Чтение онлайн

Леденцы были совсем одинаковые, только одна надпись была длиннее другой.

По глубокому песку папа, мама и Мэри с Лорой вернулись к фургону. Папа накормил лошадей овсом, который припас им на обед, а мама открыла коробку с провизией.

Все уселись на теплом песке возле фургона и поели сэндвичей с сыром, крутых яиц и печенья. Волны озера Пепин набегали на берег к их ногам и с тихим шорохом откатывались обратно.

После обеда папа вернулся в лавку поговорить с другими мужчинами. Мама укачивала Крошку Кэрри, а Лора с Мэри носились по берегу озера и собирали красивые камешки. Камешки были круглые и гладкие, потому что волны без конца перекатывали их взад-вперед. В лесу таких красивых камешков не было.

Когда Лора находила красивый камешек, она прятала его себе в карман. Камешков было так много, что карман постепенно наполнился. Потом папа позвал девочек, и они бегом вернулись к фургону. Лошади были уже запряжены, и пора было ехать домой.

Лора не могла нарадоваться своим прекрасным камешкам, но, когда папа взял ее на руки и посадил в фургон, случилась беда.

От тяжелых камешков карман у Лориного платья оторвался и упал, а камешки рассыпались по всему фургону. Лора заплакала — ведь она порвала свое лучшее платье.

Мама положила Крошку Кэрри на руки папе и подошла посмотреть на дырку.

— Не плачь, Лора, все будет в порядке. Я его зашью, — сказала она и показала Лоре, что все платье цело, а оторвался только карман — маленький мешочек, пришитый изнутри и свисавший с пояса. Порвалось по шву. Мама сможет пришить карман на место, и он будет как новый.

— Собери свои камешки. Лора, и в другой раз не жадничай. — сказала мама.

Лора собрала камешки обратно в карман и положила его себе на колени. Она ничуть не обиделась, когда папа засмеялся и сказал ей, что только жадины берут больше, чем могут унести.

С Мэри никогда ничего такого не случалось Мэри была хорошая девочка, она никогда не пачкала свои платья и всегда примерно себя вела. У Мэри были красивые золотистые локоны, и на ее леденце было написано целое стихотворение.

Она сидела на доске рядом с Лорой, вся такая хорошая, милая, чистенькая, аккуратная, и Лора подумала, что это несправедливо.

Но день был такой чудесный — самый чудесный день во всей Лориной жизни! Она думала о прекрасном озере, о городе, который только что видела, и об огромной лавке, битком набитой всякой всячиной. На коленях у нее лежал мешочек с камешками и сердечко из леденца, аккуратно завернутое в носовой платок. Дома она спрячет его и сохранит навсегда. Разве такую замечательную конфету можно есть?

Фургон трясся через Большие Леса по дороге к дому. Солнце село, в лесу стало темнеть, но сумерки еще не успели спуститься, как взошла луна.

Но девочки ничего не боялись, потому что папа взял с собой ружье.

Мягкий свет луны пробивался сквозь верхушки деревьев. и впереди на дороге мелькали пятна света и тени. Топ-топ, хлоп-хлоп — весело стучали подковы лошадей.

Лора и Мэри ничего не говорили, потому что они очень устали. Мама молча держала на руках спящую Крошку Кэрри, а папа тихонько напевал.

Пришло лето, и люди стали ходить друг к другу в гости. Иногда из Больших Лесов приезжал верхом дедушка, дядя Генри или дядя Джордж. В такие дни мама готовила на обед побольше еды, и обед длился дольше обычного. Папа и мама сидели и разговаривали с гостем, а потом возвращались к работе.

Иногда мама разрешала Лоре с Мэри перейти через дорогу, спуститься с холма и навестить миссис Петерсон. Петерсоны поселились здесь совсем недавно. Дом у них был новый и всегда чисто прибранный, потому что у миссис Петерсон не было маленьких девочек, которые вечно переворачивают все вверх дном. Миссис Петерсон была шведкой. Она показывала Мэри и Лоре красивые кружева, разноцветные вышивки и фарфоровую посуду, которые она привезла из Швеции.

Миссис Петерсон говорила с девочками по-шведски, они отвечали ей по-английски, но все отлично понимали друг друга. Когда девочки уходили, миссис Петерсон давала каждой по свежему печенью, и по дороге домой они медленно откусывали по кусочку.

Половинку своего печенья Лора съедала сама, а вторую половинку оставляла Крошке Кэрри. Мэри тоже оставляла половинку печенья Крошке Кэрри. Поэтому Крошка Кэрри получала две половинки, то есть целое печенье.

Иногда кто-нибудь из соседей заранее предупреждал, что собирается к ним всей семьей на целый день. Мама делала уборку, варила побольше еды и доставала пакетик с покупным сахаром. Утром назначенного дня к воротам подкатывал фургон, и тогда Мэри и Лоре было с кем поиграть.

Мистер и миссис Хьюлетт привозили с собой Иви и Кларенса. Темноглазая кудрявая Иви была очень хорошенькая. Играла она всегда очень осторожно и старалась не запачкать и не измять свое платье. Мэри это очень нравилось, но Лора больше любила играть с Кларенсом.

Кларенс был рыжий, веснушчатый и все время смеялся. Одет он был всегда очень красиво — в синий костюмчик, обшитый тесьмой и застегнутый блестящими золочеными пуговицами, а башмаки у него были с медными носами.

Медные полоски на носках его башмаков так ярко блестели, что Лора жалела, почему она не мальчик. У девочек на башмаках медных носков не бывает.

Лора с Кларенсом бегали по двору, кричали и лазали по деревьям, а Иви и Мэри чинно прогуливались вокруг дома и тихо беседовали.

Мама и миссис Хьюлетт разговаривали и рассматривали дамский журнал, который гостья привезла с собой, а папа с мистером Хьюлеттом ходили смотреть лошадей и посевы и курили трубки.

Однажды в гости пришла тетя Лотта. В то утро Лоре пришлось очень долго смирно стоять и ждать, пока мама снимала с ее волос тряпочки и расчесывала локоны. Мэри была уже готова. Она чинно сидела на стуле в накрахмаленном голубом платье, а золотистые локоны падали ей на плечи.

Лора была в красном платье, которое ей очень нравилось, но мама больно дергала ей волосы, и они были не золотистые, а коричневые, и поэтому их никто не замечал. Все любовались и восхищались только золотистыми локонами Мэри.

— Ну вот, все готово. — сказала наконец мама. — У тебя теперь красивые локоны, и Лотта уже здесь. Бегите обе ее встречать и спросите, какие локоны ей больше нравятся — золотистые или коричневые.

Мэри с Лорой выскочили из дома и увидели, что тетя Лотта уже у ворот. Тетя Лотта была большая девочка, ростом намного выше Мэри. Платье у нее было розовое, и она размахивала розовым капором, держа его за одну тесемку.

— Какие локоны тебе нравятся больше — золотистые или коричневые? — спросила Мэри. Она была хорошая девочка и всегда выполняла все, что ей велела мама.

Лора ждала, что скажет тетя Лотта, и чувствовала себя ужасно несчастной.

И те и другие, — улыбаясь, ответила тетя Лотта. Она взяла Лору и Мэри за руки, и все трое вприпрыжку побежали к дверям, где их ждала мама.

В окна лился солнечный свет, и все кругом было чистое, аккуратное и красивое. Стол был накрыт красной скатертью, черная печка блестела. В дверь спальни виднелась большая кровать, под которую была задвинута маленькая. Из широко раскрытой двери кладовки доносились вкусные запахи. С чердака, мурлыкая, спускалась Черная Сьюзен.