Чтение онлайн

Хотя бы небольшое свободное пространство…

Каждый день неизменно заканчивался тем, что Ратмир приходил в спальню и спрашивал, со скрытым вызовом во взгляде:

– Сегодня я буду спать на диване? Или… – красноречиво смотрел на огромную кровать.

– Даже не мечтай. Диван!

Ратмир принимался стелить себе на диване и всякий раз оказывалось, что у него ничего не получалось: то в пододеяльнике запутается, то подушка не так залезла в наперник, то еще что-то… Под любым предлогом он выводил меня на прямой контакт и пользовался каждой секундой, чтобы дотронуться до меня.

– Простынь криво легла. Вон тот край. Поправишь?

Стоило мне наклониться, как он всегда неизменно оказывался сзади и дурманяще прижимался своим большим телом. Меня буквально пронизывало от его жара, запаха и твердого желания. Во рту пересыхало, пока Ратмир, делая вид, будто помогает мне справляться с простыней, на самом деле просто нагло пользуется моментом и трется об меня своим телом, лапает понемногу, дышит мной, втягивая запах моих волос.

В итоге, он все равно оказывался на моей кровати, поступал очень хитро. Ратмир всегда дожидался, пока я усну, и потихоньку укладывался рядом. Ранним утром, за час или за полтора до моего пробуждения он отправлялся на свой диван, делая вид, будто там и спал на протяжении целой ночи.

Эту хитрость я просекла как-то совершенно случайно, испытав желание попить посреди ночи, Открыв глаза я поняла, что этот невыносимый мужчина счастливо дрыхнет рядом со мной, опустив руку на мои бедра.

Нужно было выгнать Ратмира в тот же миг, но я тоже по нему скучала, не желая в этом признаваться, и делала вид, будто ему хорошо удавалось меня обманывать…

Лилия

Несколько дней я прожила в лоне семьи Анваровых, искренне проникнувшись ко всем домочадцам и испытывая легкую зависть, стараясь не бередить воспоминания о собственной семье, которые, словно назло, вылезали отовсюду и душили.

Потом Ильяс Тимурович лаконично объявил, что проблема с Даудом устранена. Оказывается, то сообщение Ратмиру было отправлено ней Айбикой, у нее не было возможности. Это сообщение написал Дауд Байсаров, которому удалось на время скрыться. Но теперь с ним было покончено.

Я так понимаю, что та сложная тема с Байсаровыми была закрыта – облегчение на лице мамы Ратмира было слишком явным. Но я все-таки уточнила у нее, и она подтвердила: да, покончено, можно вздохнуть спокойно!

Я мгновенно задумалась о переезде. Причем в эти мысли проникает светлая грусть. Не буду кривить душой, мне понравилось жить в этом доме. Их теплота и забота подкупают. Я бы хотела быть частью этой семьи, но даже признаться себе в этом сложно.

Ратмир постоянно смотрит так, словно я с малышом для него – целый мир. Он окружил меня теплом и заботой, постоянно неустанно оказывает знаки внимания и заваливает щедрыми подарками. Этот тот самый конфетно-букетный период в понимании Ратмира – то есть презенты как минимум дважды в день. Каждый день!

Даже мама Ратмира сделала ему замечание. Я услышала это непроизвольно, совсем не желая подслушивать.

– Рат, подарками от Лили прощения не дождешься. Подарок – это просто подарок! Он и хорош тем, что бывает не часто. Думаю, она ждет от тебя поступков и просто хочет другого…

– Чего? Разве я к ней не со всей душой?

– Наберись терпения, всего несколько дней прошло.

– Целая вечность!

– Ох уж эти нетерпеливые мужчины Анваровы! – качает головой мама Ратмира. – Хочу и дайте! Так не работает…

– В отношении некоторых, таких, как Лиля, похоже не работает ничего вообще! – вспыхивает Ратмир и быстро-быстро уходит, покинув дом и напоследок хорошенько треснув дверью.

Сначала во мне что-то сжимается болезненно, а потом я тоже начинаю злиться: а чего он хотел?! Обманывал меня! С самого начала обманывал…

Даже моя беременность – результат его намеренных и расчетливыйх действий, и ждет, что я прощу его так легко и быстро?!

Я то вспыхиваю недовольством, то начинаю ругать себя за излишнюю принципиальность. Напоминаю, что у меня тоже есть свои секреты. Но стоит подумать о том, чтобы их раскрыть, как изнутри топит неприятным ощущением тошнотворной паники. Я так долго с этими тайнами живу, они вросли мне под кожу…

Ратмир не появляется дома с ночевкой. Диван укоряюще глазеет на меня.

Кровать без него тоже кажется слишком огромной, буквально непреодолимой. Я привыкла к небольшим хитростям Ратмира и, каждый вечер, отправляясь спать, заранее знаю, что он просто ждет, пока я засну, и потом переберется на кровать, обнимая меня во сне.

Но сегодня этого нет, все тело обжигает ледяной пустотой.

Спать совсем не получается…

Пальцы тянутся к телефону. Набираю его номер. Он не отвечает. Просто не поднимает трубку. Отправляю ему сообщение, оно остается непрочитанным.

Как еще можно до Ратмира достучаться?

Наверное, никак.

Проведя час в бесплотных попытках с ним связаться, понимаю очевидное: я переусердствовала в своей твердости и решении не подпускать его близко к себе. Мимолетно вспоминаю усмешки Тамары относительно какой-то Славки, которая сохнет по Ратмиру давно. Если не подпускает одна, охотно подпустит другая…

Эти мысли разносят мою душу ревностью на клочки, медленно и мучительно поджигая ее отовсюду. Я, наверное, как проклятая мазохистка, перебираю в памяти те видео, те штрихи, по которым я заподозрила Ратмира в изменах. Он так и не показал мне обещанное видео. