Чтение онлайн

Неразборчиво пролепетав что-то, что называют согласие, я вышла из кабинета профессора Князевой и направилась прямиком на поиски Макса. Неприятное ощущение внутри кричало о том, что не только меня попросили «присмотреть» за Аней.

Первым делом я решила штурмовать его логово, которое он создал, не без помощи Ольги, естественно. Северное крыло института в прицепе было местом, где студенты появлялись очень редко, в основном это было крыло для преподавателей, но когда я выглянула из-за угла, прямо возле скрытой двери стояла парочка, которую, казалось, не отлепить друг от друга. И уходить они, видимо, тоже не спешили. Вариантов решения этой проблемы у меня было не так много, поэтому я выбрала самый лёгкий – я аккуратно выглянула из-за угла, нащупав сознание девицы, которую, кажется, скоро проглотит её паренёк, я узнала, что зовут её Анастасия Таранова. Быстро придумав историю, которой мне предстоит отвлечь парочку, я выбежала из-за угла, создавая впечатления, что бежала через весь институт.

– Ты Анастасия Таранова? – спросила я, будто задыхаясь от преодолённого расстояния.

– Э-э, да, я, – смущённо ответила светловолосая девушка, медленно выползая из-под огромного парня, прижимавшего её к стене. – А что такое?

– Тебя профессор Князева ищет по всему южному крылу! – протараторила я так быстро, как могла, нагоняя панику – Сказала, чтобы ты как можно быстрее её нашла.

– О, Боже! – недовольно выдохнул парень – Эта Князева даже из Отражения кого хочешь, достанет!

Мысленно согласившись с недовольным парнем, я достала связник, убедившись, что это именно тот, который мне нужен был.

К тебе скоро прибежит напуганная второкурсница, заранее извиняюсь, мне нужно было расчистить путь к Летинцкому.

Алла Морозова

Как только парочка скрылась из виду, я как можно быстрее забежала в скрытую дверь, за ней скрывалась винтовая лестница, которая вела к железной двери. Я ещё ни разу не была в мастерской Макса, хотя мастерской это сложно назвать, по его рассказам я поняла, что это больше обычная комната, чем что-то схожее на мастерскую. Лестница не внушала доверия, создавалось впечатление, что в ней нет никакой пропорциональности – слишком узкое начало вело к широкой середине, и заканчивалось всё чем-то средним между началом и серединой. Взявшись за перила, я сделала первый шаг, и тут же пожалела об этом – вся конструкция стала дребезжать, сообщая о том, что если я пойду дальше, то ничего хорошего меня не ждёт. Медленно сделав ещё один шаг на следующую ступеньку, я сама не заметила, как перестала дышать, вся лестница с новой силой начала ходить из стороны в сторону. Я поняла, что это очередная ловушка Летинцкого, приблизительно то же самое он любит устанавливать в своей комнате, чтобы я либо не смогла туда попасть, либо убила все свои нервы, пока добираюсь до конечной точки. Что ж, братец, поиграем.

– О-о, давно я не видел, как ты летишь вниз головой с высоты! – не успела я сделать шаг, железная дверь открылась, и из неё вышел Макс с натянутой на физиономию ухмылкой.

– Ха-ха, – цепляясь всё сильнее за перила, хмыкнула я – Сделаем вид, что я посмеялась. Может, ты мне всё-таки поможешь?!

Закатив глаза, Макс всё-таки коснулся перил. В эту же секунду лестница перестала издавать ужасный скрежет и остановилась, я неуверенно сделала ещё один шаг, наступая на следующую ступеньку. Теперь страх грохнуться с высоты рассеялся, как ни бывало. Я забралась так быстро, что даже не успела этого понять, как уже стояла на пороге, раскрывая рот от удивления – комната была такой просторной, что казалось, здесь может поместиться целая группа Заклинателей. По обе стороны от входа располагались длинные, но узкие столы, чуть дальше стоял небольшой диван бордового цвета. В дальнем правом углу было пустое пространство, и я была практически на сто процентов уверенна, что там скрывалась кровать. Рядом находилась деревянная дверь, и естественно, за ней была ванна комната. В центе стоял книжный столик, а вокруг него располагались несколько мягких стульев.

– Это на что же ты подписался, что Ольга помогла тебе отгрохать такое местечко? – не скрывая злорадства, спросила я, скрещивая руки на груди.

