Чтение онлайн

СОВСЕМ КАК ПРИ НЕУДАЧНОЙ ОСАДЕ СРЕДНЕВЕКОВОГО ГОРОДА, ВОЛНА ЗА ВОЛНОЙ СПАСАТЕЛИ БРОСАЛИСЬ НА ШТУРМ ПЕЩЕРЫ, ЕЕ ВОД И СТЕН. Все большие и большие военные подразделения вводились в бой.

Тем же вечером из Чианграя к пещере было отправлено тридцать седьмое военное подразделение под командованием полковника Синганата Лосюя, человека, сыгравшего в будущем ключевую роль в этой саге. Но той ночью его главной заботой стали родители. Они рыдали у входа. Все время, пока солдаты заходили внутрь, сыпались вопросы: «Полковник, вы найдете наших мальчиков? Где они?»

В иерархическом обществе, каким является тайское, строго соблюдается субординация по рангу и старшинству, поэтому родители держались на уважительном расстоянии от полковника. Сам отец двоих детей примерно такого же возраста, он все же не мог остаться равнодушным, но что ответить? Его отряд только прибыл, и пока сообщить было нечего. Само присутствие боевых частей напугало родственников. В ХИЖИНЕ СМОТРИТЕЛЕЙ, ГДЕ ОНИ УКРЫЛИСЬ ОТ ДОЖДЯ, ВЕЛИСЬ ТЯГОСТНЫЕ РАЗГОВОРЫ: ЗАЧЕМ ПОНАДОБИЛОСЬ ПРИВЛЕКАТЬ ВОЕННЫХ, НЕУЖЕЛИ ПОЛОЖЕНИЕ НАСТОЛЬКО СЕРЬЕЗНОЕ? Смотрители деликатно пытались объяснить, что их собственная квалификация недостаточна, чтобы действовать в условиях наводнения, и уверяли, что солдаты обязательно найдут детей.

Первая группа, отправленная полковником, состояла из девяти рядовых и одного офицера, капитана Падчарапона Сукпанга. Под его командование также определили двух местных чиновников и смотрителя парка. Капитан, профессиональный военный с двадцатилетней выслугой, вел журнал и тщательно фиксировал детали задания. Мужчина утверждал, что его маленький отряд не встретил особенных препятствий на пути в «Третий зал». А вот там они стали замечать, что вода поднимается повсюду. Но упорное продвижение продолжалось. Несмотря на то что капитану уже перевалило за пятьдесят, он сохранял спортивное телосложение, носил короткую армейскую стрижку и безукоризненно обтягивающую узкую военную форму, даже если в Мэй Сай нечем дышать из-за погоды. Впрочем, при необходимости не боялся запачкать мундир в грязи. И это к лучшему, ведь к тому моменту, как они покинули «Третий зал» и вползли в 140-метровую кишку туннеля, грязь тонким слоем покрывала его полностью.

Теперь вода сочилась из потолка, будто пещера сильно потела. Лужицы собирались на полу, становясь глубже у стен, где образовались естественные дренажные канавы. В нескольких метрах от Т-образного разветвления уже чувствовалась гарь от потерпевшей неудачу операции с насосом Верна и команды альпинистов-спасателей. Капитан глянул на мешок с песком возле бассейна в форме миски и подумал, что это сравнимо с бросанием камешков в реку с целью запрудить ее. Один из подчиненных вошел в воду – глубина уже составляла около полутора метров. У них тоже не было с собой необходимого снаряжения – пришлось повернуть назад (на этом этапе поисково-спасательной операции просматривалась явно выраженная тенденция).

Но перед тем как отправиться в обратный путь, они подумали, что можно замерить хотя бы скорость течения. Для этого мужчины наполнили бутылку на треть объема, закрыли крышкой и бросили в воду. По их расчетам ее понесло на юг, к «Пляжу Паттайя», со скоростью 30 км/ч. Потрясает, если помнить, что они находились внутри пещеры. Уже собираясь уходить, капитан кое-что заметил: имена на грязной стене. Позже он показывал мне фотографии. Некоторые надписи, похоже, были нарисованы просто пальцем в наслоении грязи, другие – вырезаны каким-то инструментом или острой палкой. Он решил, что это имена пропавших мальчиков. Понг – одно из тех, что можно было разобрать. Еще, по его словам, он увидел стрелу, указывающую на юг, в сторону «Пляжа Паттайя» [7] . Капитан поспешил прочь из пещеры, чтобы доложить командиру. На следующее утро это стало главной новостью в местных газетах, после того как к месту происшествия потянулись репортеры и съемочные группы новостей принялись рыскать вокруг, расспрашивая о предполагаемом местонахождении детей.

