Чтение онлайн

Ирхон сунул руку под подшлемник и задумчиво поскрёб затылок.

— Тебе придётся идти за помощью, — сказала я.

— Не-е, не согласился воин, я останусь с вами. Иначе нирт с меня голову снимет. У вас же кроме той зубочистки, что дал Нэб, и оружия то никакого нет.

Это он про метательный нож? А я про него совсем забыла. Вот что значит совсем не пользоваться, хотя уже привыкла постоянно таскать эту железку с собой. Сейчас она покоилась в кошеле у меня на поясе. Из тёмно-коричневой замши, с узорчатой вышивкой, он был подарком Фэры.

Где-то неделю назад женщина заметила, что я ношу с собой маленький свёрток. А куда мне было его пристроить, ножен то не было.

— Что это вы, нирта, с собою таскаете?

— Кинжал, — потупилась я.

— А ножен к нему вам не дали?

Я только молча развела руками. Нэб то свои «игрушки» рассовывал по специальным карманам в кожаном жилете.

— Есть тут у меня одна вещица.

Фэра порылась в своём фургоне и извлекла на свет божий кошелёк, который мне сразу приглянулся.

— Вот, хотела подарить Роне. Но пусть теперь этой сучке ваш му… — женщина метнула на меня настороженный взгляд, понимая, что сболтнула лишнего, — В общем, есть теперь кому её подарками заваливать. А вы берите, не пожалеете, а то от этой вашей штуковины магией фонит не по-детски.

Э-э-э, а чего это она такое сказала? У нас в отряде что, каждый второй «видящий»? Или каждый первый? Сейчас мы это узнаем. Я принялась пытать проговорившуюся женщину. Сперва Фэра молчала, как Зоя Космодемьянская, но потом всё-таки раскололась.

Нет, она не «видящая», но на близком расстоянии магию почуять сможет. А как же без этого при её прошлой работе. Мало ли кто в бордель припрётся. И клиентам новым отказывать не с руки. И о жизни и здоровье постоянных необходимо позаботиться. Специально нанимать колдуна вместо детектора на входе слишком дорогое удовольствие.

— А артефакт? — удивилась я.

Есть же сигналки. Э-э, нет. Все эти железяки и каменюки тупые, их не так уж сложно обмануть.

— А я могу почувствовать магию почище любой сигналки, — призналась Фэра, — К тому же наёмного «видящего» можно перекупить, а я в Доме живу, то есть жила, — она вздохнула, — постоянно.

Женщина пояснила свою мысль. Маг был приходящий: смену отработал и пошёл домой. Не с девочками же его селить:

— Тут они, кобелины, о работе мигом забывают. Все мысли только об одном. Парни то в основном молодые. А дурам нашим одно развлечение — поиграть, как кошке с мышкой…

Она сказала: «вилье с шугой».

Но смысл то тот же.

— …Даже спорили на интерес, кто олуха первой в койку затащит.

— Так взяли бы кого постарше.

— На хорошего «видящего» «в самом соку» никаких денег не хватит. А старые маразматики, да кому они нужны? Мозги давно ссохлись — не пойми чего могут наколдовать. А что не засохло, то мгновенно разжижается, стоит им только девочек увидеть. Уж и стоять то нечему, а туда же — седина в бороду, Разрушитель в ребро.

— Разве среди мастеров дайхона нет женщин? Взяли бы одну из них.

— Э-э, нирта, они ещё хуже, — мотнула головой Фэра.

— Что, тоже неравнодушны к девушкам?

Все «видящие» женского пола — лесбиянки? Ни в жизнь не поверю.

— Что «неравнодушны», это вы точно подметили. Но совсем по другой причине.

Теряюсь в догадках. Глядя на моё удивлённое лицо женщина усмехнулась:

— Была тут у нас одна… Тальмьерр её звали. Как же сверкали её глаза при виде девчонок… Даже не знаю, что там было больше: зависти или ненависти. Вас это удивляет? Попробуйте стать на её место. Долгие годы учёбы. Во всём себе отказывать: никаких пирушек, никаких мальчиков. Стиснув зубы грызёте гранит науки, снося постоянные насмешки других магов, которые почти все поголовно мужчины. Как преподавателей, так и учеников.

Наконец достигли желаемого. И что? Вы женщина, обращаться к вам никто не спешит. Мужчины не доверяют, женщины — тем более. Венец карьеры — маг в борделе. Как же Тала рыдала, когда это рассказывала, как сжимались её скулы и белели костяшки пальцев.

Ещё бы, в вертепе жизнь бьёт ключом. Заливисто смеющиеся девушки в шикарных нарядах, блеск драгоценностей, изысканные яства, вино, как и золото, течёт рекой. Богатые и знатные любовники у твоих ног. Ну кто из женщин хоть раз не мечтал об этом? А каково Тале? Ведь она не дурнушка, и была бы ещё ничего, если б не корпела по ночам над книгами и манускриптами. И ради чего? Служить привратником на этом празднике жизни. Вполне достаточно, чтобы возненавидеть вокруг всех и вся. Так она мне и сказала.

Фэра задумалась.

— Вы расстались?

— Зачем мне этот клубок ненависти под боком. Но разошлись мы по-хорошему. Я накинула ей золотой за труды, и мастерица уехала куда-то на юг королевства. Мы тогда как раз спасли жизнь лаэру, тогда ещё лаэрину… Но так ли это важно?

Я отрицательно мотнула головой. К чему мне чужие тайны?

— Правильно, нирта. Убийца проник в Дом и оставил в покоях вельможи артефакт. Стоило потом его активировать, как мы бы все взлетели на воздух. Я вовремя почувствовала неладное и позвала Талу. Злодея скрутили, а нас вознаградили. Когда чародейка нас покинула, я перестала нанимать видящих. Мой благодетель… его я тоже не назову, а то вдруг заклятие сработает. Пусть Ворхем и говорит, что на таком расстоянии опасности нет, но кому нужно появление наёмных убийц…

Из рассказа Фэры я ничего не поняла и попросила объяснить. Оказывается все, кто работал в Доме, давали магическую клятву о неразглашении.

— А как же ваш… работодатель узнает, что она нарушена?

— Вот, — женщина вытащила из запазухи кулон — небольшой золотистый камень на золотой цепочке, — С помощью этой штуковины. Не знаю, как она работает, но стоит раскрыть несколько имён, как меня постигнет возмездие.

— Магическое?

— Нет, придут убийцы, пощады не будет, — Фэра потупила взор.

— А если снять амулет, кто узнает?

— Потеря контакта с телом тоже верная смерть.

Да-а, сурово у них там. Вход — рубль, а выход — только вперёд ногами.

Между прочим, ты собиралась рассказать о ноже.

Но сначала доскажу о кошельке. Такие в борделе были у каждой девчонки. Они же не только в Доме работали, но и по вызову. Так что им не раз приходилось возвращаться из гостей посреди ночи, да ещё и не с пустыми руками. Охрану то к каждой не приставишь. А то и сбегать раньше срока из разгорячённого вином мужского общества, чтобы избежать группового изнасилования. Поди потом, жалуйся.

Это за Ниллиэнн… Кто такая? Нила, голубоглазая девица с каштановыми волосами и великосветскими замашками… Так вот, это за ней хахаль непременно высылал карету, на которой та и возвращалась обратно. Да и то только тогда, когда в гостях у её нирта оставались важные персоны или родственники, которым тот не хотел показывать любовь всей своей жизни. Обычно она преспокойно проживала там на правах хозяйки.

— А почему нирт, что лаэра или лаэрина для неё не нашлось?

— Ей это ни к чему. Я сперва тоже удивлялась, что она со своим обаянием так мелко плавает. Вроде бы ничего особенного, симпатичная мордашка, не более. Рона в тысячу раз красивее. Но стоило Ниле улыбнуться и похлопать наивными глазками, как мужики были готовы валиться к её ногам штабелями. Только на фиг это ей, она со своим ниртом уже без малого сорок лет. Он ещё совсем мальчишкой был, когда они познакомились.