Малые супружеские злодеяния
Шрифт:
ЛИЗА. Куда мы отправимся?
ЖИЛЬ. Зачем куда-то отправляться?
ЛИЗА (совершенно растворившись в нем). Тогда где же?
ЖИЛЬ. Здесь.
ЛИЗА (она в восторг). Какое нетерпение!
ЖИЛЬ. Ты согласна?
ЛИЗА (с энтузиазмом). Да.
ЖИЛЬ. Нет никакой необходимости ехать в Портофино.
Целует ее. Несколько секунд спустя она прерывает поцелуй и чуть отстраняет его.
ЛИЗА. Что ты сказал?
ЖИЛЬ. Нет никакой необходимости ехать в Портофино.
ЛИЗА. Почему Портофино?
ЖИЛЬ. Там мы провели нашу первую брачную ночь, разве не так?
ЛИЗА. Ты это помнишь?
ЖИЛЬ. Нет, это ты только что сказала.
ЛИЗА. Я точно не говорила. Я сказала в Италии.
ЖИЛЬ (спокойно). Ты сказала Портофино.
ЛИЗА. Я сказала в Италии.
ЖИЛЬ. Не может быть. Почему же я знаю?
ЛИЗА. Жиль, к тебе возвращается память!
ЖИЛЬ. Нет, ничего ко мне не возвращается.
ЛИЗА. Но только что ты вспомнил…
ЖИЛЬ. Я уверен: Портофино упомянула ты.
ЛИЗА. Я сказала Италия.
ЖИЛЬ. Возможно, неосознанно, но ты произнесла — Портофино.
ЛИЗА. Не могла я произнести Портофино, потому что только что я как раз злилась на себя, что не могу вспомнить название этого места.
Она встает и пристально смотрит ему в лицо.
Он перестает протестовать.
Не сразу, но она понимает, что только что произошло.
ЛИЗА. Жиль, никакой амнезии у тебя не было.
ЖИЛЬ. Была.
ЛИЗА. Жиль, ты мне лжешь!
ЖИЛЬ. Но лжешь и ты, Лиза!
Оба оценивают ситуацию. Кружатся друг около друга, как хищники перед нападением.
ЛИЗА. Я лгу?
ЖИЛЬ. Да! Картины-то твои, художница — ты! А того Жиля, который ходит с тобой по магазинам, ты придумала! Как и того, который сидит дома, никогда тебе не изменяет и с которым, следовательно, ты хотела бы разделить твою жизнь, Лиза!
ЛИЗА (горестно). Ты помнишь…
ЖИЛЬ. Нет. Я помню только то, что я не такой!
ЛИЗА (жалобно). О, Боже, неужели всё снова начнется.
ЖИЛЬ. Что начнется снова?
Не отвечая на вопрос, Лиза берет себя в руки. Подходит к нему, бросает ему в лицо диванную подушку.
ЛИЗА (жестко). Ты никогда не терял память. Всё помнишь.
ЖИЛЬ. Нет. Это не так.
ЛИЗА. Я тебе не верю. Ты помнишь.
ЖИЛЬ. Частично.
ЛИЗА. Я больше тебе не верю.
ЖИЛЬ. Память ко мне возвращается, но какие-то пробелы остаются.
ЛИЗА (продолжает лупить его подушкой). Ты всё помнишь!
ЖИЛЬ. Только не последний день.
ЛИЗА (замирает с подушкой в воздухе). Последний день?
ЖИЛЬ. День, когда произошел несчастный случай. Ничего не могу вспомнить.
ЛИЗА (снова обрушивает на него серию ударов). Выдумки! Всё ты знаешь, издеваешься надо мной!
ЖИЛЬ. Но только не о последнем дне!
ЛИЗА. Твоя мнимая амнезия — это пытка, которую ты придумал, чтобы меня наказать, сварить на медленном огне. Заставить устыдиться. Насладиться моими дурацкими ответами. Ты…
ЖИЛЬ (искренне). Наказать тебя за что, Лиза?
Она перестает с ним драться и испускает сдавленный смешок. Он хватает ее за руки.
ЖИЛЬ. Наказать тебя за что?
Она пытается высвободиться, но, поняв в какой-то момент, что он не вкладывает в свой вопрос ни иронии, ни двусмысленности, успокаивается. Пожимает плечами.
ЛИЗА. Извини. Ты провел две недели в больнице под наблюдением врачей, медсестер, принимал лекарства и восстанавливал силы, а я здесь одна грызла ногти. Мною никто не занимался. Хочу, чтобы кто-нибудь обо мне позаботился.
Он с изяществом целует ей руку.
ЖИЛЬ. Мой череп — открытая книга, в которой недостает страниц. Преимущественно последних. Никак не могу припомнить тот день, когда произошел несчастный случай.
ЛИЗА. Совсем не помнишь?
ЖИЛЬ. Совсем. (Смотрит ей в глаза). Клянусь тебе.
Она осознает, что он говорит искренне.
ЖИЛЬ. Подозреваю, что я должен принести тебе свои извинения.
ЛИЗА. Да.
ЖИЛЬ. Много извинений?
ЛИЗА. Сомневаюсь, что тебе удастся рассчитаться по твоим долгам.
ЖИЛЬ. Память вернулась ко мне в понедельник. Чем дальше, тем больше. Как будто губка набухала под капельницей. В этот понедельник, не знаю, почему, но тебя не было. И я, ни слова не сказав докторам, разбухал в одиночестве, обретая грани нашей с тобой истории, нашего брака, нашей любви. Я был горд. Я был счастлив. Во вторник, только ты вошла, я был готов обо всем тебе объявить, но ты остановила меня своей ложью. Первой.