Чтение онлайн

Такси остановилось у недавно отстроенного, устремленного в небо дома — башни…

За сейф — дверью подъезда находился охранник с травматиком и электрошокером, скользнувший по Марии равнодушым взглядом. Он мог детально рассмотреть ее потом, так как помещение подъезда было под видеонаблюдением…

На скоростном лифте поднялись на семнадцатый этаж. Когда Душан открыл дверь своей квартиры, свет в ней включился автоматически.

— Прошу вас, Мария…

Вошли в квартиру. Дверь закрыл доводчик.

Мария осмотрелась.

Прямо из крохотной прихожей можно было попасть в ванную и туалет, а также в гостиную.

Мария неторопливо, глядя в глаза Душана, расстегнула пуховик. Живкович принял его, снял куртку и пиджак, разместил одежду во встроенном шкафу, придержал гостью за локоть, пока она снимала сапожки.

— Прошу вас, Мария…

Следом за Душаном Мария шагнула в проем между прихожей и квартирой, которая представляла собой так называемую квартиру — студию и имела весьма скромные размеры, не более сорока квадратных метров.

В правой стороне, примыкающей к входу находился кухонный блок, отделенный от основного помещения тонкой перегородкой с широким проемом — аркой без двери. Достаточно близко к проему стоял обеденный стол со стеклянной столешницей, далее, у правой стены — в проеме между окнами — большая двухспальная кровать. Стену напротив входа занимал комплекс пристенной мебели со шкафами, книжными полками и нишей для телевизионной панели, а так же откидной стол для компьютера.

У левой стены стояли большое кресло — кровать, велотренажер, а ближе к входу — синтезатор. В центре — два белых кресла напротив телевизора.

Книжные полки с полусотней книг, как и обеденный стол, были стеклянными.

Стены и мебель имели белый цвет разных оттенков, создавая ощущение простора, несли душе волны покоя и умиротворенности.

— Присаживайтесь на кровать, Мария, там удобнее.

Живкович поставил цветы в вазу с водой, затем начал хлопотать у плиты, обернулся к гостье с улыбкой:

— Я узнал у Коли, что вы любите куриное мясо… Прилетел, купил все, что нужно, затем убрал в квартире и только потом стал готовить…

Мария села на кровать, смотрела на Душана и невольно сравнивала его с Андреем. Живкович не был похож ни на покойного мужа — заматеревшего, ширококостного мужчину, ни на подтянутого, спортивного Колю, последнее время напоминавшего рафинированного аристократа.

Душан был достаточно высоким мужчиной, примерно таким же, как Андрей. Он не был субтильным, в нем все еще ощущалась юношеская стройность. Длинные, почти до плеч волосы, не тронутые сединой и длинные, музыкальные пальцы делали его похожим на поэтов и художников Серебряного Века. От Душана пахло не табаком и алкоголем, а чистым телом и приятным, неназойливым парфюмом. На его манеры и движения явно наложился отпечаток двадцатилетней работы в дипломатическом корпусе…

Душан собрал на стол.

Мария поднялась, тут же, в кухонном блоке вымыла руки.

Живкович церемонно усадил ее за стол со стороны кровати, а сам, как хозяин, сел спиной к плите…

Мария с удовольствием съела куриное мясо, приготовленное с неизвестными ей приправами и яблочно — морковный салат, сотворенный с помощью блендера.

Во время еды Мария и Душан приглядывались друг к другу — ведь они очень мало времени провели вместе, все их общение было по телефону. Они говорили о многом, но все — таки некоторые темы старались обходить сороной.

Мария взяла стакан с минеральной водой без газа, отпила глоток:

— Душан, почему вы расстались со своей женой?

— Говорят, противоположности притягиваются. Так было и у нас с Кариной… Мы разные. Особенно в постели. Ей всегда нужен быстрый секс, а мне — близость. С возрастом я уже не мог настраивать свой организм на то, что было нужно Карине и у нее появился другой мужчина… Я не ревновал. Для меня это явилось удобным предлогом для развода… Намного мучительнее оказалось расставание с Томеком… Мария, а как складывалась ваша семейная жизнь?

— По сравнению со многими, весьма неплохо. Мы любили друг друга. Андрей был рыцарем, не обижал меня, много занимался сыном — они были очень дружны и Коля крайне болезненно пережил его уход, но… в постели у нас была та же проблема, что и у вас — Андрей сразу был в полной готовности, а мне был необходим «разогрев»…

Они посмотрели друг на друга глубоким, внимательным взглядом.

Душан через стол взял руку Марии, нежно поласкал ее и не отпустил:

— Мария, останься у меня на ночь, постарайся поменяться сменами, у нас с тобой всего два дня, чтобы побыть вместе.

— Позволь напомнить, Душан — мне шестьдесят, а тебе — сорок шесть…

— Ну и что? Муж Примадонны в два раза моложе ее, а у нас разница всего в четырнадцать лет. Для меня не имеет значения твой возраст…

Мария довольно долго молчала, глядя в синие глаза Душана.

— Душан, ты правда хочешь, чтобы я осталась у тебя на ночь?

— Да, Мария…

— Хорошо, я остаюсь и постараюсь поменяться сменами, — губы Марии тронула тень иронии, — самой непонятно, зачем я это делаю, мы ведь с тобой даже ни разу не поцеловались…

Глаза Душана засветились радостью, он поднялся на ноги, обошел стол, мягко принудил Марию встать, робко привлек ее к себе, поцеловал, едва касаясь ее губ.

Мария немного отстранилась от Живковича, сказала с легкой иронией:

— Оказывается, с тобой довольно приятно целоваться… Поиграй мне что — нибудь…

Душан улыбнулся, сел за синтезатор, некоторое время подумал, затем его пальцы залетали по клавишам…

Мария узнала эту мелодию —«Грезы любви «Листа. Ее играла для Коли Марина, когда он приходил к ней в НИЦ восстанавливать слух. И с позволения Марины Коля записал для нее в том числе и эту мелодию…

Послушав некоторое время исполнение Душана, Мария подошла к нему сзади, положила руки ему на плечи, привлекла к себе, погладила приятно пахнущие, ухоженные волосы, на мгновение коснулась их губами.

Душан, остановивший игру, как только к нему подошла Мария, прижался к ней спиной.

— Душан, если ты хочешь, я буду рядом с тобой день, месяц, год… пока ты не устанешь от меня… Я буду благодарна тебе за каждый день, что ты будешь рядом со мной, потому что у Коли сейчас своя жизнь и меня ждет кошмарное, тотальное одиночество…