Чтение онлайн

Помимо этих доков имеют значение и ближайшие к ним водные пути от европейского материка, например, от Зеебрюгге, а также каналы, ведущие к докам. Спэннер называет всю эту систему «горлом страны», через которое только и может проходить пища для всего населения Великобритании. Уметь схватить за это горло, сжать его или перервать (а это возможно не только с воздуха, но и при помощи диверсионных актов) значит поставить Англию на колени, так как она окажется бессильной вести борьбу и будет поражена не на полях сражений и не массовой армией, а средствами малой войны в самый желудок. Так расценивают это и сами англичане, почему Спэннер в своей книге горячо ратует за принятие всевозможных мер по охране морских путей, доков и каналов и за усиление морского флота, авиации и др., т. е. за усиление вооруженных сил Англии, за их отбор и переорганизацию. Он не договаривает одного — что указанное положение вызывает необходимость для Англии усиления и своих диверсий, что она и делает, обгоняя в этом отношении все буржуазные государства.

Английские диверсии применяются и против Франции и против Италии, и против Америки и др. Районы диверсий — пограничные полосы, экономические центры, колонии, моря. В Сирии, например, Англия использует повстанчество против французов, снабжает сирийцев оружием, распространяет различные слухи и ведет тонкую работу по взваливанию всех обвинений в организации государственного переворота на «большевистских эмиссаров». По словам английского агента Лоутона задача англичан в Сирии формулируется так: «Нам предстоит играть роль друзей французов, возбуждая против них сирийцев, играть роль друзей сирийцев, науськивая на них французов» [143] .

Дело Марты Морэль во Франции раскрыло, что англичане организовывали поджог и взрыв ангаров французских аэропланов. Дело Гарибальди в Италии показало, что агентура англичан создавала целый ряд актов, провоцирующих Францию и Испанию на активные выступления друг против друга, или по крайней мере на порчу отношений, чтобы они не могли объединиться вместе, усилив фронт против Англии. Данные других вскрытых агентурных дел в Италии и Франции показали, что английская агентура (между прочим, агенты Лоутон и Мансвелль принимали здесь активное участие) организовывала террористические и разрушительные акты, налеты на пограничные посты, переходы через границу с обстрелом охраны и т. п. на границах Италии и Франции, опять-таки в целях разъединения и ослабления их.

Убийства и отравления политических и общественных деятелей, организация налетов и бунтов, устройство взрывов или поджогов фабрик, заводов, арсеналов, мостов, вкладов, порча оборудования на предприятиях, имеющих крупное оборонительное значение, подделка различных документов, выпуск фальшивых кредиток, компрометация, расстройство деятельности банков и промышленных предприятий и т. п. — работа английской агентуры в Европе, Азии, Америке, Африке и Австралии.

Девонширская школа специально готовит агентов для диверсий и активной разведки. «Осведомительная служба» на Доунинг-стрит, 10 широко использует питомцев этой школы и имеет в каждой стране своих агентов, ведущих работу по обеспечению бесперебойной подачи питания в «горло» Великобритании…

Особенно неистовствует британский империализм против СССР, считая, что дальнейшее укрепление последнего есть распространение по всему миру «большевистской заразы», от которой трудно избавиться вооруженной силой и которая в один прекрасный день сможет охватить всех тех, кто сегодня стоит на страже «горла» страны и питает то горло продукцией своего труда.

Для диверсионной работы используется и румынская сигуранца, и польская оффензива, и латвийско-эстонская охранка и финские «дельцы», и белогвардейцы всех мастей, разбросанные по всей Европе и Азии, и реакционные клики Китая. Каждый имеет и знает «свой маневр» и получает свою мзду.

В 1922 году торгово-промышленно-финансовый союз белогвардейцев в Париже создал специальную террористическую организацию. Во главе этой организации стали Нобель, Лианозов, братья Гукасовы, князь Белосельский-Белозерский. В качестве основных исполнителей значились: гвардейский штабс-ротмистр Эльвенгрен, Строевой, артиллерист Болмасов, в качестве эксперта был приглашен Савинков. Бывший нефтяной король Нобель так объяснял задачу своим исполнителям:

Другой агент империализма из этой же компании в одном из своих писем писал, что: «Способ, вне которого… нет спасения — это террор, направленный из центра, но осуществляемый маленькими независимыми группами или личностями против отдельных выдающихся представителей власти. Цель террора всегда двояка. Первая менее существенна — устранение вредной личности, вторая — самая важная — всколыхнуть болото, прекратить спячку, разрушить легенду о неуязвимости власти, бросить искру. Нет террора, значит, нет пафоса в движении»…

Средствами террора были удушливый газ, яд, револьвер и бомба. В первую очередь были намечены покушения на Крестинского, Бухарина, Радека и Чичерина, но все дела окончились неудачей. Тогда на помощь пришла «Secret intelligence service» — английская разведка, и дело оживилось. На латвийской и финляндской границах выросли гнезда белогвардейцев, переправлявшихся в СССР. Программа действий их расширилась. Теперь «было установлено два фронта — экономический и политический. Под фронтом экономическим понимали взрыв заводов, фабрик, мостов и пр., одним словом, все то, что препятствует социалистическому строительству, что нарушает нормальное течение хозяйственной жизни страны. Намечался конкретно — взрыв волховского моста… и поджог какого-либо крупного завода… Под фронтом политическим — покушения на ответственных советских работников, организация взрывов на собраниях, в помещениях общественных и партийных организации, редакций газет, исполкомов и пр.» [144]

Заграничные эсеры наряду с такими операциями мечтали и о восстаниях. Они прежде всего хотели установить связь с остатками бандитских шаек в горах Черноморья, а затем приступить к подготовке очагов восстаний, северо-западного и южного, т. е. через Финляндию и Румынию, наконец, галицийского через Польшу. Эти планы увязывались с задачами империалистических генеральных штабов и должны были из диверсионных актов превратиться в операции на флангах, обеспеченные возможностью иностранной помощи [145] .

Польский Генеральный штаб, используя белогвардейцев, строит свои «великодержавные» планы возврата к границам 1772 г., засылая в Минский район ряд групп и одиночек с целью подрыва советского государственного и хозяйственного аппаратов, террора и налетов на красноармейские части. Таковы были: отряды Ройцевича, Черного, майора Гомина, капитана Марцелло, генерала Адамовича и пр. [146] , агенты Савинкова, Балаховича и др., объединенные под флагом «Народного союза защиты родины и свободы».

На юге группа Безрукова, Крючкова и де-Тиллота осуществила взрывы в помещении органов ГПУ, Качинской авиашколы (точнее, бензиновых баков, имевшихся при ней). Спустя некоторое время они взорвали пороховой погреб в Севастополе и удачно бежали из СССР, захватив в Черном море пароход «Утриш» [147] .

Сюда же нужно отнести и группы монархистов-террористов так называемого кутеповского толка (захваченные в 1927 г. вместе с племянницей генерала Кутепова) и группу белогвардейцев, бросавших бомбу в комендатуру ОГПУ в июле1928 г.