Чтение онлайн

– Возможно, ты прав. А ты мог бы сейчас превратиться в гномика, чтобы я видел?

– Взрослые всегда требуют доказательств, – ответил мальчик. – Но все равно не верят. Ведь вы же видели.

Он был прав. Я шел за ним следом и не знал, что ответить. Но малыш добавил:

– К тому же, я уже больше никогда не смогу превращаться, потому что вы видели меня.

– Но причем тут я?

– Притом, что, если хоть один взрослый увидит превращение, он не поверит своим глазам, и тогда дар превращения пропадает.

– А ты попробуй. Может, он ещё не пропал?

– Попробовать я смогу только завтра, – ответил малыш. – Это можно делать только раз в день.

Тогда я решил попросить его:

– Послушай, расскажи мне о своих превращениях. Мне очень интересно. Я поверю каждому твоему слову, – пообещал я, и добавил: – честное слово.

– Взрослых мало что интересует, – сказал мальчик.

– Вот тут ты ошибаешься. Просто у взрослых есть свои интересы, свои заботы, которые не интересны таким малышам, как ты. Но мне правда хочется узнать о тебе побольше, узнать твою историю.

– Зачем вам?

– Ну, я ведь первый раз в жизни видел превращение мальчика. Такого не забудешь. Может, я напишу об этом книгу.

– Ах, да. Вы ведь писатель… Мама мне говорила, что все писатели – больные люди.

– Правда? – удивился я.

– Да.

– А ты любишь читать?

– Я прочитал много книг, – сказал мальчик без всякого хвастовства. – Только мало среди них попадается интересных. И картинки не всегда красивые. Когда картинки красивые, книга становится намного интересней.

– Тут ты совершенно прав, – согласился я. – И в какой же книге картинки тебе больше понравились?

Мальчик ненадолго задумался.

– В книге про собаку, которая была кошкой. Мы со Скриптиусом делали дом по рисункам из этой книги. Там очень красивые дома, похожие на маленькие замки.

– Ваш дом тоже похож на замок. Твой папа, наверное, очень богатый человек?

– Не настолько, чтобы подарить мне друга, – ответил мальчик.

– Разве друзей дарят?

– Бывает, что и дарят, – сказал малыш. – Но чаще их находят, или теряют… И теряют даже чаще, – грустно добавил он.

Мальчик рассуждал совсем по–взрослому, и это казалось забавным и странным. Мы перешли небольшой мостик через ручей, втекающий в пруд. Здесь мальчик остановился и сказал, что дальше пойдет один.

– Но мы с тобой еще встретимся? – забеспокоился я. – Ты мне расскажешь о своих приключениях?

– Приходите завтра к старому дубу, – ответил малыш. Потом он хотел уйти, сделал несколько шагов, но обернулся и добавил: – Только осторожно шагайте по траве, не раздавите кого–нибудь.

Малыш ушёл. Только тут я вспомнил, что даже не спросил его имени. Очень уж он был странным.

В то утро, когда всё началось, малыш проснулся раньше обычного. За окном солнце окрашивало деревья сада в изумрудные цвета с розовыми утренними оттенками. Из раскрытой форточки доносился щебет птиц. Мальчик потянулся на постели и только хотел подняться, как вдруг в форточку влетел небольшой кленовый листок. Он плавно опустился на постель малыша. Совсем зеленый листок, только по краям чуть–чуть пожелтевший.

«Первое письмо осени», – подумал малыш. Он взял листок, слез с кровати и положил его на подоконник. Потом достал из шкафа коробку с засушенными жуками и бабочками, разложил насекомых рядом с листиком и стал рассматривать. Это была папина коллекция. Папа рассказывал, что собрал её ещё в молодые годы, и что она чудом сохранилась у бабушки на чердаке. Тогда малыш думал: «Разве годы бывают молодыми или старыми? Если папа говорит, что собрал эту коллекцию ещё в молодые годы, значит, сейчас годы старые, и я живу в старые годы. Какая–то ерунда. Странно все–таки говорят взрослые. И как это можно чудом сохраниться? Либо вещь хранят, как положено, и она сохраняется, либо хранят плохо, и она пропадает. Какое же здесь чудо?» Но папа все подобные вопросы называл глупыми, и малыш никогда не лез к нему с «такими пустяками».

Когда мальчик подрос, папину коллекцию передали ему, так как папе она давно уже была не нужна. Уже тогда в ней у многих насекомых были поломаны лапки и усики. Мальчику хотелось, чтобы жуки и бабочки были живыми, но чтобы не расползались и понимали его. Тогда он мог бы поиграть с ними. Он мог бы научить их стольким интересным вещам! Но как играть с калеками, приколотыми булавками к картону?

Малыш убрал коллекцию обратно в коробку и решил немедленно идти в сад. Ему больше нравилось наблюдать за живыми насекомыми. А в саду их сколько угодно. Там ему никогда не было скучно. Только иногда немножко грустно. Но грусть, ведь это не скука.

Малыш вышел из дома. В огороде мама рвала морковь. Увидев малыша, она выпрямилась и улыбнулась:

– Ты чего так рано сегодня?

– Я хочу погулять в саду, – ответил мальчик.

– Сначала надо позавтракать.

– Я не хочу есть.

– Всё равно надо, – ответила мама. – Нельзя гулять на голодный желудок.

– Он у меня не голодный, – попытался возразить малыш, но мама была непреклонна.

«Дети всегда должны есть тогда, когда этого хотят взрослые. Даже если совершенно не хочется есть, – подумал малыш и направился в столовую комнату. А еще он подумал о том, почему завтрак называют завтраком. – Дают его с самого утра, а называют завтраком. Странно. Вот и давали бы завтра. Завтра? Так это, наверное, потому, что пищу оставляют на завтра и доедают утром. Вот и получается: завтра утром, или завтрак».

– Мама, почему завтрак называют завтраком? – спросил малыш, когда уже сидел за столом и нехотя пережёвывал котлету.

– Не знаю, – ответила мама. – Не задавай глупых вопросов. Лучше ешь!

– Ешь кашу, – заставляла мама. – И поддевай морковь, а то так и останешься маленьким на всю жизнь. Не вырастешь.

– Я не люблю морковь. А зайцы и мыши едят ее и не вырастают большими.

– А люди вырастают. Вон посмотри на папу, какой он большой.

Папа молча уписывал завтрак и читал газету.

– Но все папины знакомые выше его, – сказал мальчик.

– Не выше, а длиннее, – заметил папа и снова уткнулся в газету.

– Значит, они больше ели моркови, – ответила мама.

– А я не хочу быть большим, – сказал мальчик. – Я хочу остаться таким, какой есть. Большим быть не интересно.

– Оставайся, каким хочешь, но завтрак доешь, – строго сказала мама. – Иначе на весь день останешься дома. Хоть бы ты повлиял на него, – упрекнула она папу.

«Взрослые никогда не едят то, что им не нравится, – подумал малыш насупившись. – Но они всегда заставляют делать это детей».

– Ну, мне пора, – заявил папа и повернулся к малышу. – Если ты успеешь доесть свою кашу, то я прокачу тебя на машине до самых ворот.

Завтрак каким–то странным образом мгновенно исчез в животе мальчика, ему даже не пришлось его пережевывать, всё произошло само собой. Через минуту он уже сидел в машине и ждал отца.

Отец улыбнулся, потрепал малыша по волосам и повернул ключ зажигания. Машина тихо заворчала и медленно поехала по аллейке. Но не прошло и минуты, как отец нажал на тормоз перед самыми воротами.