Макорин жених
Шрифт:
– Может быть, – согласился Иван Иванович под дружный смех зала. – Из другой,
выходит, сосны рубаха-та. Так худо ли? Для экой красоты не жалко и свались лесину...
Он подумал, посмотрел на грамоту, зажатую в руке.
– Вот нынче я ухожу на покой. А уходить не хочется, право слово. Жизнь-то по-
настоящему начинает раскрываться... Вам, кто в поре, какое раздолье, простор-то какой!
Хочется вам сказать: «Молодые, вперёд!» Эх, кабы не старость.
Он махнул рукой, поклонился сперва залу, потом президиуму и пошел к своей старухе,
оглушенный аплодисментами.
В газетных отчетах о торжествах пишут: «После официальной части состоялся большой
концерт». Так вот, большой концерт состоялся и в клубе лесопункта Сузём. Был хор, была
декламация, были физкультурные номера. Гремела музыка. За пианино сидела Нина. А Юра
Лычков вел конферанс, неплохо вёл, весело и остроумно. В концерте не участвовала только
Пчёлка, её уже не было в Сузёме. Она уехала в Ленинград.