Чтение онлайн

— Да. Вы правы, господин Пино, — дрогнувшим голосом произнес он. — Речь действительно идет о выживании…

— Мы — или они, — сказал секретарь.

— Предлагаете напасть на Петрийский остров? — Господин Бриньон с ужасом уловил в своем голосе истерические нотки. И ведь хотел-то сказать в шутку, а сказалось почти всерьез. Еще немного, и он будет готов на любую авантюру и глупость. Потому что отступать и в самом деле некуда. Гномы со своей селедкой приперли его к стене. Почти приперли.

— Напасть на Петрийский остров? Ни в коем случае, — поморщился секретарь. — Я предлагаю действовать тоньше.

— Тоньше? — переспросил господин Бриньон. — А почему вы промолчали на Совете? Кажется, я никому не затыкал рта. В том числе и собственному секретарю.

— Рук вы тоже никому не связывали, господин Бриньон, — заметил секретарь.

— Рук? — непонимающе нахмурился глава торгового Дома.

— Вот именно — рук, — кивнул его секретарь. — А они у ваших старшин, особенно у рыбацких, весьма тяжелые. Мне не хотелось бы, чтоб меня убили прямо на Совете за то, что мне приходится вам предложить. Мы-то с вами — деловые люди и понимаем, что иногда бывают случаи, когда такие слова, как "добродетель", "честь", "достоинство" и прочие в том же роде, приходится снять, как праздничную одежду, и спрятать в сундук, потому что пришло время для грязной работы…

Господин Бриньон вновь тяжело посмотрел на своего секретаря — и тот вновь не отвел взгляд.

— Ну? — буркнул господин Бриньон. — Начали, так договаривайте.

— Не раньше, чем вы мне кое-что пообещаете, господин Бриньон, — негромко и твердо промолвил секретарь.

— Пообещаю? — Взгляд господина Бриньона весил не меньше, чем вселенная.

— Я собираюсь спасти ваш Дом, — так же тихо сказал секретарь. — Вы сами стали бы делать такую вещь… даром?

— Ясно. — Господин Бриньон отвел взгляд.

— Так вы согласны? — спросил секретарь.

— Смотря сколько вы попросите, Пино, — ответил господин Бриньон.

— Куда меньше, чем вы опасаетесь, — ответил секретарь. — Я хочу, чтобы вы пообещали мне, что в случае успеха того предприятия, которое я собираюсь вам сейчас предложить, вы отдаете мне…

Секретарь сглотнул, словно то, что он хотел сказать, все же пугало его самого.

— Ну?! — рявкнул не выдержавший господин Бриньон. — Сколько?! Сколько ты хочешь?! Половину не отдам! Подавишься половиной! Насмерть подавишься!

Он побагровел и трясся, словно припадочный.

— …руку вашей племянницы Беттины, — закончил секретарь и удивленно вытаращился на взбешенного господина Бриньона. — Боже мой, неужели я мог претендовать на треть?

— На четверть! — отрезал господин Бриньон, его лицо постепенно приобретало прежний оттенок. — На четверть, не более! Но ты прав, так даже лучше! Получишь руку этой дурочки, будете жить долго и счастливо, не знаю, зачем она тебе, но заранее поздравляю! Если ты, конечно, сейчас предложишь что-либо дельное, а потом и вправду сможешь это осуществить, — закончил он, с внезапным подозрением вглядываясь в своего секретаря. — Итак, я слушаю.

— Поскольку речь и впрямь идет о выживании, — начал господин Пино. — Поскольку выжить и впрямь может только один из противников, я решил: пусть они не выживут. Но мы не будем штурмовать Петрийский остров, мы поступим, как я уже сказал, тоньше.

— Говори, — прошептал господин Бриньон, и в глазах его зажглись огоньки. Эти глаза уже не были глазами солидного дельца и почтенного отца семейства. Это были глаза человека, сколотившего свое немаленькое состояние деяниями, за которые в свое время придется держать строгий ответ перед Господом.

— Нужно нанять людей, — прошептал секретарь. — Не у нас, в других местах… пусть они будут олбарийцами, троаннцами, марлецийцами… не важно, лишь бы на нас ничего не указывало… это должны быть отчаянные ребята, тем не менее не теряющие головы…

— Продолжай… — шепнул господин Бриньон.

— Они должны проникнуть на остров под предлогом обучения каким-нибудь гномским ремеслам. Туда ведь многие для этого ездят. Ночью, когда все уснут… они должны пробраться на берег. К лодкам. Они должны продырявить…

— Ты никак решил, что гномы слепые? — гневно поинтересовался господин Бриньон.

— Не перебивайте, ладно? — досадливо поморщился секретарь. — Они продырявят не днища… борта… высоко, так, чтобы пока в лодке нет рыбы… они должны продырявить их очень аккуратно, под скамьями гребцов, тогда это и впрямь будет незаметно… продырявить, заткнуть ветошью и залить лаком. Таким, чтоб он был неотличим по цвету от бортов и не сразу растворялся в воде. Нужно, чтоб он растворялся постепенно…

— Хм, интересно, — пробормотал господин Бриньон. — Продолжай.

— Ничего не случится до тех пор, пока первая лодка не наполнится рыбой, — продолжил секретарь. — Как только это произойдет, лак растает, ветошь вымоет, и лодка станет быстро наполняться водой. Гномы не умеют плавать.

— Я в курсе, — кивнул господин Бриньон. — К твоему сведению, в море почти безразлично, умеет человек плавать или нет. Дальше.

— Гномы не умеют не только плавать, — промолвил секретарь. — Еще они не умеют бросать товарищей. Как только первая лодка начнет погружаться, к ней на помощь тотчас поспешит вторая. Как только гномы с первой лодки перейдут во вторую…

— Она тоже погрузится, — довольно кивнул господин Бриньон. — И тогда им на помощь поспешит третья!

Он облегченно вздохнул и улыбнулся.

— Они сами друг друга утопят, — закончил его секретарь, господин Пино.

— Пино, а ведь ты — мерзавец, — заметил господин Бриньон.

— А что поделать? — развел руками господин Пино. — Добродетельные люди слишком мало зарабатывают. А потом, чтобы спасти все и всех, кто-то должен забыть о добродетели.

— Ты хоть знаешь, что Беттина тебя терпеть не может? — спросил господин Бриньон.

— Тем интереснее, — скромно заметил секретарь. — Наш брак не будет скучным, я полагаю.

— Ну, хорошо. — Господин Бриньон вновь довольно кивнул. — Утопим гномов, точней, они сами себя утопят своей взаимовыручкой, а дальше? Сельдь останется, секрет засолки никуда не денется, долго ли гномам вновь организовать артель? А если гномы не догадаются, то и просто людям?

— Разве я сказал, что изложил уже весь свой план? — вопросом на вопрос ответил господин Пино,

— Слушаю продолжение, проговорил господин Бриньон.