Чтение онлайн

Ваня открыл было рот, чтоб разубедить англичанку. Дескать, лично он, Ваня Айвазовский, ко всем представительницам прекрасного пола со всем уважением. В том числе и к ней, Юлии Гревс.

— Итак! — решительно перебила Юлия. — Я есть согласна!

— Согласны? — недоуменно переспросил Ваня.

— Перестань повторять сзади меня! — тоном строгой учительницы сказала Юлия.

— Повторять?

— … это не есть прилично!

— Да, да… Вполне вероятно.

Бедный Ваня никак не мог взять в толк. Что собственно хочет от него эта крупная иностранная девушка. Пока не услышал от нее совсем уж из ряда вон выходящее заявление.

— Я есть согласна получить твой руку и сердце!

— Руку? — машинально, как попугай, переспросил Ваня.

— И сердце тоже, — подтвердила Юлия Гревс.

Ваня не нашелся что ответить. Очевидно, англичанка просто его с кем-то перепутала.

— Я есть согласна совершить с тобой свадебный путешествий. На пиратском шхуне. Это есть романтично…

Юлия Гревс, прижав к груди свой внушительный ридикюль, покачивалась с пятки на носок. И загадочно улыбалась.

И вдруг Ваню Айвазовского как громом шарахнуло! Он понял!!! Он мгновенно все понял!.. Беспардонный и бесцеремонный пират и в самом деле решил взять над ним шефство! Более того, решил по своему разумению устроить его, Вани Айвазовского, личную жизнь! Даже не спросив его мнения, решил женить!!!

Бедный Ваня отшатнулся и чуть не вскрикнул. Англичанка удивленно вскинула брови. Юный художник замахал на нее руками, будто увидел привидение и бросился бежать.

Ваня Айвазовский стремительно бежал по пустым, однообразным улицам Петербурга. Быстрее зайца, быстрее лани. Словно какой-то камень, пущенный из пращи.

Холодный ветер свистел у него в ушах. Вскрикивали в испуге редкие прохожие. Ваня бежал.

Сворачивал направо, налево, но постоянно слышал за спиной стук каблучков…

Порой Ване казалось, сзади уже не каблучки стучат настойчивой англичанки, а сам Медный Всадник соскочил с пьедестала, и преследует его цокотом своего могучего коня…

Бедный Ваня!.. Бедный Ваня!

— Да ты, Ваня, прямо Дон Жуан! — заявил с порога Штернберг. По праву друга Вася заходил в каморку Айвазовского когда ему вздумается. Днем и ночью. Он плюхнулся на старый диван, уселся в привычную позу, нога на ногу, и с усмешкой продолжил:

— Твоя англичанка во всем призналась.

Если б юный Айвазовский мог в этот миг посмотреть на себя в зеркало, он бы увидел ка-ак! изменилось его лицо. Но зеркало было занавешено. С той стороны.

— В чем… призналась? — почти шепотом спросил Ваня.

— Оказывается… — продолжил со смехом Штернберг, — … у вас уже свадьба назначена. Не в прямую, разумеется, сказала. Все так, намеками, намеками… Но английские девушки так умеют намекнуть, самый тупой француз поймет.

«Час от часу не легче!» — пронеслось в голове бедного Вани. К слову сказать, Ваня еще не посвящал своего друга во все неприятности, ополчившиеся на него с момента появления в зеркале пирата. И о самом пирате Айвазяне не говорил ни слова.

Теперь время пришло! Далее скрывать от лучшего друга ужасное положение не имело смысла.

— Василий! Ты мне друг? — решительно спросил Айвазовский. Штернберг удивленно вскинулся и уселся поудобнее, ожидая продолжения. И продолжение последовало…

Ваня Айвазовский рассказал все. Подробно, обстоятельно, как того и требовала ситуация.

Неурядицы российской жизни часто заводили немецкие мозги Васи Штернберга в абсолютный тупик. В такие мгновения Вася цепенел и надолго выпадал из реальной действительности. Но то, что поведал Ваня Айвазовский превосходило все мыслимые фантазии.

Выслушав исповедь друга, Ваш Штернберг повернул голову, и довольно долго смотрел на шкаф. Потом поднялся с дивана, подошел к нему и попытался что-либо рассмотреть в зеркале. Но оно, как уже сказано, было занавешено. С той стороны.

— Ты утверждаешь, он реально существует? — наконец изрек Штернберг.

Как сказку про белого бычка, пришлось бедному Ване снова и снова пересказывать… Появление в зеркале… «Пиратская Венера»… дикие выходки на ректорате… с Карлом Брюлловым… Панибратство с самим Пушкиным… и так далее. О том, что уже добрая половина витрин Невского проспекта увешана бесстыжими девицами, Ваня умолчал.

Вася Штернберг сел на стул и глубоко задумался. Думал он долго. Не менее получаса.

Айвазовский успел за это время совершить утренний туалет, приготовить незатейливый завтрак, состоящий из чая и бутерброда и проглотить его. Наконец Штернберг очнулся.

— Я б на твоем месте на дуэль вызвал этого типа! — задумчиво протянул Штернберг, и лицо его просветлело от этой мысли… — «К барьеру! Милостивый государь!..». И без всяких экивоков!

— В самом деле… — все более воодушевлялся Штернберг. — Дуэль… это превосходно! Я секундантом буду… Где б только пистолеты раздобыть? — неожиданно озабоченным тоном спросил он. И опять надолго задумался. Теперь уже не менее, чем на час.

Весь вечер Ваня намеренно с грохотом переставлял мебель. Топал ногами и вообще, пытался произвести как можно больше шума. Надеялся привлечь внимание Айвазяна. И тот не выдержал.

Занавеска дрогнула и отодвинулась в сторону. Из зеркала на Ваню смотрела уже привычная наглая физиономия.

— Юнга-а! Нельзя ли потише…

— Сударь! Как вы посмели!!! — зашелся от гнева бедный Ваня.

Пират не сразу сообразил, даже нахмурился. Через секунду понял и лицо его расплылось в довольной ухмылке.

— Из англичанок получаются хорошие поварихи, — уверенно заявил он. И подмигнув, добавил. — И жены тоже. В походе пригодится.

— Вы должны немедленно вернуть все в исходное положение.

Ваня уже приготовился по пунктам перечислить. Во-первых, извиниться перед наивной девушкой. Во-вторых, забрать у нее обратно предложение руки и сердца… Но пират Айвазян просто пропускал мимо ушей все ванины возмущения.

— Пора жениться, юнга! — настаивал он. — Англичанка нам подходит. Но всем статьям. Готовься к отплытию, юнга!