Маленький дракон с актерского факультета
Шрифт:
– Живы. Но я не хочу их видеть. Ни их, ни своих многочисленных родственников. Он все мне лгали. Среди них не нашлось ни одного честного человека. Потому я взял себе чужое имя, а свои следы во времени стер собственным заклятием...
Он осекся и с подозрением посмотрел на девушку, которая мгновенно убрала с лица удивление.
"У меня нет слов, - ещё больше изумилась магиня в другом крыле замка.
– Ко всему прочему, он ещё не подлинный Мередит. Неужели, его бессмертие не что иное, как обычная сказка?"
– А вы не превращаете в камень своих... гостей за то, что они говорят правду?
– Не превращаю, - поморщился Мередит, он не хотел, чтобы шутили над тем, что он считал высшей справедливостью.
– А вы знаете о том, что ваше уродство исправимо?
"Давайте попробуем преподнести ему истину несколько в другом свете, раз он никому не верит."
– Вы хотите сказать, что магия может изменить человеческую природу?
– Магия всегда это умела. Я хочу сказать, что Полактия Фортунатовна может снять с вас заклятие уродства.
Пока Мередит ошарашенно размышлял над словами девушки, она переговаривалась с магиней.
– Чем, интересно, он мог разозлить эту Амелию, что она решилась на такое?
– Почему обязательно разозлить? Он мог просто ей в чем-то мешать.
– Например, "исчезнуть" к тому, кого она любила?
– Скорее всего.
– Так вы идете ко мне?
– Но он же ещё не дал согласия... Кстати, я объясню, и ты проделаешь это сама...
– Ну, нет, пусть заклятие и простое, но само дело серьезное. Вдруг ошибусь, а он отыграется на нас обеих. Тогда домой никогда не вернемся... Сейчас я его утрамбую.
– Что ты имеешь в виду?
Катя смутилась. Кажется, магиня была не слишком знакома с молодежным сленгом.
– Как я могу довериться незнакомому человеку, - между тем рассуждал вслух Мередит.
– Если разобраться, мне не так уж плохо и в этом облике...
– Вы же ничем не рискуете.
– Как знать, - произнес он философски.
– Не было бы хуже.
– Зря я вас уговариваю, - нарочито тяжело вздохнула Екатерина, - вы недоверчивы, как все старики.
– Но я... Разве я так старо выгляжу?
– Вы выглядите уныло. Говорят, вы живете уже несколько веков. Это немудрено...
– Хорошо, зовите вашу Полактию.
– Как я отсюда могу её позвать? Зовите сами.
Мередит простер вперед указательный палец - похоже, это был его любимый жест - дверь открылась и вошла Полактия Фортунатовна.
– Говорят, вы можете снять с меня заклятие уродства?
– Нет ничего проще!
– Предупреждаю, - грозно заговорил он, - если вы попытаетесь нанести мне какой-нибудь вред, окажетесь погребенными под руинами замка!
– Что вы все про вред!
– пожала плечами магиня в образе все той же молоденькой девушки.
– Это вообще не в моих привычках. Вред я могу нанести только защищаясь...
– Начинайте!
– по привычке прогремел он, но, спохватившись, спросил помягче.
– Вам что-нибудь для этого нужно?
– Нужно. Постарайтесь несколько мгновений не повышать на меня голос.
Мередит фыркнул, но все же спросил:
– Что вы собираетесь делать?
– Всего лишь прочесть один детский стишок.
– Вы надо мной смеетесь?
– Помолчите!
– теперь уже прикрикнула на него магиня и произнесла скороговоркой:"Морок, морок, отвяжись, суть зеркальная явись!"
Она провела в воздухе рукой: сверху вниз и справа налево, и сказала:
– Теперь несите зеркало.
– Это все?
– не поверил он.
– Но я сам знаю это заклинание!
– Тогда в чем дело?
– Я говорил Кэт: в замке нет зеркал.
– Так сделайте!
– рассердилась Полактия Фортунатовна.
– В конце концов, меня или вас изобразили уродом в собственных глазах? Вот вам оправа для зеркала, если всемогущий не умеет делать такую мелочь.
На стене возникла простая деревянная рама, какие бывают у зеркал.
– Дальше сами справитесь?
– Не понимаю, почему я терплю ваши издевательства!
– медленно, словно удивляясь самому себе, произнес Мередит.
– Видимо, дело в том, что надежда не умерла во мне, как я считал до сих пор.
Он ткнул пальцем в висящую на стене раму, так, что и через несколько секунд после появления в нем зеркала, оно все ещё качалось на гвозде.
– Зеркало нужно не мне, а вам, - напомнила машиня.
Он медленно волоча ноги подошел к зеркалу.
– Ты права, дитя мое, Георгий Мередит - не Аполлон.
– Смелее, друг мой, - прощебетала Полактия Фортунатовна, как и положено юной красотке.
– Посмотрите, какой вы на самом деле.
Маг провел рукой по лицу, потом глянул в зеркало и отшатнулся.
– Нет!
– громко вскрикнул он.
– Не может этого быть! Вы заговорили зеркало!
– Так я и знала, - обиделась магиня.
– Народ верно говорит:"Неча на зеркало пенять, коли рожа крива!"
– Но она вовсе не крива!
– Вот именно. Много я встречала глупцов из тех, что не верили очевидным фактам, но чтобы не верили своим глазам... Таких видеть не доводилось... Как же я могла заговорить зеркало, уважаемый, если вы сделали его собственноручно?
– Но тогда получается...
– Смелее! Вы дали обмануть себя женщине, даже не попытавшись проверить её слова.
– Неужели это был морок?
– Легкий кашель вы приняли за чахотку, чего уж там!
Он смотрел, все ещё не веря в случившееся.
– Совсем недавно, за одно только подозрение, бросающее тень на Амелию...
– Догадываюсь, вы обратили бы меня в камень.
– Зачем вы это сделали для меня?
– Я это сделала для себя: терпеть не могу маски. Да ещё такие бездарные!
С потолка сорвалась молния, ударила в Полактию Фортунатовну и... скользнув по ней огненной змеей, не причинила никакого вреда, заструилась по полу и просочилась наружу через дверную щель.
– Я понимаю тебя, сынок, - спокойно сказала она, принимая прежний вид зрелой женщины.
– Как объяснить свое заблуждение родителям? Как искупить вину перед друзьями, которые пострадали неизвестно за что? Наберись мужества признать свои ошибки.