Макс – знаток женщин 2
Шрифт:
— Просто Макс, скажите, что у вас за проблемы? Артефакт усиления силы вам не помог?
Я рассказал все как есть, продемонстрировав отсутствие результата. Женщина только хмыкнула, потом взяла меня за руку. Она сказала, что есть скрытая магия, которую надо извлечь.
С этим-то я и не спорил. Но карты раскрывать не спешил. Молча кивал, слушая наставления, делал все, что мне говорили.
Сначала пытался расслабиться, потом напряг руки. Задерживал дыхание, наоборот дышал громко, держал артефакт в кулаке, но это не помогало.
Рорский смотрел на меня с большим удовольствием. Он вроде бы не смеялся, но в душе мнил себя триумфатором. Его взгляд сбивал с толку, не давая собраться. Окончательно отошел от магической темы, забыв, что вообще применял свою силу.
Под конец, решил просто забить. Снял медальон, положив его рядом с собой. Казалось, что все уже кончено, лучше надеяться на другое. Вдруг я зелья круто варю или предметы воспламеняю? Дождемся следующего урока, а там уж посмотрим.
Но все сложилось иначе. Беатрис взглянула на меня, будто должен ей денег, и громко сказала:
— О, ленивый пришелец! Почему ты не тренируешься? Оказался здесь непонятно как, так ещё не слушает указаний.
Раздался недовольный ропот, кое-кто даже смеялся. Рорский поднялся с места и демонстративно переместился назад, где был ещё один стол.
— Лучше тут, чем с тобой. Твоя лень может оказаться заразной, — тихо процедил парень.
— Лучше лень, чем понты, тупой сноб! — Выпалил я.
— Так, просто Макс! Я пыталась по-хорошему с вами! — Воскликнула госпожа Беатрис.
Она тут же прошла вперёд, став, что называется, над душой. Щеки ее горели, глаза наполнились злобой.
— Пришелец, ты не с того начинаешь! Если еще раз ослушаешься, то пойдешь натирать пол в приемном зале! Не хочешь быть магом, станешь черной прислугой!
— Ему это точно пойдет, — сказал кто-то.
Вот, фигня! Не прошло и часа учебы, как я становлюсь местным лохом. Миры меняются, а закон джунглей везде одинаковый.
Я, конечно, не вор в законе, но знаю одно: если не показать себя, когда «зашёл в хату», то на нормальную жизнь можно потом не рассчитывать.
Беатрис выбрала меня как козла отпущения, точней сказать, Опущения. Надо доказать, что дамочка малость ошиблась, не упустив драгоценное время.
— Послушай, подруга, может, ты успокоишься? Я сказал, что с телекинезом хренова. Как ещё объяснить? Давай уважать друг друга, окей? Иначе, ничего хорошего не получится, — четко произнес я.
Все вокруг громко ахнули. Антон простонал, что я быдло, но было как-то плевать. Беатрис лишь всплеснула руками, поправив длинную мантию.
— Как вы со мной говорите?! — Закричала училка.
— На равных правах! Тебе максимум лет тридцать пять, а корчишь из себя мудреца! Умей понимать других, и тогда всё наладится. Большего мне и не надо.
— Ах так, я, между прочим, наставник второго ранга и не первый годовой цикл здесь работаю. Ещё одно дерзкое слово, ты вылетишь из академии, так же глупо, как в ней оказался. Пустышка без магических способностей. Радуйся, что тебя вообще сюда взяли. Молчи, пока не спросили. Опускай глаза, пока не прикажут поднять!
Между пальцев дамочки блеснуло что-то оранжевое. Она меня точно поджарит, если не сдамся. Значит, надо применить свою силу… Я ж читаю женские мысли!
После всего что случилось, забыл самое главное. Скрытая магия пока еще дремлет, а другой дар пора пробудить. Что я и сделал, постаравшись, напрячь мозги посильнее.
Вышло не с первого раза. Беатрис уже вздернула носик, послышались возгласы одобрения. Как вдруг, я выпалил на весь класс:
— Твой живот виден даже под мантией. Не пытайся его там укрыть.
— Аххх, — она воскликнула, будто получила стрелой под ребро. — Как ты смеешь, поганец?
— Так же как ты, когда посылаешь мужиков, которые к тебе клеятся.
— Что? За такую дерзость я могу применить свою силу! — Еще больше краснея, закричала училка.
— Силу ночного плача? Ты плачешь по ночам от одиночества, дорогая! Хотя сама всех отшила. Ждёшь аристократа первой гильдии с собственным замком. Но такой к тебе свататься не пойдет. Будь проще, и все наладится, ясно?
Воцарилась гробовая тишина. У всех разом пропала речь. Даже чертов Рорский заткнулся. А сама Беатрис глотала воздух, как рыба, выброшенная из реки. Жаль, что так получилось. Но нечего меня унижать. И кто теперь не разбирается в магии? Это вам не чертов телекинез!
— Имей честь встать, когда разговариваешь с наставником, — выдавила преподавательница, чуть не заплакав.
— Да, пожалуйста, в чем проблема? Только, ты сама начала.
Я поднялся, слегка улыбнувшись. Хотелось замять конфликт, а то как-то неловко. Я даже открыл рот, чтоб сказать слова примирения.
Но из женской руки вырвался огненный луч. Не успел даже пикнуть, как в грудь врезалось что-то горячее. Отлетел к стене, словно легкая щепка и крепко ударился головой. Сознание слегка помутнело. Казалось, что провалился в туман, который был на той лестнице.
Может, никакой академии не было? Мы бродили в пустоши, надышались какой-то химической дрянью, а теперь лежим, умираем. Нет, надо срочно очнуться! Встать на ноги, продолжать долгий путь!
— Отрава! Воздух отравлен! — Выдохнул испугавшись.
Открыл глаза, и увидел аудиторию, где недавно ругался с училкой. Дверь настежь открыта, солнце светит в окно. Надо мной склонился Арвин с испуганным видом. Наверное, думал, что не очнусь.
— Как ты? Она так разозлилась, — медленно процедил он.
— Я тоже, блин, психанул, — произнес задыхаясь.
— Надо держать себя в руках, Макс. Наше обучение едва началось. Впереди ещё много нового. Жаль, если тебя вдруг отчислят.
Друг подал мне руку, помогая встать на ноги. В аудитории никого не было, но из коридора слышались голоса. Был в отключке теперь минут десять. Хорошо бы слегка подлечиться.
— Не отчислят, не бойся. Постараюсь стать паинькой. У нас это, целитель остался?
Опираясь на плечо Арвина, медленно покинул аудиторию. Так начался мой путь в академии магии. Первый блин вышел комом, что породило череду неудач.
Оказалось, я не могу левитировать, даже в специальном классе, где это делают все. Варить зелья, тоже мне не подходит. Поджигать предметы с помощью волшебного порошка удается. Хотя это совсем уж легко.
В общем, я простой двоечник, который находится в яме. Арвин был троечником, что заметно бесило. Так ещё Антон Рорский. Английский сноб не упускал момента, чтоб меня подколоть.