Чтение онлайн

Малыш сделал пальчиками несколько взмахов.

Арно тепло улыбнулся в ответ, сказал женщине:

— До свидания, сударыня, — и, не дожидаясь ответа, повернулся и пошел к машине.

Анастасия Николаевна смотрела вслед уходящему высокому мужчине. Он резко отличался от подавляющего большинства мужской части населения. Спортивная, подтянутая фигура, мужественное лицо. Он умел носить костюм. Его вполне можно было принять за дипломата. Он сел в роскошную машину, которую она раньше никогда не видела и уехал…

Арно вернулся домой через пять с половиной часов. Тая вылетела в прихожую и бросилась ему на шею, крепко обняла, поцеловала:

— Слава богу, живой! Где тебя носило? Я тут места не нахожу, переживаю. Жду тебя, как верная жена загулявшего мужа…

Арно стоял растерянный и счастливый.

— Так это же замечательно. Еще ни одна женщина так сильно не беспокоилась обо мне, ты первая… Кстати, это тебе, — Арно подал Тае букет розовых лилий.

— О, мои любимые! Спасибо, Арно…Если у меня когда — нибудь будет дом за городом, обсажу его лилиями.

— Уфф, а я боялся ложануться… Значит придется купить для тебя загородный дом, раз ты любишь разводить цветы.

— Опять твои шуточки… Пойдем на кухню, надо разобрать продукты. Есть хочешь?

— Еще как!..

Прошли на кухню.

— У меня еще один сюрприз для тебя, — Арно достал из кармана карточку и нераспечатанный конверт с кодом, подал его Тае.

Тая помрачнела:

— Показал, что умеешь держать слово и радуйся!.. Только я с тобой занимаюсь сексом не ради денег, а потому что мне это нравится делать с тобой, — Тая придвинула конверт и карточку к Арно.

Арно тоже помрачнел:

— А я считал, что у нас близость, а не секс…

— Пусть близость. Но все равно мне придется вернуться к Венику.

— Вот возьму и не верну!..

— Тогда я уйду к нему сама!.. Я не хочу, чтобы с тобой что — то случилось.

У Арно заныло в душе и сердце. Тая была его женщиной — умна, рассудительна, сильная духом. У него самого была железная воля и ему была нужна именно такая женщина, как Тая.

Но Тая упорно молчала о том, что у нее есть маленький сын.

— Деньги возьми. Если они не нужны тебе, то вполне могут пригодиться твоим родным и близким…

Тая резко отвернулась и стала разбирать продукты. Арно не ушел, загружал холодильник и продуктовый шкаф.

— Кстати, Арно, почему у тебя в доме нет книг? Ты не любишь читать?

— Очень люблю. Но у меня нет нужды держать дома книги. У хозяина роскошная библиотека. Я много чего в ней перечитал.

— Твой хозяин позволяет тебе пользоваться своей библиотекой?

— Не только мне, но и всему персоналу. К нашим услугам его библиотека, спортзал, и, даже любимый им бассейн.

— И никто не умыкнул ни одной книги?

— Нет, Таечка. Весь персонал с большим уважением относится к хозяину. Если он работает в кабинете, никто не подходит к библиотеке, зная, что она ему может понадобиться. Также и со спортзалом. Но в спортзале он зачастую занимается вместе со всеми телохранами, может и один, но, чаще со мной. А к бассейну, во время его пребывания в резиденции, вообще никто не подходит, чтобы не мешать ему наслаждаться плаванием… Мы сыты, обстираны, отглажены за его счет. Если кто — то не едет домой, пользуется одной из его спален. Чаще это я.

— Понятно, почему ты по полгода не бываешь дома… А Щеголев, ну тот, что отправил меня к Венику, все время штрафовал за несуществующие провинности. Хотела, но не успела от него уйти…

— Таечка, я переоденусь и помогу приготовить обед.

Арно на секунду привлек Таю к себе.

— Когда твой хозяин и его леди собираются посетить клинику?

— В следующую субботу. Леди живет в Питере. Куда хозяин отправится после посещения клиники, я не могу сказать. Но на работе я должен быть в понедельник… Да, совсем забыл, я купил кое — что для тебя.

Арно достал из последнего пакета четыре книги в одинаковом оформлении.

— К сожалению, это не весь цикл, — он выбрал одну из книг, — вот эта — начало всего цикла.

Тая взяла у Арно книгу, прочла: Василий Звягинцев «Одиссей покидает Итаку», — подняла вопросительный взгляд на Арно.

— Ты умная женщина, Таечка, тебе должно понравиться. Мы с хозяином очень высоко оценили этот цикл…

В среду около семнадцати часов, после занятий в восемьдесят восьмой гимназии, через примыкающий к ней парк, Марина шла на автобусную остановку. Шла неторопливо, вдыхая запах желтеющей и опавшей листвы. Она почувствовала поток внимания к своей персоне, подняла взгляд. По аллее шла высокая девушка с букетом роз. У стройной, со вкусом одетой девушки были необычного цвета волосы — почти белые, как у эльфа, только кудрявые, они спускались до талии и имели ярко выраженный голубой оттенок.

Девушка целеустремленно шла навстречу Марине, а потом и совсем остановилась, преградив дорогу. В девушке угадывались знакомые черты.

— Марина Владимировна?

— Да.

— Я Ника Холод. Мне нужно с вами поговорить… Ой, простите, — это вам, — Ника подала Марине букет белых роз с розовой каймой по краям лепестков.

— Я слушаю вас.

— Так получилось, что папа рассказал мне о ваших сверхчеловеческих способностях. Он очень сильно переживал, что обидел вас… Еще он хотел поговорить о ваших способностх с Олегом. Но остановил себя. Решил — а вдруг Олег не знает о них, а узнав, испугается, как и он…

— Олег знает. Но не в той мере, в какой знает ваш отец.

— Как это было?.. Если не секрет.

— Я помогала Олегу разбирать материалы для книги. Мы работали в гостиной, он ушел в библиотеку за нужным ему графиком рейтингов. Вскоре я услышала ментальный крик отчаяния. Олег случайно смахнул с верхней полки самую памятную для него вазу, которую они с Леночкой привезли из последнего совместно проведенного отпуска в Греции… Я «подхватила «вазу, не дала ей упасть на пол и разбиться. Я прошла в библиотеку, сказала, что неразбившаяся ваза — моя работа. Шок у Олега прошел очень быстро. Он улыбнулся и сказал:

— У каждого свои недостатки…

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Я могу рассказать об этом папе?

— Да. Но больше никому. Я не хочу, чтобы меня исследовали, как инопланетянку. Это обыкновенная мутация, как и у вас.

— Это у меня обыкновенная, а вы просто фея… но все равно доставляет массу неудобств… Постоянно чувствую себя одинокой белой вороной.

— Я не чувствую себя белой вороной. Мое одиночество другого рода…

Ника помолчала, подумала:

— Это одиночество бога? Да?