В маленьком палаточном лагере разместилось уже около сотни людей, многие носили тонкие, яркоокрашенные дождевики. Трава на площадке для пикников уступила место грязи, сдавшись под бесконечными потоками дождя и бесчисленными подошвами нервно вышагивающих родителей, волонтеров и прибывающих войск. ПОНЯВ, ЧТО ПОПЫТКИ СПАСАТЕЛЕЙ СНОВА И СНОВА ЗАКАНЧИВАЮТСЯ НЕУДАЧЕЙ, РОДИТЕЛИ НАЧАЛИ ПРИНОСИТЬ ПОДНОШЕНИЯ ДУХАМ ПЕЩЕРЫ – ЛАДАН И СОК ФРУКТОВ. Душа «Спящей принцессы» не пробуждалась так давно, что никто не мог понять, разгневана ли она, и если да, то почему. Наконец родители уступили уговорам смотрителей парка и навалившейся усталости. В полном изнеможении они опустились на матрасы на полу одной из хижин и попытались уснуть, поедаемые москитами.

Когда ночью 24 июня Верн покидал комплекс, он четко осознал две вещи. Во-первых, возлюбленная пещера ополчилась на него. Она превратилась в монстра, отвергающего даже самого преданного поклонника. Во-вторых, это могло случиться со мной. Что было не менее тревожно. В ту самую субботу, когда пропали мальчики, он продлил визу, чтобы продолжить исследовать пещеру. И собирался отправиться туда в воскресенье, 24 июня, что, впрочем, и сделал, правда, не в качестве туриста, а как спасатель. Из-за конфигурации пещеры тот, кто отправляется в южную, дальнюю ее часть, никак не услышит и не увидит, как к развилке со стороны «Монашеского ряда» хлынет поток воды, со скоростью, вызывающей морскую болезнь. ТЫ ДАЖЕ НИЧЕГО НЕ ПОЙМЕШЬ, ПОКА ПУТИ К ОТСТУПЛЕНИЮ НЕ БУДУТ ОТРЕЗАНЫ. Что и случилось с детьми. И несмотря на то, что он – бывалый спелеолог, подобное могло случиться и с ним.

«Ребята, – говорил он, – оказались там в совершенно неподходящее время». И снова повторил: «Это могло случиться со мной». Но не случилось. Верн находился снаружи. А они внутри. И совершенно очевидно, что им нужна помощь… На совещании той ночью Наронгсак решил вызывать тяжелую артиллерию.

Будить высокопоставленных чиновников по ночам превращалось в традицию. В те выходные в Таиланде проходил национальный праздник, посвященный возникновению буддизма, – Асана Буча. Он отмечается в первый день полнолуния восьмого лунного месяца в память о проповеди, произнесенной Буддой 2500 лет назад. Это были долгие выходные. В субботнюю ночь 24 июня контр-адмирал Военно-морского флота Таиланда Апакон Юконгкео с облегчением устроился в своей кровати на военной базе недалеко от настоящего пляжа Паттайи. И тут раздался звонок. Нужны его «морские котики».

«Отправить нашу команду на помощь мальчикам, сегодня же», – приказал командир боевого подразделения, уже полный адмирал.

Апакон, ветеран спецназа ВМС Таиланда «Морские котики», похожий на ежа из-за щетины коротко стриженных волос, слышал о происшествии, но не обратил особого внимания. Он относился к руководителям, которые разговаривают со своими подчиненными, а не орут на них. Совещания накануне боевых заданий проходили сухо и по делу, без громких лозунгов в стиле генерала Паттона или Макартура. Люди уважали его за то, что он был их командиром, и за то, что уважение было взаимным. Он доверял своим офицерам и позволял им самостоятельно принимать тактические решения на месте.

Прошло уже больше двадцати четырех часов с начала поисковой операции. Новость кругами расходилась по средствам массовой информации Таиланда. А через сутки она выйдет за пределы страны благодаря короткому сообщению «Си-Эн-Эн». Агентство «Ассошиэйтед Пресс» приступило к освещению истории, прислав несколько немногословных донесений, пока журналисты бронировали номера в местных отелях. Рядом с военными грузовиками теперь стояли фургоны с антеннами на крыше. Появились полотняные шатры для репортеров, прямо в грязь установили раскладные столы. Представители власти, включая губернатора Наронгсака, заверяли прессу в своем глубоком убеждении, что мальчики живы. Но это только предположение, не подтвержденное ни одним фактом и основанное лишь на надежде. На фотографиях, опубликованных в «Бангкок Пост» и в таиландской «Нейшн», полицейские в униформе и волонтеры в ярких оранжевых светоотражающих жилетах выстроились у входа в пещеру, которая выглядела готовой съемочной площадкой. Прожекторы освещали стены с яркостью, достаточной для проведения реставрационных работ. На одной из фотографий: губернатор Наронгсак, совершенно неуместный в этом окружении скал и грязи в белой накрахмаленной рубашке, брюках и модельных туфлях. Он смотрел вниз, руки в карманах, на лице явно читалась горечь поражения.

Это момент, когда он решил вызвать подкрепление. Подняв шум, губернатор перевел дело на национальный уровень. Уже подключился глава военно-морских сил, а к тому времени, как солнце грядущего дня осветило леса на «Спящей принцессе», известили и членов кабинета министров. Номинально Наронгсак все еще руководил операцией, но фактически ответственность больше на нем не лежала. Он не имел права командовать военными. Эти полномочия принадлежали главнокомандующему тайской третьей армией (да и тому очень скоро пришлось отвечать перед вышестоящим начальством).