Чтение онлайн

Ларри ничуть не преувеличивал, когда говорил, что «Стражей» не принимают всерьез. Потерпев к концу сезона пять поражений и не набрав ни одного очка, они уверенно замыкали турнирную таблицу Ночной лиги и имели репутацию любителей-неудачников, умудряющихся проиграть даже в тех редких случаях, когда победа сама идет к ним в руки. На прошлой неделе они с позорным счетом двадцать-ноль продули команде «Инженеров», которые за три последних сезона не выиграли ни одной игры. Сегодняшние же их соперники «Ревизоры», славящиеся агрессивным, взрывным нападением, из пяти матчей сезона вышли победителями в четырех и, скорее всего, считали игру со «Стражами» просто мелкой разминкой перед предстоящим финальным дерби со своими основными соперниками «Аудиторами».

— У этих парней хорошая физическая подготовка, — признал Ларри, — но психологическая ни к черту не годится. Это как свора болонок — пара хороших пинков под зад, и они тут же поджимают хвост и мечтают только поскорее убраться восвояси.

— Хорошо было бы выиграть хоть одну игру за сезон, — вздохнул Тодд, печально проводив взглядом улицу Сары, мимо которой они только что проехали. Интересно, что она делает и тоскует ли без него так же, как он без нее?

— Наша задача — как можно быстрее нейтрализовать их бегущих. В этом ключ к победе. Пасуют они хреново.

Просто невероятно, что человек, у которого такие неприятности, может настолько переживать из-за футбола. Сам Тодд, чья ситуация была далеко не такой отчаянной, за всю неделю ни разу даже не вспомнил о предстоящем матче.

— Как тебе твой адвокат? — спросил он. — Ты им доволен?

— Ну, он не Джонни Кочран [6] , конечно, — пожал плечами Ларри, — так ведь и я — не О. Дж. Симпсон.

— Ты, наверное, здорово переживаешь из-за всего этого?

— Переживаю? — Ларри с искренним недоумением повернулся к Тодду. — Ты думаешь, на свете существует такое жюри присяжных, которое припаяет мне срок за нападение на Ронни Макгорви? Теперь мне понятно, почему ты провалился на экзамене. Да они, возможно, наградят меня орденом.

Во время разминки Ларри успел пообщаться со всеми «Стражами». К каждому он находил особый подход и вел себя то как горячая болельщица из группы поддержки, то как безжалостный Винс Ломбарди.

— Мы круче! — громко объявил он и довольно сильно ударил Тома Корренти по ушам, словно тот был в шлеме. — Правильно я говорю? Я спрашиваю, правильно я говорю?!!

— Правильно, твою мать! — подтвердил Корренти и в свою очередь шутливо двинул Ларри в челюсть. — Они просто стадо тупых брокеров!

Ухмыльнувшись, Ларри направился к следующей жертве и со всей силы опустил кулаки на плечи Девэйна, как бы пытаясь вогнать его в землю:

— Кого мы сегодня сделаем?

— «Ревизоров»! — с энтузиазмом проорал тот.

Теперь настала очередь Пита Олафсона. Словно исполняя хорошо знакомый танец, они с Ларри сцепили руки и столкнулись боками — три раза левыми, три раза правыми.

— Кто победитель?

— Я победитель!

— «Стражи», вперед!

— «Стражи», вперед!

— Надерем им задницу!

— Надерем им задницу!

Ларри повернулся к Тодду с бравадой, которая показалась бы комичной, если бы не выражение непреклонной уверенности на его лице.

— Чей будет первый тачдаун? — крикнул он и ткнул Тодда в живот, будто в боксерскую грушу.

— Мой! — послушно ответил тот, напрягая мышцы пресса.

— А мой — второй! — выкрикнул Девэйн.

— А мой — третий, — добавил Барт Уильямс.

