Чтение онлайн

– А что, нет? – слегка испуганно поинтересовался Макс.

– Да их тысячи! – окончательно вышел из себя Майкл – Эти идиоты считают, что если в доме лишь одна дверь, то только через неё можно туда попасть, упуская из виду окна, чердак, балкон и, конечно же, сами стены, в которых можно проделать новые окна, новые двери и новые балконы!

– А почему ты им это не скажешь? – выждав паузу осторожно поинтересовался Макс.

– Я не скажу, но покажу и не им, а тем, кто выше их – удивительно спокойно произнёс Майкл, говоря будто бы с самим собой.

– А почему не им, тебе ведь работать с этими людьми? – не унимался Макс.

– Потому что они отказываются подстраиваться под изменяющийся мир, который всё больше и больше начинает походить на то, что описывал Жюль Верн в своих книгах. Они остались и продолжают жить в том же веке, в котором родились. Их тела постарели, как и их образ, и ход суждения. Есть такой замечательный лозунг "Дорогу молодым!", а так же есть и замечательный контр-лозунг под стать этим старпёрам "Только через мой труп!".

Макс не смог сдержать улыбки.

– Сдвинутся с мёртвой точки им мешает гордыня, стоящая во главе угла и отсутствие свежего взгляда – успокоившись, продолжил Майкл – Там чувствуется мощная старая школа, которая держится за старые устои и отказывается верить в то, что этих устоев то, уже давно и нет – грустно подвёл черту Майкл – Как я уже сказал, мир меняется и если мы не будем меняться вместе с ним, то он спокойно будет меняться без нас, оставляя далеко позади. Даже Эйнштейн говорил, что "Сложные проблемы, с которыми мы сталкиваемся, не могут быть решены на том же уровне мышления, на котором мы находились в момент их зарождения".

Видя не понимающий взгляд брата, Майкл, промочив горло, спросил:

– Макс, ты знаешь кто такой Бетховен?

– Конечно, кто же его не знает, великий композитор, музыка которого, продолжает жить даже после его смерти. Но причём здесь Бетховен?

– Сей час объясню, но перед этим позволь тебя чуть-чуть поправить, его музыка "начала жить" только после его смерти.

– Не понял, это как? – впал в ступор Макс.

– В наше время почти все дети, подростки и взрослые знают о том, что Бетховен относился к разряду великих композиторов, но в его время, о нём не знал никто. Его творения, его музыка, обогнала само время. При жизни Бетховена, окружающие его люди над ним смеялись, ему сочувствовали, так как не видели и не понимали всего того величия, той гениальности которую он творил рисуя ноты на бумаге. Это непонимание и стало причиной его нищей, голодной, холодной и одинокой жизни, которую он прожил в Вене. Но не смотря на всю суровость жизни он даже не задумывался о написании посредственной музыки, которая бы принесла ему популярность, восхищение и большие гонорары, он остался верен себе, продолжая писать и верить что его творение велико. Перед каждым, по настоящему великим человеком, гением по своей природе, всегда лежат две дороги. Одна ведёт к богатству, уважению и славе, по дороге которой ты создаёшь то, что понимает и чем восхищается скучная, серая толпа. А по другой дороге, ты будешь творить то, что будет жить и после твоей смерти, то, что останется шедевром в веках, даруя твоему имени бессмертие. Но за подобные вклад на будущее, жизнь не даст тебе того, что обещает первая дорога. По-настоящему великое, видно лишь на расстоянии – закончил Майкл.

– О как! – не смог сдержать удивления Макс – Но я всё ещё не понял, при чём здесь Бетховен?

– Моя работа не искусство, результат которого может не каждый оценить или понять – терпеливо начал Майкл – я работаю в той сфере, где, при правильном подходе и расчёте, результат можно получить за считанные дни и оценить его может каждый современник, а для предприимчивых людей он будет открывать новые, уникальные возможности. И это будет моим… нет, нашим первым шагом, на пути к величию.

