Чтение онлайн

– Неа, но зато у него менталитет десантника, напившегося по случаю дня ВДВ. А вообще хорошо, что он приехал, правда? Сразу жизнь как-то закипела!

– Absolutely! Он такой смешной!

А вот в два часа ночи я уже так не думала: Витюшка со свитой горланил в гостиной в караоке.

В мою дверь постучали.

– Спишь?
– спросила Светка.

– Сном Ильи Муромца. Под «Гоп-стоп» заебись как спится.

– Пошли посмотрим, что у них там происходит.

И мы пошли. Впрочем, ничего удивительного у них не происходило: Санек и Вовчик прыгали, выбрасывая вперед сытые волосатые ляжки («Это называется канкан», - пояснила подруга). Лариска переминалась с одной ходули на другую, напоминая то ли девку на подтанцовке у Шуфутинского, то ли девку, которая очень хочет писать. А звезда вечеринки старательно выводил: «Ты шубки беличьи носила, кожу крокодила, Все полковникам стелила, ноги на ночь мыла, Мир блатной совсем забыла, И перо за это получай!»

Таких веселых ночей у нас было еще три. «Десантура» свалила только в пятницу утром, доведя нас до состояния хронического недосыпа. Но оно того стоило: подруга стала единственной владелицей виллы «Святая Зинаида».

После завтрака она стояла на табуретке и собственноручно прибивала к двери позолоченную табличку «ZINKA ZAMSHELAYA PROBL’AD’».

– Этот стук - лучшая музыка для моих ушей. Не менее прекрасная, чем удары земли о крышку Зинкиного гроба. Господи, какая же я счастливая!
– Светка обернулась и посмотрела на меня.

В тот момент она походила на святую: босые ноги, белый сарафан ниже колен, длинные светлые волосы, блаженная улыбка и огромные, полные слез голубые глаза. Только вместо креста Светка прижимала к груди молоток. Она была иконописна!

– Слушай, Мария Магдалина, а табличку ты когда успела изготовить?
– улыбаясь такой картине, спросила я.

– Еще при ее жизни. Вместе с другими аксессуарами. Помню, я к ней со всей душой подхожу и говорю: «Мама, смотрите, какие каталоги. Давайте вместе выберем вам и гроб, и памятник, и оградку, и скамеечку. Да все что захотите!» А она вместо благодарности как кинет в меня костылем и заорет: «Кыш отсюда, мандавоха бесстыжая!» Ну я и пошла себе, смиренная. Пошла и сама все заказала. И табличку тоже. Потому что верила и молилась. Молилась и верила.

Я покрутила пальцем у виска, и мы обе рассмеялись.

А вечером прилетел Алекс. Кинув вещи в гостинице, он сразу же присоединился к нашему столику в «Будда-баре», за которым мы со Светкой обмывали новую собственность и слушали неприлично красивого певца с не менее неприличной хрипотцой в голосе.

– Привет, красотки! Как дела? Загар сделал вас еще прекраснее.
– Алекс поцеловал меня в щеку и шепнул на ухо: - Тебе очень идет этот цвет.

Я улыбнулась: с фиалковым платьем у нас была любовь с первого взгляда.

Мы сидели и болтали, причем Светка в нашем разговоре не участвовала, предпочитая взирать с глуповатым восторгом на красавчика с микрофоном. После шестой или седьмой пина-колады она встала и нетвердым, но решительным шагом направилась в его сторону.

– Я сунула ему в руку свой телефон. Как думаешь, он позвонит?
– спросила Светка, когда вернулась.

Вопрос, которым девушки и женщины всего мира задаются благодаря Беллу вот уже более века, из уст моей расчетливой и самоуверенной подруги прозвучал, мягко говоря, неорганично.

– Свет, ты чего? Перепила?

– Нет. Влюбилась.

– В кого?

– В Рея.

– В какого Рея?

– В того, который поет.

– Алекс, попроси счет, пожалуйста. Светоньке плохо. Она не в себе.

Счет наш был наколот на дощечку с гвоздем посередине и свисал оттуда двумя лентами одинаковой длины (приблизительно метр каждая). Ну а что? Не каждый же день человек становится владельцем виллы на берегу Атлантического океана.

Мой кавалер, как всегда, оказался на высоте: увидев дощечку, он и бровью не повел, отвез нас на такси домой и попытался отказаться от приглашения на кофе. Но не тут-то было!

– Пшшшли! Кму гврю пшшшли!
– Светка настойчиво тянула его за рукав, и он сдался.

А зачем тянула, спрашивается? Все равно через десять минут вырубилась в кресле.

– Давай поднимемся ко мне в комнату. Не будем будить нашу птичку своими разговорами, - предложила я.

Алекс напрягся. Хм… Что это с ним?

– Не уверен.

– Почему?

– Уже поздно.

– Для чего?
– Я поцеловала его в щеку.
– Пошли.

И мы пошли.

Тильда принесла нам кофе.

– А есть что-нибудь покрепче?
– спросил Алекс.

Черт возьми! Почему он так нервничает? Прямо как девственник.

– Виски подойдет?

– Идеально!

Первую порцию он выпил молча. Просто стоял возле окна, не спеша отхлебывал из стакана и смотрел куда-то вдаль. Думал о чем-то.

Я подошла к нему сзади и обняла. Мы начали целоваться. Это было приятно, но не более того. Переместившись на кровать, мы все целовались и целовались, но, к своему удивлению, я не чувствовала его эрекции. Моя рука опустилась вниз. Так и есть: не стоит. Не стоит? На меня?! Не верю! Я решительно ухватилась за обрезанный фаллос и принялась энергично его мять. No result! Висит, как носок.

В конце концов нам обоим надоела эта неэффективная возня, и мы остановились. Алекс выглядел совсем потерянным.

– Ничего страшного. Такое иногда бывает.
– Я попыталась проявить деликатность и понимание.

– Со мной - не иногда, а постоянно. Мне не нужна женщина.

– В смысле? Ты гей?

– Нет, но у меня давно проблемы в сексе. Не стоит, и все тут. Ни на кого. Можно еще виски?

– Сколько угодно.

Алекс сделал несколько больших глотков прямо из горла и закашлялся.

– Но как?! Ты же жил с китаянкой, встречался с Ольгой!

– Когда с Мэй все только начиналось, я еще мог, а потом мы жили как брат и сестра, пока она не встретила мужчину, в которого влюбилась. С Ольгой я не спал. Я не довожу дело до постели. Всегда ухожу раньше.

– А сейчас почему решился?

– Думал, что все получится. Ты мне очень нравишься. Я понимаю: с моими особенностями это звучит странно, но тем не менее. Мне нравится смотреть на тебя, слушать тебя. Я вижу, какое впечатление ты производишь на мужчин. И это мне тоже очень нравится. Например, в «Рице» Андрей не сводил с тебя глаз, и я был горд собой.

Тогда у меня и появилась уверенность, что именно с тобой я вновь стану полноценным.

Я застегнула на нем рубашку и спросила:

– Что ты хочешь от меня?

– Will you marry me?

– Yes.

– Thank you.

А что бы вы ответили человеку, состояние которого оценивается в пятьдесят восемь миллиардов долларов США?

Мы сидели на кровати, держась за руки, и поочередно отхлебывали из бутылки.

– Я буду тебя баловать, - улыбнулся Алекс.
– Скажи, чего ты хочешь?