Эта ритуальная перекличка начиналась как шутка, как пародия на школьных тренеров, о которых каждый из них вспоминал с различной степенью любви или ненависти, но через какое-то время — трансформация оказалась такой плавной, что точного момента Тодд не заметил, — превратилась во вполне серьезную процедуру создания психологической установки на игру С ранних лет, со своей первой детской команды, Тодд наблюдал подобный феномен во всех видах спорта, которыми ему приходилось заниматься. Настроение команды — тонкая и очень переменчивая штука, и энтузиазма одного человека иногда бывает достаточно, чтобы развернуть его на сто восемьдесят градусов.

Лихорадочный оптимизм Ларри перекинулся на его товарищей, как вирус. К тому моменту, когда «Стражи» выстроились для начального удара, они все, включая и Тодда, едва сдерживали радостное нетерпение, словно перед игрой глотнули какого-то волшебного напитка. Барт Уильямс, всегда флегматичный кикер, рванул вперед и изо всех сил ударил огромной ногой по мячу. Тот взмыл в ночное небо, поднялся выше лучей прожекторов и на мгновение исчез из виду, а потом, со свистом пролетев над головами ошеломленных принимающих, ударился о землю далеко за границей зачетной зоны.

Если «Аудиторы» по праву считались грозой Ночной лиги, то «Ревизоров» можно было смело назвать ее украшением. Команда состояла из молодых, не старше тридцати, преуспевающих финансистов, затянутых в шикарную форму из лайкры, которые прибыли на матч в «БМВ», «лексусах» и огромных джипах и в сопровождении целого отряда красоток, очевидно нисколько не возражающих против бессонной ночи — верный признак того, что все они являлись не женами, а подружками.

Они держались на поле даже не как фавориты, а как хозяева. Их квотербэк, высокий блондин с точеными чертами лица и золотым загаром, разглядывал соперников с непоколебимой самоуверенностью обладателя шикарной немецкой машины, подружки-модели и самого навороченного лэптопа, чья зарплата уже с первого дня работы выражалась шестизначной суммой.

«А ведь на его месте мог бы быть я», — вдруг подумал Тодд, нервно переступающий с ноги на ногу на второй линии. Он подумал об этом без стыда и сожаления и даже с какой-то странной гордостью. Ему нравилось то место, на котором он сейчас стоял — рядом с Ларри и Девэйном, зарабатывающими сорок или пятьдесят тысяч в год, с трудом откладывающими деньги на очередной взнос за крошечный домишко с двумя спальнями и считающими новую машину роскошью, которую можно позволить себе не чаще чем раз в пять лет.

После первого розыгрыша «Ревизоры» бросились вперед прямо через центр поля. С позиции фри-сэйфти открывался отличный обзор, и Тодд видел, как в защите «Стражей» на мгновение образовалась дыра между Олафсоном и Корренти и как этим моментально воспользовался выполняющий вынос хавбэк соперников — жилистый и очень скоростной игрок, который в свободное от футбола время вполне мог бы участвовать в знаменитом триатлоне «Железный человек». Ларри, стоящий на позиции среднего лайнбэкера, разгадал его намерение и бросился наперехват, однако столкновения не произошло. Несколько обманных движений, похожих на танец, — и Ларри с пустыми руками врезался щекой в искусственный газон, а Железный человек уже мчался по освободившемуся пространству по направлению к Тодду — последнему оплоту защиты «Стражей».

Он оказался виртуозом финтов и обманных трюков: глаза смотрят в одну сторону, плечи разворачиваются в другую, а ноги двигаются в третью, но у Тодда хватило ума и опыта, чтобы оставаться на месте и следить только за его бедрами. («Джентльмены, — гласил один из немногих выдержавших испытание временем афоризмов тренера Бридена, — бедра никогда не лгут. Ни в будуаре, ни на поле».) Поняв, что финтами обмануть этого противника не удастся, хавбэк решил действовать честно и, стремительно набирая скорость, бросился к боковой линии. Он уже завершал поворот, когда Тодд в отчаянном броске упал ему на спину и спас команду от почти неизбежного тачдауна. Подружки «Ревизоров» вскочили на ноги и громкими криками приветствовали Железного человека, который сразу же бодро вскочил на ноги и начал элегантно отряхивать перчатками несуществующую грязь с мускулистых, безволосых ног.