Макс всем своим видом пытался дать понять, что он всё понимает, хотя на самом деле, пока что, он не понимал ни хрена.

– Великими не рождаются, великими становятся – уверенным голосом продолжил Майкл – есть люди, которые стремятся к славе и богатству, а есть те, кто пишет историю, оставляя на ней, жирным почерком, свой след.

– Ну прям начало торжественной речи перед боем – усмехнулся Макс – я уже вижу, дай тебе автомат и пару верных солдат, и ты пойдёшь завоёвывать мир.

Майкл, едва заметно улыбнувшись краем губ, спросил:

– Макс, ты знаешь историю Гитлера, то, как он стал полководцем нацистов?

Задумавшись на несколько секунд, перевернув вверх дном архив истории в своей голове, Макс выдавил протяжённое – Нееет…

– Гитлер был обычным художником, ни чем не примечательным и не выделяющимся – необычно спокойно продолжил Майкл – но как-то раз, его попросили выступить на сцене перед большой аудиторией с речью. То, как он выступил, произвело впечатление на весь зрительный зал, который аплодировал ему стоя, восторженно глядя и не понимая, что перед ними стоит обычный художник. В нём заметили этот талант, вести за собой толпу и просто направили его в нужное русло. Результат этого решения известен каждому школьнику. Но как и Наполеону, ему не хватило терпения закрепить достигнутый результат и они оба возжелали всего и сразу – с насмешкой прокомментировал Майкл.

От улыбки Макса не осталось и следа.

– Как и любому азартному игроку – тем временем продолжал Майкл – который почувствовал благословение удачи на себе, Гитлеру и Наполеону лишь не хватило силы воли остановиться, что бы закрепить полученный результат. Ведь тот и другой завоевали пол мира. А теперь представь себе, на сегодняшний день, державу, площадью в пол мира. Как ты думаешь, долго бы просуществовали страны, занимавшие оставшуюся часть суши?

Майкл явно наслаждался этой частью разговора. В его голосе проскальзывали нотки зависти, как будто это он уже завоевал пол мира и находиться в шаге от мирового господства.

– Не нужно быть гением, что бы понять, что существование оставшихся стран являлось бы лишь вопросом времени – с каменным лицом произнёс Макс, глядя на брата.

– Именно – блаженно улыбнувшись, Майкл резко перевёл взгляд на Макса – А как бы ты поступил имея такую власть?

– Типичный бизнес-план по русски, делить шкуру ещё не убитого медведя – подумал Макс – Я бы отдал завоёванные земли их хозяевам со словами "Извините, ошибочка вышла. Не знаю, что на меня нашло?" – выдавил кислую улыбку Макс.

– Это глупо – разочарованно выдавил Майкл.

– С чего же? – возмутился Макс – По-твоему Адольфа считали душкой после акта Холокоста и хренальёна уничтоженных жизней и судеб?

– Я считаю им двигало видение художника – задумчиво промолвил Майкл – ведь нельзя нарисовать картину, половина холста которого, уже занята работой других творцов. Настоящие шедевры пишутся кистью, движимою полётом воображения художника, со своим неповторимым стилем и внутренним миром, но самое главное – Майкл пронзил взглядом брата – всё это делается с чистого листа! Ибо только так, можно создать шедевр, который будет совершенствоваться временем, ведомый чувством прекрасного.

– Прекрасное должно вести к счастью, а не опускать человеческую сущность до животных инстинктов, окрашивая всё вокруг в единый серый цвет! – настаивал Макс.

– Всё должно становиться единым, всё что чисто и невинно. Как два крыла у птицы, как небо и море, что сливаются на горизонте, как люди, что становятся одним целым, ради рождения новой жизни, дабы воплотить в ней всё самое лучшее, без недостатков прошлой.

– Даже если для этого придётся погрузить не только мир, но и себя во тьму?