость в теле, либо подавленность, а иногда страх или возбуждение. Так что полностью из сновидческой жизни меня не выкинули, что радовало – успела я таки к ней привыкнуть.

Но свой сон про вальс с Армелем она рассказала, в красках и подробностях. Если честно, я поежилась. Встречаться со своим бывшим, да еще с ТАКИМ мне не хотелось. Вернее, хотелось очень сильно, только варианты, как нам их победить, а персонально с его блондинистого лица стереть эту наглую ухмылку, так въедливо запавшую мне в душу, все-таки не приходили в голову.

От всех болезней Маэстро советовал медитации. Я пробовала задавать вопрос и ждать ответа. После часового ожидания на ковре, затекшей спины и рук, приходила мысль, что ответ слишком сложный, чтобы схватить его на лету.

Что ж, я готова к импровизации. Осталось только выбрать поле битвы. Насколько я помню из всех учебников истории, кто выбирает поле, тому и карты (географическая, какая же еще?) в руки.

Варя настаивала на лесе, но позиция эта явно необдуманная. Ведьмы, вставшие на нашем пути явно древние, а значит, на природе могли дать самый сильный отпор, забрав необходимую энергию из живого окружения. С другой стороны, заманив их в каменные джунгли, мы должны продемонстрировать магический суперкласс, иначе тут нас и прикопают. А показать его мы не сможем. Что же делать? Дилемма.

Однозначно, их нужно победить, они опасны для общества, и я печёнкой чувствовала – и для нас тоже. Но оставались варианты только с военной хитростью, а тут уже проблемки. Никогда не любила войнушки. Нет, не так - я любила войнушки, когда можно кого-то стукнуть – например, игрушечным мечом по попе, а вот если не стукать… Тут я пасс.

Варя предлагала попросить ветра помочь нам спеленать демонов или лишить их воздуха в легких. Но я не уверена, что нам ничего не будет за убийство пусть и опасных, но магически одаренных существ. Таким образом, после долгого мозгового штурма, сформировалась главная идея - обезвредить и передать в руки Следственному Управлению.

Вызванный Варей на переговоры Северный помогать отказался, объяснив тем, что ветра не могут так активно вмешиваться и захватывать в плен нарушителей, как маги. Если каждый раз вмешиваться, то и гармония нарушится, а это недопустимо. Оттолкнуть преследователей, если на нас напали со спины, помочь уйти – это да, а вот участвовать наравне с нами отказался, да и наш план показался ему детским.

Вот в таких размышлениях, муках и занятиях прошел февраль. Меня отправили от колледжа на фестиваль «Веселой музыки», я заняла третье место, и мне выплатили небольшое денежное поощрение, что было невероятно приятно и очень кстати, ибо родители планировали весной менять машину и всячески экономили на мелочах. А так я купила себе новую синтепоновую куртку, весьма симпатичную – с темно-синим отливом.

И вот я, в новой куртке, с радужным настроением, 29 февраля чуть было не порушила все наши тщательно лелеемые планы. По окончании лекций и дополнительной репетиции, вышла на улицу. В маленьком колледже всегда душно, и я с удовольствием вдохнула свежий, весенний воздух. Легкий ветерок подгонял облака, а птички стаями кружили и что-то каркали. Меня охватило радостное предвкушение, и, не зная почему, ноги сами понесли к скверу.

Сквер пустовал. Сидеть на лавочках – холодно, ноги после удобрения реагентами утопали в слизкой жиже, а плавно тающие сугробы при входе превратились в полноводные реки.

Как я его не заметила – не знаю. Направившись к нашей лавочке, я старалась не попасть в особо глубокие лужи, и не упасть на особенно скользких оставшихся льдинках.

– Софи.

Низкий грудной голос, с еле различающимся акцентом. А я думала, что уже забыла, как он звучит. Вздрогнула и подняла глаза.

Армель сидел на спинке нашей лавочки. Немного отросшие светлые пряди развивались на ветру, а томный взгляд будто манил подойти ближе.

Вся моя натура протестовала, я чувствовала в нем опасного хищника, но вот мозги…они придумали свой собственный вариант развития событий: нужно, подыграть, в конце концов, у меня может быть частичная амнезия.