Чтение онлайн

Тут даже Мартиус унялся со своим недоверием.

– Уж быстрее бы ужин начался, - пробормотал он, забарабанив пальцами по столу.

А трапеза затягивалась: директора все еще не было, и ученики расшумелись не на шутку. Правда, в отличие от обычных ужинов и обедов, за столом не слышалось ни привычных шуток, ни смеха - наоборот, лица у всех были печальные, кое-кто даже всхлипывал. Слуги, правда, уже начали разносить суп и второе.

А к Кэнду в это время наклонился Джандел:

– Слушай, а Кайтэра-то до сих пор нет!

– Как это нет?
– поразился дракон, оглядев однокашников, и только сейчас заметил, что кресло между Халфером и Торландом пустовало. Из-за переживаний Ардона он как-то даже позабыл про Кайтэра.

– Неужели его все еще допрашивают?
– изумленно уставился на друга Кэнд.

– Ну, наверняка, - зашептал Джандел, - не прогуливает же он ужин! К тому же мастер Ферон еще не пришел, а Ардон говорил, что Кайтэра к директору вызвали.

Кэнд покосился на Торланда - ему очень хотелось расспросить его про Кайтэра, но Ардон был полностью поглощен покаяниями:

– В общем, ребятушки, я теперь понял одно, - пафосно и мрачно говорил он, постукивая ложкой по тарелке с супом, - всегда надо следить за тем, что говоришь! Каждое слово взвешивать раз пять-семь.

Кэнд невольно фыркнул:

– Да у Торланда рот вообще не закрывается. Когда он будет еще что-то взвешивать успевать?

И дракон мрачно втянул носом воздух. Чем дальше, тем сильнее его охватывала тревога: а ну как Кайтэр, чего доброго, про них наболтает на допросах!

В эту секунду громко хлопнула дверь, и столовая буквально взорвалась тревожным гомоном. В зал вошел директор Ферон в темном плаще, а следом - Джелл Аквид и мастер Кридус, который отличился ковырянием стекла в коридоре. И у Кэнда екнуло сердце.

– О, Деасор, сейчас что-то начнется!
– проскрипел Торланд каким-то деревянным голосом. Лицо его пошло красно-белыми пятнами, прямо как у Кайтэра с утра.

Правда, Кэнда и самого трясло от волнения.

А Лилиана, завидев директора, даже руки к нему протянула:

– Голубчик... Ферон! Ну, скорее же... Мы и так уже измучились, - всхлипнула она и высморкалась в платочек.

Но тот бросил на Лилиану мрачный взгляд и встал во главе стола:

– Господа, молодые лёйты и лёйтэ, прошу тишины!
– откашлялся он и даже костяшками пальцев постучал по столу, стараясь всех утихомирить. Мастера принялись спешно рассаживаться.

– Вот забузз, - простонал Торланд, так резко откинувшись на спинку кресла, что чуть не смахнул миску с тефтелями.
– Сейчас они объявят... Сейчас объявят, - забормотал он, блуждая невидящим взглядом по столу.

А Пилакс сбоку вдруг затряс Торланда:

– Арди, а может, нам... может, нам того?..
– замычал он с каким-то ошалелым видом.

Но Торланд моментально выпал из своей прострации:

– Ты что, последние мозги потерял, дундук? И вообще, сейчас все выясним!
– прорычал он какую-то околесицу.

И Кэнд с изумлением заметил, что громила-Пилакс смирно закивал, даже не подумав огрызнуться. А ведь мог бы и в лоб Ардону дать за "дундука"!

А Торланд, почувствовав внимательный взгляд Кэнда, исподлобья посмотрел на него, и дракон даже поежился - с Ардоном определенно неладное творилось. Точнее, он тоже переживал, но при этом, похоже, еще и боялся!

А Ферон снова постучал костяшками пальцев по столу:

– Тишина, лёйты, тишина! Я должен сделать важное объявление!
– И его голос буквально полетел над столом, отдаваясь возгласами и перешептываниями асфильцев:

– Объявление... сейчас будет объявление...

– Бедный мастер Лоррик!
– всхлипнул кто-то.

– А может, тело нашли? Говорят, его в озеро скинули, - зашептались старшекурсники в дальнем конце стола.

– Да ну, в озере его бы сразу нашли. Скорее всего, в лесу зарыли...

– Ничего подобного, скинули в сточную канаву! Так быстрее и руки марать не надо...
– неслись сплетни одна причудливее другой.

И Кэнд замер, готовясь к страшному известию про Лоррика. А может, и к чему похуже: сейчас Ферон объявит... Сначала про Лоррика, потом про отмену асфильского юбилея, и начнется: "Кто мог подбросить записку от Союза Одиноких Душ", "Не видел ли кто Кайтэра вчера у кабинета Лоррика"... Вспомнят про Калтеронов. А потом доберутся до них с Джанделом: вскроется и про книги, и про их ночные пробежки, и главное - что именно они видели убийство! Точнее, должны были видеть.

Все эти мысли буквально за мгновение пронеслись в голове дракона. Его так трясло, что он даже не сразу услышал Ферона, который уже начал свою речь. Но из-за страшного волнения Кэнд не разобрал первые слова, включившись только на середине.

– ...В общем, я очень удивлен, молодые господа, и даже тронут, - говорил директор в гробовой тишине.
– Признаться честно, я не ожидал, что вы будете так переживать за нашего коллегу, мастера Лоррика. Но должен сказать, что ваша забота хоть и трогательна, но... совершенно излишня!
– По залу пронесся вихрь перешептываний, а Ферон продолжал: - Дело в том, что мастер Лоррик жив-здоров, и с ним все в полном порядке!
– буквально колоколом загремели его слова.

И зал потрясенно охнул:

– К-как жив-здоров?
– пролепетала администраторша, глядя на директора с таким ужасом, будто он еще про какое-нибудь убийство рассказал.

– Да, госпожа Лилиана, - скупо улыбнулся тот, - я получил эту весть всего час назад. Мастер Лоррик лично связался со мной по кристаллеру. Оказывается, этой ночью он спешно отбыл в свои дионийские владения.

– Как в дионийские владения?
– охнул Талкас.

– Вот так!
– все с той же улыбкой ответил Ферон.
– Какие-то срочные дела у него. Безответственный поступок мастера Лоррика, признаться, поставил меня в тупик - у него ведь экзамены на носу! Но мне тут стало известно, что он и вчера пропустил занятия - у старшекурсников. Похоже, готовился отбыть из Асфиля.

Шум и гвалт в столовой стал громче.

– То есть он... он...
–  Талкас явно не мог слов подобрать.

– Скажем прямо - он просто-напросто сбежал из Асфиля!
– с деланной улыбкой кивнул Ферон.

– Не может быть!
– охнула Лилиана, побледнев.
– Но почему... Как же так?!

– Невероятно, - в тон ей промычал мастер Талкас, вытирая лоб платочком.

А столовая буквально взорвалась возгласами:

– Лоррик уехал... Отбыл в дионийские владения!
– понеслось над столами.