Чтение онлайн

Вопрос Алекса застывает в ушах, а я тянусь к нему и целую в щёку.

— Потому что я не смогла бы назвать тебя монстром, — шепчу я.

Проходит несколько дней. Я стараюсь всё это время не общаться со Златой, держать её на расстоянии, потому что не могу себе позволить ещё сильнее врасти в неё. И без того уже потерял голову. Должен был влюбить девчонку в себя, а влюбился сам. Кусок идиота. Зачем мне это потребовалось сейчас? Впрочем, случилось это точно не сейчас. Давно. Когда я впервые увидел девчонку. Вот только поначалу захлестнула ревность. Я боялся, что отец теперь будет больше внимания уделять ей и своей избраннице, считал, что Злата мой враг. Но уже тогда хотел обладать ею, проводить с ней больше времени.

С тяжестью выдыхаю, когда курьер привозит результаты ДНК в запечатанном конверте. Расписываюсь в получении, захожу в дом и открываю.

Глаза ползут на лоб, когда я вижу результаты.

Оля моя сестра.

Результат показал, что мы с ней связаны.

Да к демону всё!

Мне хочется кричать от боли, рвущей сознание в клочья в это мгновение.

Если Лёля моя сестра, то и Злата тоже.

Мозг выворачивается, выкручивается буквально.

Мне волком выть хочется, кричать, но я сдерживаю боль внутри, чтобы укоренилась, чтобы расползлась в душе и осталась там осадком, который будет теперь вечно напоминать, что Злата должна держаться на расстоянии от меня.

Нам нельзя быть вместе.

Она моя сестра.

Запретный и слишком манящий плод.

Нам запрещено вообще испытывать подобные чувства друг к другу.

А я люблю её.

Коварная, мать её, первая любовь.

И последняя.

Потому что таких, как она, больше не найти.

Она необычная. Невероятная. Такая, какую Злата, я и не рассчитывал заполучить. И она тоже тянется ко мне. Ей причинят боль результаты теста. Точно причинят, поэтому я не знаю, как сказать Злате, что мы связаны биологически. Лучше разорвать сердце и сказать, что она мне не нужна, чем раскрыть правду. Лучше уж пусть ненавидит меня, чем тянется ко мне и понимает — нельзя.

Забываю о том, что договаривался встретиться с Длинным, и когда парень приезжает, готов рвать и метать. Мне бы сейчас одному побыть, отключиться каким-то образом от всего, понять, как правильно действовать дальше.

— Ты только за часами? — спрашиваю, протягивая ему коробку.

Парень попросил дать мои часы погонять, а у меня их настолько много, что даже задарить готов, но в это мгновение я не в том настроении, чтобы делать подарки, да и вообще общаться с друзьями.

— Что с тобой? Настроение неважное? Золушка с тобой на выходных отказывается встречаться, что ли?

Злюсь.

Сжимаю руки в кулаки и зло гляжу на парня.

— Тебе-то какое дело? Машину хочешь получить? На. Забирай её прямо сейчас и проваливай, пока по хребтине не получил! — возмущаюсь я и сую парню ключи, но он не принимает их.

— Да не пыли ты, Поздняк. Скажи, чё случилось, а я помогу, может? Я вообще приехал больше не ради часов. Решил признаться тебе, что спор наш с самого начала не совсем спором был. Короче, проехали. Ты мне теперь ничего не должен. Я просто видел, что тебя к девчонке тянет. Ну мы с Громилой закусились как-то на эту тему. Я пообещал доказать, что прав. Короче, я просто подтолкнул тебя к девчонке, к которой тебя и без того тянуло. Спор без свидетелей был. Так что теперь его больше нет. Будьте счастливы, братан. А часики я вместо машины заберу. В благодарность за то, что свёл тебя с девчонкой.

Длинный похлопывает меня по плечу, а мне в это мгновение хочется дать ему в рожу. Выщипать эти рыжие кудряшки и дать ему новое прозвище.

Лысый.

Ему подойдет.

Или Беззубый.

Тут уж как получится.

Однако я отпускаю его.

Парень уходит, а я рычу себе под нос от безысходности.

Свёл он нас, называется.

Вот только зря сделал это.

Зря! Зря! Зря!

Только захожу к себе и надеюсь рухнуть на постель, чтобы заснуть и не думать о проклятом тесте, как в спальню залетает отец.

Ещё один нежданный гость, который мне сейчас ну совсем не нужен.

Когда он успел приехать? Я же только недавно с улицы зашёл? И что случилось, чтобы вот так зло смотреть на меня? Спрашивать не хочу. Сам расскажет, судя по ошалелому взгляду, коим смотрит на меня.

— Какого дьявола ты творишь? — орёт отец.

Вроде бы не застукал меня на употреблении запрещённых веществ или просмотров фильмов для взрослых.

Я таким и не занимаюсь, если что.

— Бать, чё случилось, объяснишь? Или орать будешь? У меня голова болит так-то.

— Это ты мне сейчас будешь объяснять. Я тебе говорил, что будет, если ты тронешь Злату? Говорил, но ты не послушал меня. Посчитал, что я просто так сотрясаю воздух?

Может, мне тоже поорать, что для моего зачатия использовали семя донора, и я влюбился в собственную сестру? А я ведь могу! Могу, блин!

— Так разговор не строится! — заявляю я, стараясь держать себя в руках.

— А как строится? Я тебя предупреждал, чтобы ты девочку не обижал. Но ты сделал всё по-своему. Я только что встречался с Анжеликой. Злата беременна, сын. От тебя.

Беременна?

От меня?

С каких пор детей можно зачать во время невинных поцелуев?

Слова отца доходят до меня медленно, но верно. Неужели Злата решила таким образом отомстить мне? Может, всё это время она изображала из себя невинную девушку? Просто делала вид, что является такой, а на деле искала повод отомстить мне за то, что вынудил притворяться моей?

Как известно — в тихом омуте черти водятся.

Вот только мне самому не хочется верить в такой бред.

— Подожди, бать… Тебе эту хрень кто сказал? — спрашиваю, а сам пытаюсь понять, могла ли Злата придумать беременность.

Конечно, Мишка Гамми не святая, ей есть за что отомстить мне, но я до сих пор не понимаю, зачем?

— Анжелика сказала. Она требовала, чтобы я разобрался с тобой, а я ей в глаза даже посмотреть не мог, сгорая от стыда. Что ты задумал, сын? Зачем тебе это нужно? Что за беременность в вашем возрасте?

Ну…

В нашем возрасте и не такое бывает.

И раньше рожают.

А всё потому, что нефиг показывать по телевизору всех этих беременных школьниц. Ну а что? Сами показывают программы, в которых говорят, во сколько та или иная девчонка залетела. Выставляют всё это так, что остальные тут же хотят стать героинями очередного выпуска. А потом удивляются — откуда же столько беременностей в таком нежном возрасте.

Вот только в нашем случае я сам удивлён, ведь у нас с Мишкой Гамми ничего не было. Совершенно ничего. Неужели она сказала своей матери, словно было?