Чтение онлайн

— Эвелин, вы как всегда, правы. Но проблема вот в чем — наверняка не только я, но и Беатрис под колпаком АНБ. Ник Смит — человек миллиардера Захарова, значит, под колпак попадет не только Ник, но и Захаров…

— А вот об этом ты поговори с самим Захаровым. Ларри и Марк отзываются о нем с большим уважением — думаю, загадочный миллиардер развеет твои фобии.

— Но я не знаю, как наладить с ним контакт…

— Король, какой ты… несообразительный — выйди с ним на связь через его аудиторские центры… Все, не мешай мне спать!.. Бай!..

Эвелин не стала ждать прощального слова своего дальнего родственника, отключила скайп…

Король Нидерландов нашел в интернете адреса аудиторских центров миллиардера Захарова, разбросанные по всему миру. Он не знал, где в данный момент находится этот могущественный человек, но интуитивно решил начать его поиск с России.

Не смотря на достаточно поздний час в великой восточной стране, Королю ответил секретарь Захарова Антон Стрелков, заявивший в ответ на его просьбу, что номера мобильного телефона своего хозяина он не даст, но продиктовал номер начальника службы безопасности Глеба Воробьева, находящегося в данный момент рядом с мистером Захаровым.

Король записал на бумажку продиктованный номер, поблагодарил секретаря, попрощавшись, отключился. Введя номер в свой мобильник, он сделал вызов…

В это время Макс, Арно и Глеб обсуждали детали предстоящего полета на вертолете в Санкт — Петербург. Антон арендовал машину не у военных, как раз проводивших учения, а у одной из баз МЧС.

У Глеба прозвучал сигнал мобильника. Номер был незнакомый, но Воробьев ответил на вызов.

Услышав английскую речь представившегося ему человека, он невозмутимо ответил на языке говорившего:

— Одну секунду, сэр… Максим Алексеевич, с вами желает поговорить Король Нидерландов.

Макс молча протянул руку за мобильником.

— Оставьте меня…

Глеб отдал хозяину телефон и вместе с Арно вышел из кабинета.

— Я слушаю вас, сэр…

— Простите за поздний звонок, мистер Захаров. Я хотел бы поговорить с вами по поводу романтических отношений моей дочери и вашего сотрудника…

— Я не вмешиваюсь в личную жизнь своих сотрудников.

— Но в чью угодно жизнь вмешивается АНБ. Я бы не хотел, чтобы из — за моей дочери под наблюдение этой структуры попали и вы…

— Ах, вот вы о чем, — с иронией сказал Макс, — но это не вина Беатрис Хэмилтон. Поэтому, по ее прибытию в Нью — Йорк, для нее и моего сотрудника будет приобретена квартира, которую мои люди оснастят аппаратурой с криптозащитой.

— Этот парень представляет для вас большую ценность?

— Да. У меня на него большие виды и я не намерен увольнять его только за то, что у него роман с принцессой… Кстати, он не знает о статусе любимой девушки, так что вряд ли стоит доносить до него тайну вашей дочери. И последнее — обратитесь к Шарлю Лафонтену — он поможет вам обезопасить вашу резиденцию от назойливого любопытства АНБ…

— Благодарю вас, мистер Захаров. Я обязательно воспользуюсь вашим советом…

— Именно это я и предполагаю… Всего хорошего, сэр…

Не дожидаясь ответа, Макс отключился.

В принципе Король был прав — через Кузнецова его могли «обложить «еще с одной стороны. Но, не смотря на возникшую проблему, Макс не хотел расставаться с Николаем — ведь Коле поверил Санников, который почти десять лет был для него, Макса, другом, братом, отцом, наставником…

Еще третьего марта Принцеса через эсэмэс сообщила об изменениях в ее рабочем графике — пятого она работает до часу дня, а Артур на один день уезжает на полигон.

Поэтому Макс взял то, ради чего он собрался лететь на вертолете и пятого марта в десять часов утра был на одной из петербургских баз МЧС, где его ждали кортеж и Санников.

В одиннадцать Макс был в аудиторском центре, в своих апартаментах. Он наскоро позавтракал, посетил душ и побрился, надел угольно — черный костюм от Валентино, белую рубашку и в двенадцать спустился в гараж, где его ждали охрана, Санников и машины кортежа…

Из восемьдесят восьмой гимназии Марина вышла немного раньше тринадцати часов, неторопливо шла парком, вдыхая уже совсем весенний воздух и почувствовала поток внимания к своей персоне — Санникова и… Максима…

Через минуту она увидела знакомую «Киа», остановившуюся чуть правее выхода из парка.

Из машины вышел Санников, бросил короткий взгляд в сторону Марины и повернулся против хода своего авто. Еще через минуту у входа в парк остановился черный «Гелендваген». Санников кивнул и из машины вышел Максим.

Он стоял у открытой дверцы автомобиля и вбирал в себя каждый шаг, каждое движение приближающейся любимой женщины.

Когда Марина подошла к «Гелендвагену», Макс отступил на два шага, взял у нее сумку, после того, как Марина села, подал ее Арно, сел сам.

Он обнял Принцессу за плечи, привлек к себе, взял ее руку, несколько раз нежно поцеловал.

Арно физически ощущал взаимное притяжение двух любящих сердец…

Кортеж мчался в сторону аудиторского центра…

Минут через сорок «Гелендвагены «заехали в гараж…

Макс вышел из машины, подал Принцессе руку, нежно сжал ее прохладные пальчики, да так и не отпустил их.

Они молча поднимались на третий этаж, стараясь не отрывать взглядов друг от друга, вошли в прихожую.

Арно остался за дверью.

Макс, как с ребенка, снял с Марины пальто и они заключили друг друга в объятия.

Максим и Марина несколько минут стояли неподвижно, тесно прижавшись друг к другу, потом молодая женщина подняла взгляд на мужчину, дороже которого для нее никого не было.

— Максим, я тебя умоляю, не встречай меня у гимназий. Я сама приеду сюда…

— Не могу тебе этого обещать, Принцесса. Для меня дорога каждая секунда, проведенная рядом с тобой…

Макс нехотя расцепил объятия, снял туфли. Марина, опираясь на его руку, сняла ботиночки. Потом они одновременно достали свои телефоны, отключили их, при этом улыбнувшись друг другу.

Держась за руки, они прошли в гостиную.

Макс снял пиджак, снова нежно и бережно обнял Принцессу, почти невесомыми поцелуями стал дарить ей нежность. В нем тут же проснулась мужская сила и он не стал контролировать свое тело, которое только трансформировало движения его души.

Последние поцелуи были страстными, с характерными движениями самца, но не вульгарными и грубыми, в прикосновениях его рук, губ и тела трепетала его любящая душа.

Марина слабо отвечала Максиму, наслаждаясь, купаясь в желании Захарова и своего.