Маховик неизбежного
Шрифт:
– Снято час назад, дом здесь, в бедняцком квартале.
Игнат внимательно смотрел на запись, три тела: мужчина лет семидесяти, старый, лысый, понятно, что у него нет денег на омоложающие настойки или курс чар у магички, чтобы сохранить молодость, руки изуродованы тяжким трудом, женщина выглядит даже хуже, паренек лет пятнадцати, не похож на сына, может, внук, лицо у него, словно с развитием проблемы. Все вокруг забрызгано кровью, на лицах навсегда застыл ужас. Но умерли они не от страха, их раны вполне материальны, словно рвали длинными острыми когтями. И след характерный не нелюдь это, нежить.
– Твои люди осмотрели трупы в той деревне? – спросил Игнат.
– Точно такая же картина, – ответила Ольга вместо градоначальника, – я там была, рвали их на части, некоторых на улице, но большинство в постелях. Мы рылись в библиотеки, нет ни единой записи о том, что за нелюдь могла сотворить подобное.
– И не найдете, – ответил Игнат, – это не нелюдь, это нежить. Пэри.
Все присутствующие вздрогнули, Кира тоже, она даже зябко поежилась, словно по комнате ледяней ветер пронесся.
– Нежить в моем городе? – взвыл Аркакадий. – Что делать-то?
– Зови инквиторш, – поднимаясь, ответил Игнат, – они неплохо научились бороться с этими суками.
– Нет у нас инквизиторш, – зло ответил градоначальник, – были две, в представительстве Лиги, только убили их пару недель назад, с трудом опознали. Из Белогорска на следующий день порталом пришли дозновательницы из карающего отдела, что-то вынюхивали, потом поймали трех бродяг, заковали в кандалы и утащили, больше никто не вернулся. Так что, господин егерь, вам это все разгребать, нет тут у нас других специалистов.
– Ну, магичек пошли, – отрезал Демидов.
– Нет уж, – зло оскалился толстяк, тряхнув своей гривой. – На весь город осталось пять боевых магичек, и все на контракте с дружиной, только Ольга при мне. Придется тебе, егерь, взяться за работу, я деньгами не обижу, но тварь убей.
– С какого хрена? – уставился на Аркадия сверху вниз Игнат. – Я же сказал, не интересует, денег у меня хватает.
– А вот и нет, – зло прищурившись, процедил хозяин Тишинска. – Я знал, что ты откажешься, твой счет заморожен, как подозрительный, есть информация, что ты передаешь средства террористической группе, ненавидящей аристократию. Мобиль твой забавный тоже конфискуем. Так что, либо берись за заказ, либо я тебя еще и с тюрьмой нашей познакомлю, насовершал ты тут много всего – и нападение на стражей, и сотрудничество с ночной братией.
Рука Игната рванулась к пистолету, но он не успел, в комнату закатилась граната «вспышка». В себя он пришел уже в уютном подземелье, раздетый до трусов и прикованный к стене.
– Вот сволочь жирная, боров в костюме! – заорал Демидов, и тут же поморщился, башка раскалывалась. – Фарат, – позвал Игнат и понял, что джинна он не слышит, магички местные, хоть и были невысокого ранга, знали толк в егерях и заблокировали кокон намертво. – Сука, – уже не так громко произнес в темноту егерь.
Не прошло и десяти минут, как дверь почти бесшумно отворилась, и градоначальник переступил порог камеры. С ним была Ольга, смотрела она на Игната недобро.
– Ну что, егерь, очухался? – без всякой приязни спросил градоначальник.
Игнат промолчал.
– Ну, молчи, если хочешь, – легко согласился Аркадий. – А теперь слушай внимательно. В отличие от тебя, твоя ведьма так просто не сдалась, и наверняка даже бы уделала нас всех, как двух моих телохранителей, если бы не один артефакт, который начисто лишает возможности колдовать на конкретной территории. Но это не важно. Пришло время тебе решить, насколько она тебе дорога, завтра в полдень мы ее сожжем на главной площади, если ты, конечно, не успеешь уничтожить эту нежить.
– Далась она тебе! – не выдержал Игнат.
– Далась. Если город опустеет, а он опустеет, и очень быстро, кем я буду править? Деньги, это все тлен, у меня их много, а вот власть… Власть я люблю гораздо больше золота.
– Я убью тебя, – прошипел сквозь зубы Видок.
– Потом можешь попытаться, а теперь решай, до полуночи всего шесть часов, но даже я знаю, что с первым лучом солнца нежить исчезнет и появится только в следующую ночь, а тогда твоя Кира будет уже хорошо прожарена. Думай быстрее.
– Согласен, – звякнув цепями, произнес Игнат. – Но ты ответишь.
– Отвечу, отвечу. Если сделаешь дело, получишь назад свою бабу, мобиль и деньги. А если тебе все это не очень нужно, можешь прямо сейчас после освобождения бежать.
И Игнат понял, эта тварь убьет его, как только он выполнит работу. Никто в здравом уме не оставит таких свидетелей – боевую магичку, пусть и вольную, но явно сотрудничающую с Гильдией, и егеря – Цитадель которого, хоть и уничтожена, но Братство живо.
Вошедший по зову Аркадия тюремщик, принес вещи и оружие Игната, после чего снял кандалы. Демидов растер затекшие руки, стараясь разогнать кровь.
– Освободи Киру, и я выполню работу, клянусь честью.
Градоначальник покачал головой.
– Если нужна помощь магии, то Ольга с радостью составит тебе компанию. Она девочка умная, не такая сильная, как твоя Кира, но тоже очень хорошая в деле убийства. Особенно неплохо у нее удаются чары контроля, ведь те бродяги так и не вспомнили, как убивали инквизиторш.
Игнат скрипнул зубами.
– Сними блокаду с кокона. Мне понадобится джинн.
Магичка что-то поколдовала, коснулась груди Игната, и мгновенно он ощутил бешенство Фарата.
«Спокойно, – послал он мысленный приказ. – Ты можешь покопаться в башке этой жирной свиньи? Мне нужно узнать все о Кире и о его планах».
«Не могу, – ответил джинн, – его прикрывает магичка, умная дрянь».
Не обращая внимания на присутствующих, Игнат начал быстро одеваться. Пистолет, как он и думал, был разряжен, чародейка явно держала щит между ним и работодателем, не успеть. Ладно, эта тварь свое получит, если Игнат переживет эту ночь.
– Мне нужно попасть в ту деревню, и очень быстро.
– Там только пепелище, – сообщил Аркадий.
– Не лезь в мою работу, – отбрил его егерь. – Если я сказал нужно, значит, нужно. Хоть ты мне аэроплан выдели, хоть катер, хоть багги, но я должен там оказаться через час.
– Мой катер самый быстрый, будешь там через двадцать минут. Кстати, твои вещи и оружие доставили из трактира, все сложено в кабинете, который твоя магичка порушила. Между прочим, она уничтожила портрет ценой в пятьсот чеканов работы самого Исаева.