Чтение онлайн

"...Я против превращения легальной литературы в нелегальную, которая продается "из-под полы", соблазняет молодежь своей "запретностью" и заставляет ее ожидать "неизъяснимых наслаждений" от этой литературы", объяснял Горький причины, по которым, он считал, следовало издать "Бесов", роман Достоевского, в котором искаженно изображалось революционное движение 70-х годов, нетипичные крайности выдавались за главное, определяющее, типичное.

Общее собрание Академии наук СССР 24 марта 1934 года единогласно избрало Горького директором Пушкинского дома (Института русской литературы) в Ленинграде - научного учреждения, занимающегося изучением русской и советской литературы и изданием академических (наиболее полных, научно проверенных и комментированных) собраний сочинений русских классиков; при Пушкинском доме есть Литературный музей, где представлены портреты и издания произведений крупнейших русских писателей, их личные вещи; в богатейшем архиве института хранятся рукописи писателей.

Постоянно в поле зрения Горького и современная зарубежная культура. Социальные бури двадцатого века - первая мировая война, Октябрьская революция в России, выступления пролетариата Европы и Америки - порядком расшатали господство буржуазии, ускорили политическое гниение капиталистического строя. Это не могло не отразиться на идеологии и на культуре господствующих классов, что верно и глубоко вскрывал Горький: "Процесс разложения буржуазии - всесторонний процесс, и литература не исключена из него".

Важную роль в тридцатые годы сыграли выступления писателя по вопросам языка художественной литературы. Горький отстаивал положение о том, что язык - средство общенародной культуры и "литератор должен писать по-русски, а не по-вятски, не по-балахонски", выступал против увлечения диалектизмами и жаргонизмами, характерного для ряда писателей в 30-е годы (к примеру, для Ф.Панферова), против художественно неоправданного словотворчества.

Еще в 1926 году Горький писал, что язык современной литературы "хаотически" засорен "хламом "местных речений", которые, чаще всего, суть искажения простых и точных слов".

Культивирование литературой жаргонизмов и диалектизмов противоречило движению самой жизни. Рост культуры широких народных масс, ликвидация неграмотности наносили сильнейшие удары по отступлениям от литературного языка, по его искажениям, по жаргонам и диалектам.

Для Горького требование богатого, образного языка было частью борьбы за высокую писательскую культуру.

Получалось, отмечал писатель, что мужики Тургенева, Льва Толстого, Глеба Успенского говорили ярче и выразительней, чем герои современных произведений о деревне, а ведь кругозор крестьян, совершивших революцию, прошедших гражданскую войну, был шире, их понимание жизни глубже.

Чрезмерным, художественно не обоснованным употреблением просторечных и диалектных слов Горький в первые писательские годы "грешил" и сам, но, став зрелым художником, вытравлял их. Вот примеры из "Челкаша".

В первой публикации, 1895 года, было:

"Обруганный парень бунчал что-то вполголоса..."

"А снасть-то где...? Э...?
– вдруг подозрительно спросил Гаврила, шныряя глазами в лодке".

"Эх, кабы дождь трахнул!
– прошептал Чел-каш".

В дальнейшем Горький переписал эти фразы так:

"Обруганный парень бормотал что-то вполголоса..."

"А снасть-то где?
– вдруг спросил Гаврила, беспокойно оглядывая лодку".

"Эх, кабы дождь пошел!
– прошептал Челкаш".

На собственном опыте понявший ненужность художественно не обоснованного употребления просторечных и диалектных слов, Горький убеждал в этом и советских писателей.

Горького в развернувшейся перед съездом писателей дискуссии поддержали М.Шолохов, Л.Леонов, А.Толстой, С.Маршак, Ю.Либединский, М.Слонимский, Н.Тихонов, О.Форш, В.Шишков, Вс.Иванов, А.Макаренко, Л.Сейфуллина, В.Саянов, Л.Соболев. Публикуя статью Горького "О языке", "Правда" в редакционном примечании писала: "Редакция "Правды" целиком поддерживает А.М.Горького в его борьбе за качество литературной речи, за дальнейший подъем советской литературы".

