Чтение онлайн

Не торопясь, Дэниел оделся и побрился. Мэри принесла чай, когда он чистил ботинки. Он поблагодарил ее, улыбнулся, она кивнула и поспешила прочь. Он подумал, что ненавидит робость в женщинах, хотя тут же вспомнил, что и решительность ему тоже не по душе.

Когда он наконец был готов, то обнаружил, что до завтрака еще есть время. Дэниел знал, что на кухне его не ждут. Он выглянул в окно. Ночью опять шел дождь, но теперь небо стало ясным и голубым, только высоко над горизонтом на юге еще остались белые облака. Полчаса на свежем воздухе не повредит. Можно пойти в парк или к озеру. Или – тут он внезапно вспомнил о том, что собирался с тех пор, как Мэт рассказал о земляных крепостях, – посмотреть тот откос у дальней стены башни. Туда можно было добраться двумя путями. Вдоль фасада дома, наверное, будет короче. Но он решил идти более длинным путем – вокруг озера.

Проходя мимо, Дэниел внимательно рассматривал озеро, показавшееся ему не очень-то привлекательным. Пахло гнилью. Похоже, вода здесь стоячая. Но, возможно, запах исходил от болота на противоположной стороне. В целом непривлекательная местность. Участок, конечно, вполне подходил на случай осады, поэтому здесь и построили крепость. К тому же болото считалось непроходимым. Но почему кому-то взбрело построить здесь жилой дом, оставалось для него загадкой, которую разумный человек не в силах разрешить. Совсем непонятно, зачем дяде Шеймусу понадобилось его покупать. Но он напомнил себе, что находится в Ирландии, где трезвомыслие ценится не так высоко, как по другую сторону пролива Святого Георга. Правда, такое объяснение его не удовлетворило.

Древний вал тянулся параллельно основанию башни в трех метрах от него. Его длина составляла шестьдесят с чем-то футов. С одной стороны он резко обрывался у самого края озера, а с другой спускался почти до уровня земли. В некоторых местах виднелись обломки камня. Это могли быть куски больших валунов, которые использовались при постройке вала или фундамента башни. Все скрывал ковер травы, из которой выглядывали редкие цветы, в основном армерии и камнеломки, кое-где рос невысокий кустарник.

В самом высоком месте высота вала была не более шести футов, подъем был довольно крутым, но забраться наверх не представляло труда. Как ребенок, Дэниел разбежался и запрыгнул на него, помогая себе руками.

Встав у самого подножия башни, он огляделся и не увидел никаких следов деятельности человека, кроме нагромождения камней, к которым, наверное, веками никто не прикасался. Есть любители таких мест, но себя он к ним не причислял. Он считал, что природа должна подчиняться человеку. У Дэниела не было иллюзий по поводу историй, которые могут поведать эти обломки камня, – о чьей-то несчастной жизни, полной неудобств и болезней, которую иногда разнообразили пьянки и оргии. Он подкинул ногой лежавший рядом камушек. Если жизнь была такая серая, неудивительно, что люди придумывали гномов, эльфов и других сказочных существ.

Подошло время завтрака. Он решил обогнуть башню и подойти к дому со стороны фасада. Ноги ступали по упругому торфу, покрытому ярко-зеленой травой, лишь в одном месте Оказался небольшой клочок открытой почвы. Он мельком взглянул на него и уже прошел мимо, когда вдруг нечто замеченное им заставило его вернуться. Это оказалась не просто земля, а глина, на которой остался отпечаток, и его, несмотря на совсем не ясные очертания, ни с чем нельзя было спутать – отпечаток сандалии длиной не более пяти сантиметров.

Дэниел нагнулся, чтобы рассмотреть его повнимательней.

– Дорогой, у меня нет времени для шуток, тем более сейчас, – сказала Бриджет. – Давай отложим на потом.

– Все дело в том, чья это шутка, – ответил он. – Кто мог додуматься оставить там отпечаток? Не ты. Я знаю, ты слишком занята, чтобы заниматься проделками такого рода. Не могу представить, чтобы и Морвиц пошел на это. Не совсем в стиле немецкого чувства юмора. Уоринг? Или Мэт?

