Чтение онлайн

— Привет, — сказал Воробьёв. — Ты вниз?

— Э… ну да.

— Будь другом, принеси две кружки чая, да погорячее.

Тимур, словно перед этим прочтя мысли своего друга, уже протягивал оба бокала Игорю. Тот помялся секунду, но кружки взял.

— Хорошо, — согласился он. — Что-нибудь ещё?

— Да, — кивнул Воробьёв. — Не знаешь, что за фигня творится с отоплением? На улице не двухсотый день (примечание: календарная система в середине двадцать первого века изменилась, так как Григорианский календарь был признан не эффективным. С тех пор применяется система позитивного тринадцатимесячного календаря, в котором все месяцы по дням равны двадцати восьми и начинаются всегда с понедельника. Двухсотый день — примерно девятнадцатое Июля по Григорианскому календарю)!

— А, — сообразил Игорь. — Так это моя идея! Мы с Рюдом её реализовали сегодня утром. Внедрили червя на городскую ЦСТС (примечание: Централизованная Система Теплового Снабжения).

— На фига? — возмутился Воробьёв. — В наших планах ничего подобного не было! Что за самодеятельность?!

Улыбка на лице Игоря угасла.

— Я лишь хотел проявить инициативу, — спокойно ответил он. — Я посчитал, что благодаря таким мерам в этом городе каждый заметит, как сильно он стал зависеть от всей этой автоматики. Уж ни это ли мы пропагандируем — отказ от автоматизации большинства процессов? И не этого ли мы хотим, чтобы все поняли, какую мысль мы несём? Все, а не только те, кто выходит на улицы. В Новой Самаре пять процентов жителей покидают свои дома только раз в месяц! А вы оба знаете, что такое пять процентов от нескольких миллионов? Это те, кого бы вы без меня обошли своим вниманием!

— Но из-за тебя мы теперь вынуждены мёрзнуть! — рявкнул Тимур. — Впредь обо всех подобных действиях ты должен предупреждать нас обоих заранее, ты понял?

— Понял, — сокрушённо буркнул Игорь. — Сейчас чай принесу.

И он решительно удалился.

Воробьёв некоторое время смотрел ему вслед, после чего вернулся вместе с Тимуром к обеденному столику. Сел напротив него и сказал:

— А он дело говорит.

— Что, ты даже не будешь меня ругать за то, что я на него накричал? — удивился тот.

— Нет, а зачем? — удивился Воробьёв. — Ты же прекрасно знаешь, что мне на подобные вещи всегда плевать было.

— Вот поэтому-то ты и не женат, — усмехнулся Тимур. — Для тебя что остывшая батарея, что живой человек — одно и то же.

— Ты утрируешь, — смутился Воробьёв. — Но парень всё равно молодец, хоть и не предупредил нас. Я как-то упустил отопление и эти пять процентов хикки из виду.

Тимур обеспокоенно посмотрел в сторону коридора.

— Очень надеюсь, что после этого Игорь нам не плюнет в чай.

— Как меня всё это заколебало, — проворчал Макс, устало плюхнувшись на диван в комнате для отдыха.

Никита Сергеевич, до этого момента наслаждавшийся игравшим по радио акустическим блюзом, сделал радио потише, чтобы не мешать.

— Что именно? — Дмитрий аккуратно присел рядом.

— Всё это, — майор кивнул головой в сторону окна. — «Спрут». Проклятые пробки на дорогах. Спятившие люди, которым не терпится набить друг другу рожи, дай только повод.

— Безнравственность, — философски заметил Дима. — Контроль ослаб, а мозги жиром заплыли. Плюс ещё этим мелкие поджоги по всему городу действуют им на нервы. Они постепенно теряют доверие к властям, поэтому и выходят на улицы устанавливать свои порядки. Слава Богу, что всё более-менее мирно проходит.

— Уж я бы показал им настоящий контроль, — зловеще пробормотал Макс. А потом рявкнул: — Да когда же отопление дадут? Задолбало руки морозить! Третий день уже нету!

— Говорят, что на ЦСТС какого-то червя нашли в локальной сети, — встрял в разговор Никита Сергеевич, которого из-за последних событий никак не хотели отпускать на заслуженную пенсию. — Послезавтра обещали вернуть цивилизацию в дома.

— Цивилизацию, да? — хмыкнул Максим. — Уж лучше бы я сидел с теплом, но без Сети.

— Это ты. Не я, заметь.

Это в комнату вошёл Серёга. Он из всех (ну разве что ещё Дмитрий) был единственным, кто особо не мёрз. Но вид у него был усталый и обеспокоенный.

— Сеть тупить начинает, — раздражённо сказал он. — За последний час каждый десятый сетевой пакет не доходит у нас. И это с учётом применения помехоустойчивого кодирования, так что боюсь даже представить, какая бы была связь без него. К тому же появились какие-то странные рывки при видеотрансляции. Такое ощущение, что центральные узлы передачи данных не справляются с нагрузкой. Но это невозможно!

— Почему? — удивился Дима. — Насколько я знаю, инфраструктура Сети у нас в городе не менялась уже лет как двадцать, да и в других городах, собственно, тоже. Запасы в ширине каналов гигантские должны быть.

— Вот и я о том же! — недоумевал Серёга. — К тому же, со всеми этими технологиями сжатия траффик наоборот ослаб за те же двадцать лет. Я специально сегодня смотрел статистику. На десять процентов падение! А тут как будто всё начало забиваться. Совсем как…

— На дорогах? — предложил Макс.

Даже он с его скудными познаниями в области информационных технологий понял его сравнение. Пробок на дорогах тоже очень давно никто не видел. Собственно, почти с тех самых пор, как запустили автоматизированную систему управления транспортным потоком (ну, ещё необходимо вспомнить про пять лет её оптимизации).

— Верно, — после заминки подтвердил Серёга. — Хотя я хотел сравнить с… а, не важно!

— Может, здесь тоже кто-то начудил с какой-нибудь Центральной Системой Маршрутизации? — предположил Никита Сергеевич.

— Старик, откуда у тебя в голове взялся этот бред? — поморщился айтишник. — Из учебника по истории? Ну, так загляни туда же — маршрутизация как технология умерла в конце двадцать первого века! В Сети нет никакого центра! Есть только отдельно взятые сервера да системы, делающие определённые вещи, как, например, та же система подачи тепла, но никаких Центров Управления. Принимающее устройство, передающее устройство, да между ними у…

Он запнулся. Секунду стоял, покачиваясь и лихорадочно соображая, пытаясь сделать вывод из так и не законченного им предложения. А потом кинулся к телевизору на стене, подключился к нему через свой наручный терминал и вывел на голографический экран карту города.

— Кто тут говорил про поджоги? — громко и резко спросил он. Его глаза требовательно сверкали, словно от него сейчас утаивали жизненно необходимую информацию. — Я ещё в коридоре услышал конец вашего разговора! Кто?

— Вроде как я, — Дима неуверенно поднял вверх руку.

Серёга тут же подскочил к нему, взял его левую руку и, чуть сдвинув манжет рубашки дальше по руке, ткнул пальцем в его наручный терминал. Тот тут же высветил красное окошко-предупреждение о несанкционированной попытке доступа.