3

Много и упорно борется Горький за повышение писательского мастерства литературной молодежи, ее общей культуры. Эта работа была особенно актуальной в годы, когда в литературу пришли люди из народной среды, не имевшие солидной образовательной базы, а культурный рост читательских масс шел необычайно быстрыми темпами. "Нам грозит весьма оригинальная, но невеселая возможность, - с иронией говорил Горький, - увидеть читателей более грамотными, чем писатели". Поэтому он много пишет о литературном мастерстве, основывает журнал "Литературная учеба", на страницах которого опытные авторы и критики разбирали произведения начинающих, рассказывалось о том, как писали Пушкин, Гоголь, Тургенев, Достоевский, Некрасов, Л.Толстой, Г.Успенский, Стендаль, Бальзак, Мериме, Золя; своим писательским опытом делились К.Федин, Н.Тихонов, Б.Лавренев, П.Павленко, Ф.Гладков; сам Горький напечатал статьи "Как я учился", "Беседы о ремесле", "О литературной технике", "О прозе", "О пьесах", "О социалистическом реализме", "Беседа с молодыми", "Литературные забавы" и другие.

Журнал шел навстречу огромному интересу к литературному творчеству среди широких масс, рассказывал о работе литературных кружков, о творчестве русских классиков - Пушкина, Гоголя, Гончарова, Щедрина, Достоевского, Некрасова, Чехова.

Писатель с мировым именем, Горький до последних дней учился - и у признанных мастеров и у молодых литераторов, у тех, которые только что начали работать, чьи голоса звучали по-новому сильно и свежо. "Я чувствую себя моложе моих лет потому, что не устаю учиться... Познание - инстинкт, такой же, как любовь и голод", - писал он.

Призывая учиться у классиков, развивать их традиции, Горький сурово осуждал подражательность, эпигонство, стремление механически следовать стилевой или речевой манере того или иного признанного писателя.

По инициативе Горького был создан Литературный институт - единственное в мире учебное заведение для подготовки писательских кадров. Институт существует и сейчас. Со дня основания он носит имя Горького.

Горький высоко ставит звание советского литератора и призывает писателей помнить об ответственности своей работы и своего поведения, осуждает еще непреодоленные настроения групповщины, богемы, индивидуализма, моральной распущенности в писательской среде. "Эпоха повелительно требует от литератора участия в строительстве нового мира, в обороне страны, в борьбе против мещанина...
– эпоха требует от литературы активного участия в классовых битвах... Советский писатель должен воспитать себя культурным человеком, он должен смотреть на литературу не как на путь к сытости и славе, а как на революционное дело, должен выработать внимательное, честное отношение к товарищам по работе".

Когда один из начинающих авторов заявил, что "писателю невозможно быть энциклопедистом", Горький ответил: "Если это Ваше крепкое убеждение, бросьте писать, ибо убеждение это говорит, что Вы неспособны или не хотите учиться. Писатель должен знать как можно больше. А Вы пытаетесь выговорить себе право на безграмотность". Он с сарказмом писал о "матерых литераторах солидного возраста, солидно малограмотных, не способных учиться"; "они сочиняют беллетристику из материала газетных статей, очень довольны собой и ревниво охраняют свое лицо в литературе".

Будучи очень требовательным к "братьям писателям", Горький в то же время ограждает их от мелочной опеки, понимая тонкую нервно-психическую организацию художника, очень чутко относится к личности писателя. Так, впечатлительному, легко поддававшемуся настроению Вс.Иванову он мягко, дружески советовал: "Не давайте себя во власть дьявола уныния, раздражения, лени и прочих смертных грехов..." Озабоченный болезнью А.Н.Толстого, Горький писал ему: "Пора бы Вам научиться беречь себя для той великолепной работы, которую Вы так мастерски, уверенно делаете".