– Душу тётушке продал – ничуть не смутился Макс, продолжая ехидничать.

– Ой, да ладно! – рассмеялась я, расхаживая по просторной комнате – Продавать-то у тебя там нечего. Ладно, я вообще искала тебя по другому поводу. Какого чёрта ты и слова мне не сказал, что произошло с Аней? Я, как только узнала, побежала к нашей ведьме, а меня чуть не заставили шпионить за Аней!

– Морозова, у тебя есть дурная привычка всё приукрашивать – ответил Макс, расставляя на книжном столике чашки. – Никто не будет за ней шпионить. Но понять, что она за человек, и на что способна нужно.

– Чего?! – поперхнувшись, чаем выдавила я. Я подалась вперёд, чтобы убедиться, что Макс сказал именно то, что я услышала, но как только я попыталась проникнуть к нему в сознание, моментально скривилась от головной боли. – Летинцкий, это точно ты? Ты же сам говорил, что в дела Союза ты ни ногой, что всё это принесло только ужас и боль. Ну, в общем, всё из этой серии…

– Я хочу ей помочь, – голос его изменился так быстро, что теперь я вообще была не уверенна, что это всё правда. Может, меня туманят? Макс был совершенно серьёзный, смотря мне прямо в глаза, он будто говорил мне, что не очередная его шутка.

– С чего вдруг? – как-то резко спросила я, сама мало понимая почему. Последние несколько лет Макс закрылся в своём панцире, и лишь изредка открывался для некоторых людей. И ни о какой помощи другим людям вообще не шла речь, после того, как он не смог помочь одному единственному, но очень близкому человеку, Макс не видел смысла помогать кому-то ещё. Всё это время он только и делал, что винил самого себя во всём, что произошло, хотя это была вина всего союза.

– Сам не знаю, – хрипло заметил Макс, уводя взгляд от меня. Знал, но не хотел, чтобы знала и я. – Если ты не хочешь в этом участвовать, то заставить тебя никто не в силах, Алла. Я сам пока толком не понимаю, во что именно это выльется, вероятнее всего, Лапина возненавидит меня, но так даже лучше. Ничего не должно измениться.

После этих его слов я невольно посмотрела на тыльную сторону своей правой руки, а затем сразу перевела взгляд на Макса, он сжал эту же руку в кулак. Я поймала себя на мысли, что начало студенческой жизни для нас обернулось чередой странностей, которые я пока никак не могу объяснить.

– Раз… – произнесла я, положив правую руку на столик. Уже через мгновение на ней появился рисунок журавля, летящего только вперёд. Прошло так много лет, но это всегда останется между нами.

– …и навсегда – закончил фразу Макс, кладя свою руку с таким же появившимся на ней рисунком. Последний раз мы проявляли свои татуировки три года назад, когда казалось, что выхода из темноты уже никогда не будет.

– Ты знаешь, что делать? – спросила я, ломавшимся от странных чувств голосом.

– Смутно – ответил Макс, но в глазах его я видела только уверенность. Я не понимала, с чем связаны такие резкие перемены в его поведении, но точно знала, что совсем скоро всё станет понятно. Возможно, как только он снимет с сознания Мысленный Блок…

ГЛАВА 15

Аня

Я стояла на мостике, так называли массивный мост, который шёл от главного корпуса института в общежитие. У лягушатника толпились старшекурсники, скорее всего, группы Воды, они привычно для себя поднимали стену из воды и резким движением отпускали её. После чего, брызги разлетались крупными каплями в разные стороны, а смех заполнял всё пространство.

Я посмотрела на огромные часы, встроенные в лицевую стену института, оказалось, что я наблюдаю за тем, как развлекаются студенты у пруда, уже десять минут. Похоже, что-то пошло не так, и Макс не придёт, или же… Всё пошло так, как надо, и он не собирался сюда идти. Остатки надежды заставили меня постоять ещё минут пять, тёмное небо постепенно начало покрываться яркими звёздами. Лёгкий ветерок обдувал эту часть пространства, я закрыла глаза и представила, что всё, что происходит сейчас, – это просто сон. На самом деле, я самая обычная девушка, владеющая стихией огня, во мне нет бешеной энергии древней ведьмы и… У меня нет никаких эмоциональных всплесков от всепоглощающего счастья до невыносимой злости. Этого ничего нет, просто не существует.