Чтение онлайн

– Я волновался, - сказал я, сильнее сжимая ее в объятиях, тогда как она обернула руки вокруг моей шеи.

– Я говорила тебе, что мы не сможем увидеться несколько дней, и тебе известно, что сегодня утром я была в церкви.

Она немного отстранилась, чтобы взглянуть на меня, ее глаза сузились, и я заметил, что они были воспалены.

– Я забыл, - рассмеялся я, поднимая ее косичку и дергая за нее. Сделав шаг назад, она сложила свои руки на груди и приподняла брови.

– Ты забыл обо мне?

– Не о тебе. О тебе я никогда не забываю, - усмехнулся я криво, но она даже не

– Ладно, возможно, если бы ты принял в свое сердце Господа, то не был бы таким язычником, - подразнила она.

– По одному воображаемому другу за раз. А я все еще не уверен, что ты реальна, - подмигнул я, и ее щеки порозовели от смущения.

– Иногда я тебя не понимаю, - она покачала головой, из-за чего несколько прядей выбились из ее косы и упали, обрамляя лицо.

От ее заявления я постарался не хмуриться.

– Ты единственный человек, который понимает меня, Энни.

– О, не будь таким драматичным. Ты знаешь, что я не это имела в виду.

– Сейчас я драматичен?
– я положил руку на сердце, споткнувшись, отходя в сторону.
– Я ждал несколько дней, чтобы увидеть тебя. Прямо здесь, - я указал на дерево, выглядящее, подобно старый гризли.
– Я сидел на коленях у медведя.

Она хихикнула, склоняя голову в сторону.

– Лжец.

– Ладно. Я жду тебя здесь, - я похлопал по груди, прямо над сердцем.
– Всегда.

Ее румянец усилился, пока она заправляла выбившиеся волосы за ухо, а ее взгляд опустился на землю между нами.

– Я ведь всегда должен ждать тебя, верно? – я сделал шаг к ней, сокращая расстояние между нами. Она быстро втянула воздух, когда ее взгляд встретился с моим.

– И что это должно означать?
– ее глаза сузились.

Я сделал еще шаг, и она покачала головой.

– Почему ты не рассказала мне в своей вечеринке?

– Я не знала о ней.

– Уверена, что поэтому, или может ты просто не хотела, чтобы я смущал тебя?

– Откуда ты это взял? Я не такая же, как ты. Я не знаю, как подобные штучки должны работать.

Ее слова словно поранили меня, если бы это было возможно, то мое сердце распалось бы прямо внутри грудной клетки, оставляя от меня лишь пустое место. И скажу вам, это было бы проще, чем стоять вот так, пытаясь скрыть боль, которую она только что мне причинила.

– Ты права, - язвительно рассмеялся я, отступая на шаг.
– Ты абсолютно права.

– Джейкоб, пожалуйста, не расстраивайся из-за меня. Это не то, что я имела в виду.

– Так объясни мне, что ты на самом деле имела в виду, Энни, - мой голос повысился, и преследующая меня, словно тень, злость, вырвалась наружу. От того, что наши отношения с Энни стали слишком комфортными, я решил, что могу взвалить на нее тяжесть моего гнева. У меня не было больше никого.

– Моя жизнь очень отличается от твоей, - ее голос был настолько тихим, что я едва расслышал эти слова.

– Ага, она не такая дерьмовая. Почему ты вообще водишься с таким, как я? Хочешь меня спасти?
– я не помню, чтобы подходил к ней ближе, но всего через секунду был прямо возле ее лица, глядя вниз на ее полные слез глаза. – Ты молишься обо мне? Не так ли? Я твой хороший поступок, чтобы попасть на небеса?

– Пожалуйста, не смейся надо мною, - она провела пальцам по щеке, вытирая упавшую слезу.

– Не упрощай все, - крикнул я сквозь стиснутые зубы, краем шляпы касаясь ее лба.

Развернувшись, я стал уходить между деревьями, мне нужно было оказаться на расстоянии от единственного человека, который мог бы унять мою боль.

– Джейкоб, - позвала она мне вслед. Мои ноги все еще двигались, но сердце остановилось.
– Пожалуйста, не уходи таким образом.

Я закрыл глаза, пытаясь игнорировать боль от ее слов. Меня убивало то, что я принял боль Энни, но гордость не позволяла вернуться.

– Множество девушек были бы не прочь пройтись со мной под руку в городе.

– Вот чего ты хочешь? Хочешь быть моим парнем?

– Нет. Не так, - я был жесток, но меня наполняла озлобленность на отца, а Энни была единственным человеком, кроме него, кто у меня вообще был, так что она стала и той единственной, на которую я мог излить свою злость. Мысль о ком-то столь особенном для меня слишком смущала, чтобы признать ее и не разрушить себя изнутри. – Только при этом условии мы и можем быть вместе, - я не обернулся, потому что знал, что если увижу ее лицо, то не смогу уйти.
– Хорошей тебе жизни.

Двинувшись, я попросту отключился, блокирую все свои чувства и эмоции, и направился из чащи деревьев через поле. Вытащив сигарету из пачки, я зажег ее. Я не был честен. Я не мог ожидать от нее понимания относительно моего происхождения. И это было частью проблемы. Жизнь Энни была настолько простой и легкой.

Дойдя до грунтовой дороги, я заметил Нат, она сидела на ступеньках своего крыльца, ее длинные загорелые ноги были вытянуты перед ней, а попу обтягивали такие короткие шорты, что их следовало запретить законом.

– Даже не знаю, хочу ли я знать, что ты там делал, - крикнула она мне игриво.

Оглянувшись на деревья, я направился к ее крыльцу.

– На самом деле ты этого не хочешь.

Ее язычок пробежал по нижней губе, от чего та заблестела на солнечном свете. Мое тело отреагировало, и впервые это не вызывало чувство вины. Я всегда знал, что Энни слишком хороша для меня, но знать это и услышать - слишком разные вещи.

– Хочешь потусуемся?
– спросил я, делая вид, что не заметил, как ее глаза расширились. Она была полной противоположностью Энни. А я хотел доказать Аннабель, что достаточно хорош для кого-нибудь, или по крайней мере доказать это самому себе.

– У меня?
– я указал подбородком в сторону моего дома, и она улыбнулась, поднимаясь с крыльца и отряхивая пыль со своей задницы.

– Твой папа дома?
– спросила Нат, глядя на меня из-под длинных ресниц с ухмылкой.

Наклонившись поближе, я прошептал ей на ухо:

– Только ты и я, сладкая, - я подмигнул и сделал еще одну затяжку сигареты, наблюдая, как ее зубы вонзились в нижнюю губу.

Идя к дому, я не смог удержаться от взгляда на линию деревьев. Я не знал, возможно, Энни все еще была там, скрываясь в тени, а быть может, она уже вернулась в свой совершенный мир, защищающий ее от подобных мне людей. Повернувшись спиной к дороге, я опустил свою руку на миниатюрную спину Нат, и повел ее к себе в дом. Если Энни это видела, то я хотел бы чтобы она знала, что кто-то ценит меня.