Чтение онлайн

Находиться среди такого количества людей было невыносимо, у нее перехватило дыхание. «Спокойствие, только спокойствие! – сказала она себе. – Ты обязательно его найдешь!» Но от одного только вида толпы ее желудок стянулся в тугой узел. Гейба нигде не было видно, а они не обменялись номерами телефонов – ее вина! Надо было самой спросить, а она не хотела… Не хотела ничего, что могло показаться близкими отношениями. «Как же глупо!» – подумала Фиона. В любом случае он даже ее не вспомнил.

У нее по спине заструился пот. Среди всех этих людей ей стало душно и жарко, даже пришлось расстегнуть пальто. Она вообще знает, как вернуться в дом Харуки? Ниппон… Ниппл… или как-то так… Гейб говорил название станции, на которой они были вчера, но незнакомое название как-то не запомнилось. И название линии тоже не вспоминалось. Ямаха? Кажется, Яма… что-то там. Сможет ли она ее найти? Ситуация похуже, чем когда она заблудилась на пляже в Скарборо, отдыхая там с мамой. По крайней мере, тогда Фиона говорила на одном языке с окружающими, и милая леди, которая ее нашла, вызвала полицию. Это было ужасно, но тогда она знала, что делать. Выбравшись из толпы, она прислонилась к витрине магазина, еле дыша. На глаза навернулись слезы, ей так захотелось вернуться домой, где все знакомо и она чувствует себя в безопасности. А здесь все такое чужое, не похоже ни на одно место, где она была раньше. На мгновение она пожалела, что вообще сюда приехала… Засунув руки в карманы, она в отчаянии закуталась в пальто. Пальцы нащупали железнодорожный проездной и маленькое нэцке. Она потерла его гладкую поверхность, пытаясь храбриться. Отец не дожил до ее возраста (умер от какой-то недиагностированной болезни сердца), и эта мысль заставила ее вспомнить: то, что она здесь – это же такая удача! Путешествие, которое случается раз в жизни. Нужно взять себя в руки и попросить о помощи.

Никто даже не взглянул на нее дважды – все, опустив головы, невероятно целенаправленно спешили пройти мимо. Недалеко она заметила несколько туристов, которые явно приехали с Запада, но она даже не знала, на какую станцию ей нужно, поэтому не стала просить о помощи. Внезапно она вспомнила: Гейб говорил, что это кольцевая линия. А еще она знала, что название начинается на «Яма…». Уже что-то! На трясущихся ногах она направилась через дорогу к станции, подгоняемая растущим потоком пассажиров, которые направлялись по домам.

Над турникетами было множество знаков, цветных линий и цифр. И тут она заметила ее. Зеленый. «Яманотэ». Это она! С чувством облегчения она пробралась к нужному турникету со своим железнодорожным пропуском. Она понятия не имела, какую платформу выбрать, но если линия кольцевая, то она просто будет ехать по ней и молиться, что узнает название станции. Она стиснула зубы и выбрала платформу, в сотый раз жалея, что она вообще приехала в эту страну.

На платформе аккуратными рядами выстроились пассажиры. Всепроникающая тишина казалась враждебной, как будто все готовились вступить в бой в ту минуту, когда прибудет поезд. Не прошло и тридцати секунд, как с грохотом появился поезд, и еще до того, как он остановился, все бросились к нему с бесстрашным рвением. Как только двери открылись, ее ноги поднялись над землей – Фиону несла толпа. Что-то похожее бывает на больших концертах, невероятно пугающее ощущение. Даже если бы она захотела, то все равно не смогла пойти в другую сторону. Каким-то образом ее перенесли в поезд, и она оказалась зажатой между несколькими людьми. Снова почти плача, она остекленевшими глазами уставилась на карту на стене вагона, пытаясь разобрать совершенно непроизносимые названия. Синдзюку, Такаданобаба, Икебукуро – как будто места в далекой-далекой галактике. Ниши, Ниппори. Ниппори! Это она! Сердце забилось быстрее от внезапно охватившего ее волнения. Ниппори, она вспомнила! Слава богу! Это облегчение помогло ей сохранить рассудок, пока она ехала в переполненном вагоне.

К тому времени, когда поезд прибыл в Ниппори, ей было уже все равно – правильная эта станция или нет, так отчаянно хотелось вырваться из душной толпы. Обмякшая и измученная, она, пошатываясь, сошла с поезда, жалея, что не может прямо сейчас улететь к себе домой. Все вокруг такое чужое, негостеприимное и вызывает лишь чувство клаустрофобии. А теперь, в довершение всего, стеной лил дождь! Единственная радость – по крайней мере, она узнала небольшой ряд торговых палаток напротив станции и знала, куда идти. Во всяком случае, она на это надеялась…

Вот он! Сквозь проливной дождь Фиона заметила окно симпатичного маленького чайного магазинчика и мерцающую в нем лампу, показавшуюся ей волшебным маяком. От радости она чуть не упала в обморок. Она смогла!

