Чтение онлайн

Из машин вышли восемь дюжих охранников. Один из них открыл дверцу средней машины. Из нее вышел очень высокий, элегантный мужчина лет сорока в ослепительно белом костюме и с букетом лилий в руке. Охрана мгновенно взяла его в плотное кольцо и все быстро вошли в автоматически раздвигающиеся двери.

Помощь Андрея Степановича не потребовалась. Он вошел следом. Охрана уже рассредоточилась по залу. Мужчина в белом окинул зал холодным, цепким взглядом, не оборачиваясь, сказал властным тоном:

— Спиртное со стола убрать! Принесите высокий стул для пиджака!

И направился в сторону оркестра, подошел к фортепиано, тронул клавиши, сказал в пространство:

— Наиграйте что — нибудь.

Пианист торопливо сел за инструмент, наиграл несколько музыкальных фраз.

— Достаточно.

Макс все еще держал в руке цветы.

Андрей Степанович робко сказал:

— Ваше превосходительство, позвольте, — протянул руку к цветам.

Макс понял, подал шокированному метродотелю букет.

Марина надела платье, босоножки, убрала влажные волосы в тяжелый узел.

Через несколько минут раздался сигнал мобильника. На экране высветился незнакомый номер.

— Да. Слушаю.

— Добрый день, леди. Меня зовут Василий. Моя машина стоит у вашего подъезда.

— Я выйду через пять минут.

Марина с мобильником в руке вышла в прихожую, надела плащ, взяла со столика у зеркала ключи и вышла из квартиры.

К ресторану «Эксклюзив «Василий подвез ее почти через час. Напротив ступеней, у края тротуара, стоял метродотель, приятный мужчина лет шестидесяти.

Чуть впереди стояли три черных «Гелендвагена».

Метродотель подошел к машине, открыл дверцу, подал руку в белой перчатке.

Марина подала свою, ступила на тротуар.

На лице метродотеля промелькнуло изумление. На ступенях он снова подал ей руку.

Через стеклянные двери и огромные окна до пола, Марина увидела Захарова, быстро направляющегося ей навстречу. В его руке был букет белых лилий.

Марина вошла в помещение. Захаров подошел к ней и первым сказал:

— Здравствуйте, Принцесса.

— Здравствуйте, Максим Алексеевич.

Макс подал Марине цветы, взял ее руку, на мгновение прикоснулся горячими губами к ее прохладным пальчикам.

— Простите, что заставила вас долго ждать. Но мне была необходима эта пауза.

— Ничего страшного. Я не сидел без дела.

Оба были рады встрече. Но были сдержанны. Говорили только взгляды.

Макс взял Марину за руку, подвел к столику в центре зала. Андрей Степанович следовал за ними, чтобы принять плащ леди.

Сначала он испытал шок, когда в ресторан вошел Захаров. За двадцать лет работы метродотелем он привык видеть совсем других олигархов. А этот элегантен, подтянут, без колец, браслетов и цепочек, несомненно интеллектуал, хотя и не лишен некоторого высокомерия. Но, настоящий шок он испытал, когда подал руку его леди. Коротко стриженные ногти, ни одного украшения, ни тени косметики, скромное платье. И, несомненное чувство собственного достоинства. А как изменился Захаров?!. Волевое лицо смягчилось. Взгляд наполнился теплотой и нежностью.

Макс подвел Марину к столику, взял у нее цветы, помог снять плащ. Невольные прикосновения к телу Марины обожгли Макса. Он чуть повернул голову в сторону метродотеля. Тот с легким поклоном принял плащ из его руки. Макс церемонно отодвинул стул. Марина села.

— Позвольте, — сказал он, расстегивая пиджак.

Марина чуть склонила голову.

Макс снял пиджак, повесил его на спинку высокого стула, сел сам.

Оба помолчали, глядя друг на друга.

— Я долго готовился к встрече с вами, но все равно не знаю с чего начать разговор.

Во взгляде Марины на мгновение протаяла тень иронии, но сказала она мягко и осторожно:

— Начните с моего досье.

Макс наметил улыбку.

— Признаю свое поражение. Я запросил ваше досье сразу же после того, как мы с вами расстались в Цюрихе.

— Вы хотите узнать что — то еще? Или у вас есть вопросы по досье?

— Я хотел бы знать о вас все… По досье у меня два небольших вопроса — Олег Волошин и Артур Холод.

— Что связывает обыкновенную учительницу и знаковые фигуры?

— Я не согласен с тем, что вы обыкновенная… Что касается знаковых фигур, то да.

— Я познакомилась с Олегом три года назад. В библиотеке. Я подошла к нему сама. Из средств массовой информации я знала, что у него недавно в автокатастрофе погибла любимая женщина. Я видела, что ему плохо не только душевно, но и физически. Я предложила ему помощь. Мы вышли в парк, сели на скамью. Я положила одну руку ему на лоб, другую — на соединение шеи с затылком, сняла боль. Мы обменялись номерами телефонов. После нескольких сеансов от мигрени не осталось следа. Я познакомила Олега со своим братом Костей. Мы подружились. Между мной и Олегом не возникло сексуальной привязанности, но возникла крепкая мужская дружба. Он хотел познакомить меня с Артуром, но я отказалась. Нам было хорошо втроем. Когда Костя был свободен, мы ходили в оперу и на балет. Олег стал ездить с нами в детскую онкологическую клинику, которую, мы с Костей, как волонтеры, посещали уже лет пять… Два года назад Костя погиб во время исполнения служебных обязанностей…

Голос Марины дрогнул.

Макс, успокаивающим жестом прикрыл ее руку своей, нежно пожал.

Марина продолжила.

Макс так и не отпустил ее руки.

— Вместе со мной и папой Олег поехал на опознание и генетическую экспертизу. Папе было очень тяжело, но он все сделал сам. Я, в госпитале, ухаживала за Колей Кузнецовым, другом Кости по спецназу… После этой трагедии Олег снова хотел познакомить меня с Артуром. Я снова отказалась. Олег продолжил ездить со мной в онкологическую клинику. После того, как Феликс попал в аварию и у Артура срочно возникла нужда в профессиональном переводчике, я уже не могла отказаться. Со второй встречи мы стали жить вместе…

— Я бы хотел вместе с вами и Олегом посетить онкологическую клинику. Когда это возможно?

— Через две недели. Во время дежурства доктора Вороновой.

— Служба безопасности успеет проверить клинику. Я позвоню вам накануне, чтобы обговорить детали…

Макс поднялся:

— Простите, — отошел к метродотелю.

Андрей Степанович поспешил навстречу.

—«Ча — Ча — Ча», обычный вальс, потом медленный.

Метродотель кивнул, заторопился к оркестру.

Зазвучала мелодия, Макс подошел к Марине, подал руку.

Андрей Степанович и второй метродотель, музыканты, бармен и официант были потрясены. Олигарх и его леди танцевали, как настоящие профессионалы. Но в прикосновениях их рук, движениях и взглядах чувствовалась та невидимая нить, которая притягивала и соединяла этих великолепных, стоящих друг друга людей.

Зазвучал медленный вальс. Макс просто положил правую руку Марины себе на грудь, прикрыл своей, даря нежность, склонил голову к ее волосам, вдыхая их запах и родной запах тела Принцессы. Сказал тихо: