Чтение онлайн

Глава 32

В какой-то момент такая обида появилась на всех. На Алекса, на его родственников, на всех этих “друзей”, которые отреклись в ту же секунду, как только Алекс сбежал, на Руслана, Корнева, всех оборотней, косо глядящих на таких как я. На себя больше всего.

Всю свою жизнь я находилась под тяжестью этого жуткого слова “бракованная”. Не полукровка, но и не полноценный оборотень. То, что Ангелок родилась чистокровной, несомненно, по мнению окружающих заслуга только Алекса, хотя всем известно, что чистокровность передается от матери.

На мои плечи опустились руки. Я снова не заметила как он подобрался так близко. Стоял за спиной, я ощущала жар тела.

— Расслабься. — тихо проговорил он. Сколько мы молчали после моего откровения? Минуту, десять? Я ушла в свои мысли, забыв о времени. Откинула голову назад, расслабленно выдыхая. К черту всё, что было. Теперь у меня есть волчица и я позабочусь о ней. Внутри разлилось приятное тепло, я представила, как мы с Ангелиной бежим по цветущему лугу, а потом вдвоем оборачиваемся в волчиц.

Меня подхватили на руки, я в полудреме прижалась к груди и слушала двойное размеренное биение сердца. Говорят, что сердце волка слышит только истинная пара. С этими мыслями я уснула.

***

— Мамочка! Ты еще спишь?

Щекотно. Я лежу в постели в сорочке, но не помню как уснула. Распахиваю ресницы, рядом сидит Ангелочек, в руках у нее игрушка смешной страус с перьями, вот от чего мне так щекотно было.

— Не сплю. Иди ко мне. — обнимаю ее. — Вы когда вернулись?

— Три часа назад. Руслан сказал, тебя не будить, но я же не разбудила? Нет?

— Нет. — улыбаюсь. Вдыхаю ее запах, так соскучилась, не передать словами. Она называется Фетисова по имени. Он так ей представился, теперь она важно зовет его Руслан. Знала бы маленькая пуговка, что не всем взрослым так дозволено называть его. Почему позволил Ангелочку?

Ангелина выскальзывает из рук и идет к окну, раскрыть тяжелые темные шторы. Солнечные лучи сразу же освещают комнату, утро далеко не ранее, я проспала работу?

— Руслан сказал не будить? — повторяю.

Почему? Меня уволили? Он понял, что с Ангелиной мы пользы не принесем и отстал от нас?

— Ма-ам, уже скоро вечер, ты какое платье наденешь в ресторан? А мне можно зеленое, моё любимое? — моя модница крутится у зеркала.

— Какой ресторан? — вспоминаю, я обещала ей выход в ресторан?

— Руслан сказал, что сегодня мы с ним идем в ресторан. Ты и я. Он сказал — я красавица. Ты тоже мама, не расстраивайся. Ты у меня самая красивая.

— Он дома? — я поднялась, отыскав в шкафу белый велюровый халат, накинула его на себя.

— Я не знаю, был дома, потом я играла и…

— Ладно, Ангелочек, пойдем вниз, расскажи мне как съездили? Тебе понравилось?

— Очень! Я видела живого страуса! Его зовут Мики!

— Ох, надо же, уже страусам имена дают.

— Да! Он такой большой. Глазища огромные и длинные ноги. Ты знала, что страусы могут обогнать машину, и совсем не прячут голову в песок?

— Теперь знаю.

Мы спустились вниз, я нигде не увидела няни, Галина Степановна, видимо, отлучилась, раз и Ангелочек прибежала ко мне одна.

— Кира Златановна, будете завтракать? — на кухне у плиты суетилась домработница.

— Обедать скорее, — усмехнулась я. — Ангелочек, составишь мне компанию?

— Да, я же еще не все рассказала про музей!

— Кто бы сомневался? — мы устроились рядом за столом, я не могла насмотреться на дочку. Еще не говорила ей про свою волчицу, узнает потом, когда поедем в лес.

Обновление 30.07

День поездки в лес выдался абсолютно безветренным, теплым, солнечным и сухим. Природа будто сама благоволила нам, я бы не хотела, что Ангелок заболела, бегая в прохладную погоду. Волчата ее возраста еще ранимы и подвержены болезням, поэтому все обороты только под присмотром взрослых. Мы ни разу еще не выезжали с ней в настоящий лес. Немного волнительно за нее и за свою волчицу, которая тоже впервые увидит лес, да и вообще впервые осознанно сама обернется.

Руслан обещал, что всё будет хорошо. Я постаралась не подавать перед дочерью вида, как сильно волнуюсь, но он, кажется всё понимал без слов.

— Здесь недалеко домик, лучше оставить сменную одежду там. — мы шли уже десять минут, припарковав машину на специальной стоянке для таких случаев. — Здесь закрытая частная территория, так что не бойтесь.

Мы с Ангелочком переглянулись, улыбнулись, подбадривая друг друга. Она еще не знает, что у меня есть волчица. Я в предвкушении порадовать ее, молча шла за Русланом.

Домик оказался маленьким, но добротным, сложили наши вещи, Руслан вышел, оставляя нас наедине.

— Ангелочек, — я присела на корточки, сняв с себя тунику и брюки, стала помогать ей с брючками и кроссовками.

— Мам, а ты почему раздеваешься?

— У меня есть для тебя сюрприз. Давай, дальше сама и смотри. — я сделала шаг назад и призвала своего зверя. Зверем, конечно с натяжкой можно назвать. Моя волчица была немногим старше волчицы дочери.

— Ва-ау! — я отчетливо слышала и видела всё, что видит моя ипостась. — Белая… как я белая… Мамочка! — взвизгнула она и обняла меня за шею. Моя волчица ткнулась в ее плечо носом, подталкивая “мол, оборачивайся” и Ангелина обернулась маленьким белым волчонком.

Когда мы обе вышли из домика, у крыльца нас встретил черный волк Руслана.

Он обнюхал воздух перед собой, и взвыл.

Волками бегали по лесу часа четыре. Он стерпел всё: и наше брызгание в ручье, и беготня по малиннику, и кувырки в овраге, и просто радостное рыскание вокруг. Пару раз, он поймал за шкирку волчонка, чтобы она не сломала себе кое-что, и тут же опускал на безопасное место.

К вечеру мы умаялись, наверное, к его большой радости. Он успел даже поохотиться на зайцев, давая нам насытиться дичью.

Возвращались в домик уставшие, но довольные. Мы Ангелиной вошли внутрь, чтобы обернуться и переодеться. Там же обтерлись влажными полотенцами, переоделись и вышли из домика. Мышцы приятно потягивало, Ангелочек была довольно донельзя. Я резко притормозила ее, заталкивая обратно в домик, за свою спину.

На поляне перед домом появились чужаки и Руслан уже напряженно стоял спиной к нам, смотрел в ту сторону.

Их было несколько.

— В дом зайди. — жестко приказал и я не посмела ослушаться, прикрыла двери и мы с Ангелиной замерли. Подслушать не удавалось, в домике не было окон, а из-за двери не было ничего слышно.