Вспомнив, как Гейб ей рассказывал, что японцы никогда не запирают двери, она вошла в дом, слегка задрожав от внезапного тепла, сбросила промокшую обувь и сунула ноги в сухие тапочки.

Харука суетливо подошла к двери, беспокойство отразилось на ее нахмуренном лице:

– Пойдемте, пойдемте… Что случилось?

– Я потеряла Гейба… – пробормотала Фиона, после пережитого она чувствовала себя как выжатый лимон, хотя в душе ликовала: несмотря на все ее страхи и то, что добиралась она действительно ужасно, но все же сама нашла дорогу назад!

Через несколько минут Фиону завернули в плед и отвели в комнату, где находились еще две женщины, сидевшие за причудливым столом, накрытым пуховым одеялом.

– Проходите, садитесь. – Харука подвела ее к одному из мягких, очень низких стульев с высокой спинкой, и она присела. Стул находился в футе от пола, но, как только ее ноги оказались под столом, она почувствовала восхитительный жар. Под одеялом было тепло, и промерзшая до костей Фиона постепенно начала отогреваться.

Она откинулась на спинку стула, слишком уставшая, чтобы хоть что-то говорить, а в это время Харука позвонила Гейбу и сообщила, что его подопечная в целости и сохранности. Очевидно, он все еще был в Сибуе и пытался ее найти. От этой мысли Фиона не могла не улыбнуться.

Постепенно она начала приходить в себя, тепло чудесного стола вернуло ее к жизни.

– Ммм… – наконец простонала она, онемение в замерзших пальцах ног начало проходить. – Как же хорошо! С Гейбом все в порядке?

– Он волновался, но… Я-то знаю, что вы разумная девушка. – Харука просияла лицом, глядя на нее. – Фиона-сан, это моя дочь Сэцуко и моя внучка Маю.

– Здравствуйте! – сказала Фиона, застенчиво кивая, она слегка нервничала из-за того, что оказалась в такой непосредственной близости от совершенно незнакомых людей. Но ей не хотелось отодвигаться от прекрасного комфорта теперь полюбившегося предмета мебели – по ее коже бегали мурашки.

– Что это такое? – спросила она, полагая, что, наверно, будет невежливо приподнять толстую, тяжелую ткань и заглянуть под нее.

– Это котацу, – объяснила Харука.

– Под ним обогреватель, – сказала Маю на безупречном английском. – У вас-то в Англии такого нет!

Фиона улыбнулась, потому что фраза прозвучала несколько хвастливо.

– Да, у нас такого нет… А вы бывали в Англии?

– Я провела там шесть месяцев в языковой школе в Винчестере, где похоронена Джейн Остин.

– Понравилось?

– Обожаю Англию! Я же могу попрактиковаться с вами в английском?

– С радостью!

– Мой отец американец. Он пилот в JAL. Японские авиалинии.

Это многое объяснило.

– Может быть, чаю? – спросила Харука, наклоняясь к центру стола, чтобы взять керамический чайник. Она налила чай в маленькие глиняные чашки и с легким поклоном их раздала. Фиона вдохнула аромат напитка и про себя улыбнулась. После жуткого приключения она чувствовала себя здесь так, словно попала в другой мир: прекрасное, уютное место, будто после шторма вас выбросило на берег.

– Зеленый чай, моя особая смесь, – сказала Харука. – Вам надо зайти в чайный магазинчик. Я там вам все покажу.

– Вам понравится, – добавила Сэцуко с легкой улыбкой. – Моя хаха [3] – настоящий эксперт! Если только вы не кофеман…

– Кофе я, конечно, пью, но предпочитаю чай. Гейб рассказал мне, что вы, – она повернулась к Харуке, – мастер чая.

– Так и есть, – гордо сказала Сэцуко. – А в чайной есть много-много сортов чая. Их можно купить. Именно там мы проводим чайные церемонии. Обязательно приходите, – сказала Сэцуко, получив одобрение матери, которая, казалось, с легкостью понимала английский дочери.

Харука кивнула.

– Да. Конечно, вам надо прийти!

– Да, с удовольствием! – сказала Фиона, делая крошечный глоток, руками обхватив горячую фарфоровую чашку. – Ммм… Как хорошо…

Харука одобрительно кивнула и отпила из своей чашки.

– Если не считать того, как вы возвращались домой, день был хороший?

– Очень интересный, – кивнула Фиона и стала рассказывать о том, где она побывала. Удивительно, но по мере того, как уютное тепло постепенно проникало в ее озябшее тело, она обнаружила, что перестала вести себя как обычно сдержанно, а с восторгом начала рассказывать о баре-темпура и том, с каким замечательным блюдом ее познакомил Гейб.