Чтение онлайн

Он оставлял их потому, что они удерживали землю, лежащую большими комьями между их корнями, вода же постоянно опустошала тростники и уносила ежегодно часть лугов, так что деревья лежали весьма кстати. Ландри приблизился ко рву (так они называли эту часть тростников), он прыгнул с самой вышины, чтобы поскорее очутиться в самой глубине, так как на правом берегу было столько веток и травы, и человека не было видно, если не войти туда; Ландри так торопился, что не пошел кругом до угла, где они сами сделали лестницу из дерна, положив его на камни и на большие корни, торчащие из земли в виде отростков.

Он очень волновался; его преследовала мысль матери, что Сильвинэ хотел с собой покончить. Он исходил всюду, через ветки, истоптал траву, звал Сильвинэ и свистел его собаку, она тоже исчезла и не было сомнения, что она последовала за своим хозяином. Как ни искал и ни звал Ландри, он никого во рву не нашел. Он всегда все делал обстоятельно и хорошо; потому он тщательно осмотрел берег, стараясь найти след ноги или обвал земли.

Поиски были печальные и трудные; Ландри больше месяца здесь не было, и хотя это место было ему хорошо знакомо, все же не настолько, чтобы заметить малейшую перемену. Весь правый берег и дно рва были покрыты дерном, тростник и хвощ так густо выросли в песке, что невозможно было увидеть след ноги. Однако, после тщательных поисков, Ландри нашел след собаки на помятой траве, словно Фино или другая собака его роста на ней лежала, свернувшись в клубок.

Это до того его озадачило, что он вторично осмотрел крутой берег. След показался ему совсем свежим, точно оставленным ногой человека, который прыгнул или скатился. Впрочем, яму могли вырыть большие водяные крысы, опустошающие и грызущие все, но все-таки это предположение так огорчило Ландри, что он упал с молитвой на колени.

Недолго он оставался в нерешимости, ему скорее хотелось пойти и поделиться своей тревогой с кем-нибудь. Он смотрел на реку полными слез глазами, как бы спрашивая у неё, что она сделала с его братом? А речка текла спокойно, бурлила около веток, висящих вдоль воды, и уходила дальше, словно насмехаясь тайно над Ландри.

Мысль о несчастий удручающе подействовала на бедного Ландри и он совсем потерял способность соображать.

— Не вернет мне брата эта злая безмолвная речка, думал он, напрасно я плачу; он попал в самую яму, где накопилось столько веток, и теперь не может оттуда выбраться. Господи, когда я подумаю, что мой бедный близнец, может быть, лежит в двух шагах от меня на дне, а я не могу его найти в этих ветках и кустах, даже если бы спустился туда.

И он стал горько оплакивать брата. Это было его первое тяжелое горе. Наконец, его осенила мысль, посоветоваться с теткой Фадэ, старой вдовой, она жила на самом конце Жонсьеры, на дороге, спускающейся к броду. Эта женщина имела небольшой садик и дом, но никогда не нуждалась: она отлично лечила от разных болезней и невзгод, и к ней со всех сторон приходили за советами. Она помогала им тайными средствами, вылечивала раны, вывихи и увечья. Иногда она рассказывала небылицы, выдумывала несуществующие болезни, как, например, отцепление желудка или отпадение ткани живота и тому подобное. Я сам не верил таким случаям, то же сомневаюсь в её способности переводить молоко из молодой коровы в старую и тощую. Но все-таки она трудом зарабатывала деньги, потому что исцеляла многих больных своими лекарствами, и знала отличные средства от простуды, приготавливала пластыри для порезов или ожогов и давала пить настойки от лихорадки.

В деревне трудно знахарке не прослыть колдуньей, многие уверяли, что тетка Фадэ не выказывает всех своих познаний, а что она может находить потерянные вещи и даже пропавших людей. Такое заключение выводили из её способности помогать в беде и приписывали ей невозможное.

Дети всегда слушают очень внимательно такие рассказы. Ландри слышал от своих хозяев, людей более суеверных и простых, чем его родные, что тетка Фадэ легко находит тело утопленника при помощи зернышка, которое она бросает в воду, приговаривая. Зерно всплывает по течению и останавливается там, где лежит бедное тело. Многие думают, что и священный хлеб имеет ту же силу, во многих мельницах есть всегда приготовленный хлеб. Но у Ландри его не было с собою, а тетка Фадэ жила так близко. Он долго не размышлял и побежал к ней.

Он торопился поделиться с ней своей тревогой и попросить ее дать ему её тайное средство, которое поможет найти брата, живого или мертвого.

Но тетка Фадэ дорожила своей репутацией, потом она не любила выказывать свой талант даром; она только посмеялась над ним и прогнала его довольно грубо. Она не могла простить его семье, что они пригласили для родов мать Сажетту, а не ее.

Ландри был очень самолюбив и, наверно, в другое время он бы рассердился, но теперь ему было не до того! Он вернулся обратно ко рву, думая броситься в воду, хотя не умел ни плавать, ни нырять. Он шел с опущенной головой и глядя в землю, как вдруг его кто-то хлопнул по плечу. Ландри обернулся и увидел маленькую Фадетту, внучку тетки Фадэ; ее так называли не только по фамилии, но потому что и ее считали колдуньей? [3] Вы, конечно, знаете, что Фадэ (fadet) называют иногда домового, а фадеттами — фей. Всякий бы принял эту девочку за фею или духа, такая она была маленькая, худая, взъерошенная и смелая. Она охотно болтала, над всем смеялась, была подвижна, как бабочка, все ее занимало, эту черненькую, как сверчок, девочку.

Когда я представляю Фадетту в виде сверчка, я этим хочу показать, что она была некрасива; ведь этот бедный полевой сверчок еще уродливее комнатного. Но вы наверно не забыли, как играли с ним в дедуси, заставляя его трещать в коробочке или любовались его смешным рыльцем. Дети из ла-Косс были умные и наблюдательные, они хорошо подбирали сходства и сравнения, и Фадетту они назвали сверчком, не желая ее обидеть, а скорее по дружбе. Хотя они и побаивались её колдовства, но ее любили, она умела забавлять их интересными сказками, придумывала разные игры.

Настоящее её имя было Фаншон, так называла ее её бабушка, не любившая всякие прозвища. Вследствие ссоры тетки Фадэ с обитателями Бессонньеры, и близнецы не говорили с маленькой Фадеттой, даже чуждались её и избегали её и её маленького брата-скакуна. Этот мальчик был еще меньше, вертлявее и худее, чем она; он не отпускал ее ни на шаг, сердился и кидал в нее камнями, если она убегала от него. Иногда она сама раздражалась, но это случалось очень редко, всегда она была готова посмеяться и пошалить. Предубеждение против этих детей было так велико, что многие думали, что знакомство с ними не приведет к добру, отец Барбо сам был того же мнения. А все-таки дети постоянно говорили с маленькой Фадеттой. Она особенно весело приветствовала близнецов из Бессоньеры, говоря им издали всякую чепуху и вздор, как только она видела их.

Бедный Ландри обернулся и увидел маленькую Фадетту, а позади Жанэ, скакуна, который шел за ней следом, прихрамывая (бедный мальчик хромал от рождения). Сначала Ландри не обратил ни них внимания и продолжал свой путь, ему было не до шуток, но Фадетта ему сказала, ударяя его по другому плечу:

— Волк! волк бежит! Противный двойняшка, половина мальчика, куда девал ты вторую половину?

Ландри рассердился на её брань и придирки, он обернулся и хотел ударить маленькую Фадетту кулаком, но она ловко улизнула, к своему счастью! Ведь близнецу было около пятнадцати лет и рука у него была тяжелая, а Фадетта, хотя и была только годом моложе, но на вид ей нельзя было дать больше двенадцати, до того она была тоненькая и хилая, того и гляди разломается, если ее тронуть. Но она ловко и проворно отклоняла удары, и ее часто спасали её ловкость и хитрость. Так и теперь: она так метко скакнула в сторону, что Ландри едва не стукнулся протянутой рукой и носом о дерево, за которое она спряталась.

— Злая стрекоза, — сказал бедный близнец в сердце, — ты видишь, как я огорчен, зачем же ты дразнишь меня? — У тебя вовсе нет сердца! Уже давно ты хочешь меня рассердить, называя меня не цельным мальчиком, а половиной. Сегодня мне очень хочется разбить вас на четыре части, тебя и твоего противного скакуна! Посмотрел бы я, составите-ли вы вдвоем хоть четвертушку чего-нибудь порядочного!

— Ох, прекрасный близнец из Бессоньеры, властелин ла-Жонсьеры, — отвечала Фадетта, посмеиваясь, — как вы глупы, что со мной ссоритесь! я ведь могу сказать вам, где ваш близнец.

— Это другой вопрос, — сказал Ландри, успокаиваясь, — скажи мне, Фадетта, где он, ты меня успокоишь и обрадуешь.

— Ни Фадетта, ни сверчок, не хотят вовсе вас радовать, — отвечала девочка. — Вы мне наговорили много дерзостей и меня бы побили, не будь вы таким неповоротливым и разиней. Ищите его сами, вашего близнеца, вы так умны, что не нуждаетесь ни в чьей помощи.

— Охота мне тебя слушать, злая девчонка, — сказал Ландри, отворачиваясь от неё и пошел дальше. — Ты сама не знаешь, где мой брат, ты не умнее твоей старой колдуньи-бабушки.