– Послушай, – попросила Бриджет, – не мешай мне готовить яичницу с беконом. У меня брызжет горячий жир, если меня отвлекают.

– Как это было сделано, понятно, – сказал Дэниел. – Это несложно. Нужна только кукольная туфелька, которую ты мягко ставишь на грязь и надавливаешь. Очень просто. Может быть, Черри? В тихом омуте черти водятся, не так ли?

– Завтрак готов. Иди садись.

– Составь мне компанию.

– Ты знаешь, что я не могу, – она торопливо улыбнулась. – Потом я выпью с тобой кофе.

– Странные вещи здесь происходят.

– Знаю. Поговорим об этом за кофе.

Все постояльцы (за исключением Черри) после завтрака отправились посмотреть на его находку. Черри еще не вставала. Дэниел пытался украдкой разглядывать лица, когда они огибали дом и направлялись к башне. Если кто-нибудь и сделал это, то ничем себя не выдавал. Лица выражали удивление, легкую заинтересованность, но в основном недоверие. Хелен много говорила, но не больше, чем обычно, и в такой же точно манере. Судя по тому, как нахмурились брови Уоринга, становилось понятно, что мысли его заняты чем-то другим, глубоко личным. На лице у Мэта читалось удивление, но оно могло оказаться и следствием выпитого накануне. Мэт вовсю старался не вызвать подозрений, «Однако надо быть слепым, чтобы не заметить этого. Да и причина понятна», – подумал Дэниел, самодовольно глядя на Бриджет. Стефан и Ханни шли немного позади остальных. Казалось, Ханни абсолютно ничего не понимает. Стефан будто бы горел желанием разобраться в том, что происходит. Бриджет радовалась такой, пусть даже нелепой, шутке, которая заинтересовала гостей. Дэниел сжал ее руку, она ответила тем же.

– Вот он, – сказал Дэниел. – Вон там.

Подойти к остаткам земляной крепости с этой стороны не представляло труда. Бриджет немного отстала. Дэниел указывал дорогу остальным. На мгновение у него возникло подозрение, что ему все привиделось или что след успели уничтожить. Его бросило в жар, как только он об этом подумал. Тогда они будут считать его полным идиотом. Но, конечно, как и следовало ожидать, отпечаток остался на месте. Следы эльфов должны исчезать, когда сходит роса, но здесь ничего не изменилось.

Они столпились вокруг, изучая его.

– Остроумно, – сказала Хелен. – Как след попал сюда?

– Это как раз то, что мне бы хотелось узнать, – ответил Дэниел. – Единственное объяснение, которое я могу найти, – это то, что кто-то из нас встал пораньше и сделал это. Возможно, вчера вечером, но это менее вероятно. Тогда шел сильный дождь.

– Но разве след не может быть настоящим? – Широко раскрыв глаза, Бриджет неотрывно смотрела на отпечаток. – Я имею в виду…

– Отпечаток НАСТОЯЩЕЙ маленькой ножки? – спросил Уоринг. – Если это так и все пропорции соблюдены, то она принадлежит лилипуту высотой около фута, плюсминус дюйм.

– Вы считаете, это чья-то шутка? – спросил Стефан. – Мы вчера говорили о маленьких человечках. Вот кто-то и пришел сюда и сделал этот отпечаток. – Он покачав головой. – Не понимаю.

Ханни задала ему какой-то вопрос по-немецки, и он стал ей что-то объяснять на том же языке.

– Не думаю, что это шутка, – сказала Хелен. – Мы ни во что подобное не верим, нам все всегда объясняют по телевизору.

В ее голос закрались визгливые, не допускающие возражений нотки, и трудно было воспринимать серьезно то, что она говорила.

– Давайте попробуем рассуждать здраво, – сказал в ответ Уоринг. – Даже пигмей оставил бы след в два, а то и в три раза больше. С точки зрения физиологии это нонсенс.

– Правда? – опять подала голос Хелен. – Ты уверен? Может, когда-то давно существовало племя очень маленьких людей. Кому-то из них удалось выжить в диком, безлюдном краю, похожем на этот. Ведь бывали же случаи, когда в отдаленных уголках земного шара находили животных, которые спокойно жили и размножались, несмотря на то, что их считали вымершими несколько миллионов лет назад.