Чтение онлайн

Технология уже достигла уровня нейрокибернетики и интеллектроники, и оба этих могущественных средства были обращены в орудия подавления и пыток. Анмай поёжился, вникая в подробности, — страшно было представить, что разумные существа могут жить под таким гнетом.

Тирания продержалась пятьдесят мучительных лет и причинила айа колоссальный, невосполнимый вред. Почти все самые лучшие и героические души пали в борьбе с ней. Выживали же предатели, трусы и палачи. Это было первое великое падение его народа — падение, в конечном счете предопределившее всё.

Конечно, айа боролись с тиранией. Но силы оказались слишком неравны. Наука позволяла выявлять потенциальных диссидентов на генном уровне и их устраняли еще в колыбели. Шаг за шагом «толерантный» режим превратился в выморочный и кровавый. Тиранические правители пытались превратить свой народ в стадо бездумных скотов — в самом буквальном смысле. Они собирались имплантировать в мозг каждого айа нейрокибернетические модули.

Анмай вздрогнул, представив, чем стало бы общество, состоящее исключительно из «бывших». К счастью, прежде, чем это удалось, тирания пожрала самое себя. Но ее падение оказалось столь жестоким, что вместе с ней рухнула и цивилизация. Лишь через пятьсот лет она достигла прежнего уровня. Но что произошло там, в темном периоде междуцарствия? Какие силы вдруг пробудились в душах несчастных, оскотинившихся рабов? Или же их детей? Как на всей планете вновь установилась единая власть? Почему на ней остался единственный народ — анмайа — и почему они жили счастливо, хотя следы угнетения и истребления лучших остались навсегда и зло, чуть не погубившее их мир, только дремало? Каких неведомых, непомерных усилий все это стоило? Анмай не знал. Его предки не помнили об этом — наверное, и не хотели помнить. Но он мог представить, как закладывались эти основы: в разрушенном мире, где выживать в одиночку уже было немыслимо, всех, кто пытался жить за счет других, наверняка просто убивали, как бешеных собак.

Всего несколько сотен айа, еще сохранивших честь и помнивших о нормальной жизни, стали ядром возрождения. И началось оно с беспощадного, абсолютно безжалостного истребления всевозможных выродков, к тому времени составлявших громадное большинство населения. По сравнению с этим все остальное — восстановление производительных сил и численности народа — было уже сравнительно простым, хотя и заняло гораздо больше времени, в силу чисто естественных причин.

Анмайа потребовался труд еще нескольких поколений, чтобы превзойти уровень, с которого они сорвались. Потом они впервые вышли в космос.

Хотя система Эрайа В имела всего шесть небольших планет, пятая из них, Уртара, тоже была пригодна для жизни, что необычайно способствовало развитию космонавтики. Исследования второго компонента их системы, Эрайа А — черной дыры — позволили анмайа опередить все цивилизации одного с ними возраста. Всего лишь через тысячу лет после падения тирании они запустили первый межзвездный корабль — автоматический звездолет с аннигиляционным двигателем. Через триста лет был построен первый Эвергет и запущен первый корабль, летящий быстрее света.

Вокруг Эрайа не было более развитых цивилизаций и никто не мог предупредить их об опасности. Сами распознать ее анмайа не сумели. Впрочем, некоторые ученые предвидели ее, но выгода от использования Йалис оказалась настолько велика, что отказаться от него было уже невозможно.

От свержения тирании и до Катастрофы прошло две тысячи двести лет. Последние девятьсот анмайа были владыками межзвездных просторов — всего втрое меньше чем нынешняя, разросшаяся беспредельно Файау.

Хотя они достигли бессмертия, расцвета интеллектроники, как в Файау, не было. Возможно, анмайа боялись повторения прошлого, но скорее всего, просто не успели. Они заселили восемь тысяч планет в относительно небольшой области этой галактики. Вселенского рассеяния, как в современной Файау, не было.

Добравшись до этого места, Анмай задумался. Теперь он начал понимать, что против квантового вырождения есть всего одно надежное средство — вселенское рассеяние. Впрочем, и в этом он уже не был уверен.

Эрайа находилась на окраине галактики и анмайа не встретили ни одной превосходящей их расы. Они нашли всего два чужих обитаемых мира. Их обитатели были намного старше анмайа и с ними так и не удалось установить контакт. Впрочем, Вэру был рад, что не дошло до межзвездной войны. Хотя все больше ученых предупреждало об опасности, их не желали слушать. Вероятно, анмайа пытались найти какой-то способ предотвращения квантового вырождения, но это им не удалось. А потом…

Разрушение причинности произошло в невообразимо малую долю секунды. Оно охватило сферу диаметром в тысячи парсеков. В один миг триллионы анмайа на тысячах планет, разумные машины, межзвездные корабли — все обратилось в прах. Точнее, физически они сохранились, но их мыслящая структура оказалась разрушена. Если бы квантовое вырождение не прекратилось почти в тот же миг — не осталось бы вообще ничего.

Вэру с печалью смотрел сообщения экспедиции, которая, вернувшись на свою родину, нашла ее мертвой. Причина катастрофы была отлично известна им, и это делало ее еще более страшной.

О дальнейшем он уже знал — не знал лишь, почему они решили основать новую цивилизацию в другом месте. Оставляло ли квантовое вырождение опасные и необратимые изменения? Анмай не знал, но Империя Маолайн была основана почти в центре галактики. Ее создатели надеялись найти обходной путь развития, но тщетно: их уничтожил Межрасовый Альянс.

Предки Айэта, бежавшие на этом корабле, нашли способ избежать квантового вырождения — или решили, что нашли. Остальные не поддержали их и они расстались, но…

Анмай задумался. Файау нашла Линзу лишь по чистой случайности, но в то, что такое возможно дважды, он не верил. Беглецы отлично знали, куда направляются. Они пытались пробиться к Сверх-Эвергету, и это им удалось. У них была цель, осуществимая лишь с помощью этой машины.

Но они не смогли достичь ее, более того — они бежали. Было ли в этом виновато проникшее в корабль пластическое поле Линзы? Или же что-то иное?

Вэру попытался это выяснить, но от избытка различной информации — или от голода — у него стала кружиться голова. Среди миллионов разных файлов было совершенно невозможно найти нужные. Вдобавок, самая ценная информация оказалась зашифрована. Чтобы прочесть ее, нужно было знать код. Возможно, те, чьи сознания сейчас жили в матрицах, тоже знали его, но что с того?

Анмай понял, что оставшейся ему жизни не хватит, чтобы разобраться в том, что казалось ему поначалу столь простым. Айэт и Ювана, сами погребенные под лавиной новых сведений, ничем не могли ему помочь. Совершенно измучившись, они отправились спать.

Айэт и Ювана уснули сразу, несмотря на мучительный голод, но Вэру не мог сомкнуть глаз. Новых вопросов у него появилось больше, чем разрешилось старых. Откуда анмайа узнали о Линзе? От иных рас, посещавших ее, либо от ее строителей Мэйат. Третьего не могло быть, — но он не нашел никаких сведений о таких контактах. Чего они искали? От чего бежали в такую бездну световых лет, владея могущественным и единственным кораблем? И самое главное — что ему делать? Как ему выжить тут и сохранить жизни доверившейся ему пары? Анмай не знал. Но он чувствовал, что завтрашний день решит все. Что бы не случилось там с ним и его спутниками, они пойдут к Сверх-Эвергету. А потом…