Маленькие притчи
Шрифт:
Извел.
Огляделся и увидел вокруг одно пустынное место.
Захотел человек снова красиво жить и сделать все, как было раньше.
Да не тут-то было!
Ломать ведь всегда быстрей и легче, чем строить…
ПЕСНЯ ЛЮБВИ
Проплывало облачко над палимой засухой степью и вдруг услышало слабый голос, идущий от одинокого деревца:
– Пить!
Растерялось облачко.
– Да как же я могу помочь тебе? Я ведь еще маленькое и только набираюсь сил для большого дождя…
Но деревце настойчиво повторяло:
– Пить! Умираю…
Остановилось облачко и – не в силах проплыть мимо – все до остатка вылило себя на погибавшее от жажды деревце.
Прошли годы.
Спасенное деревце стало большим красивым деревом. Оно давало тень уставшим путникам. Укрывало их во время ветров и дождей. И при первом же порыве ветра пело песню о пожертвовавшем собой ради него облачке.
Мне только осталось записать ее и передать всем остальным людям…
СТРЕКОЗА И ЧЕЛОВЕК
Прилетела на луг стрекоза.
Увидела красоту трав, цветов, бабочек и умилилась:
– Каково же тогда в Царстве Небесном, если уже здесь, на земле, такая краса? И как должен быть счастлив человек, для которого созданы там все блага!
А человек шел по лугу, наступая на цветы и травы, спугнул стрекозу…
И не замечал земной красоты, не говоря о том, что даже не думал о Небесной…
ВЫСШАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ
Посмотрела гордая красота на уродство и с брезгливостью сказало:
– И как только земля носит такое?
– Разве я виновато, что родилось таким? – вздохнуло уродство и поблагодарило Бога за то, что Он и правда позволяет ему ходить по земле и вообще дает возможность жить хотя бы таким, какое оно есть.
И только Ангел, который видит невидимое, сказал:
– Как трудно будет такой красоте, когда, прожив жизнь, она сама станет уродством. И как счастливо будет это смиренное уродство, когда оно заслуженно и навечно станет красотой!
ЛЕЧЕНИЕ
Шел по лесу старый лесник.
Шел – чуть не плакал.
И то у него в жизни не так, и это не эдак.
Сплошные болезни и скорби!
Хотел было уже обратиться к Богу и спросить – за что Он его так?
Да вдруг видит – дятел на дереве.
Сидит, стучит своим острым клювом по стволу – только дробь на весь лес идет.
– Слушай! – взмолилось дерево. – Больно ведь! Хватит!
– Если я улечу, – возразил дятел, – то тебя источат личинки, которых я вынимаю, и ты погибнешь. Так что уж потерпи! Я ведь тебя лечу!
Услышал это лесник.
Улыбнулся.
И не стал обращаться к Богу с вопросом, почему ему так больно живется.
За что, он и сам знал, – за грехи.
А для чего – только теперь понял.
Для его же блага!
ВЕСКИЙ ДОВОД
– Всё, – сказал грешник. – Перестаю грешить и навсегда расстаюсь с прошлым!
– Почему? – спросили его.
– Потому что хочу навсегда соединиться с будущим!
ОДИН ОТВЕТ
На семь бед – один ответ:
«Слава Тебе, Господи и благодарение за всё и за вся!»
Ведь беды пройдут.
А Вечность – останется!
ЛЕНТЯЙ
Собрали с миру по нитке и дали голому на рубашку.
А он не захотел взять в руки иголку и сшить ее.
Потому голым и ходит!
НЕПОНИМАНИЕ
Сытый голодного не понимает.
Это еще полбеды.
Беда в том, что он не понимает и Бога!
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
На воре и шапка горит.
А что же тогда с ним в геенне огненной будет?
НЕУДАВШИЙСЯ БИЗНЕС
Узнала жадность, что щедрость, чем больше людям дает, тем больше сама получает, и решила на этом заработать.
Но так и не смогла.
Потому что начать не сумела…
ЗНАЧЕНИЕ ИМЕНИ
– Чья это шапка – отца Симеона?
– Нет, от скуфью носит!
– Семен Семеновича?
– Тоже нет – у него норковая. А эта грязная и дешевая.
– Значит, Сеньки!
Ну что ж, по Сеньке и шапка!
ЗНАКОМАЯ ОХОТА
Ловил охотник обезьяну для зоопарка.
Взял большую пустую тыкву, проделал в ней маленькой отверстие, насыпал рис – любимое лакомство обезьяны – и ушел.
Увидела обезьяна тыкву. Кое-как просунула лапку в отверстие, схватила риса побольше.
А обратно кулак не выходит.
И рис выпустить жалко…
Так и сидела она у тыквы, пока не вернулся охотник.
Думал я, думал, что бы добавить сюда в назидание нам, тоже легко уловляемым и трудно отпускаемым грехами.
А потом решил, что и добавлять ничего не нужно.
И так все понятно!
«МАЛЕНЬКИЙ» ГРЕХ
Шел добрый человек из храма через лес.
Радостно шел. Все грехи только что исповедовал. Один только, правда, забыл. Но такой маленький, что, думалось, нет в том большой беды!
Вдруг видит – сидит на земле большая птица. И – странное дело – большая, сильная, а улететь не может.
Присмотрелся человек и понял, что она попалась в силок. И вот что обидно – не вся, а зацепилась одним коготочком. Но и этого оказалось достаточно, чтобы не смочь освободиться.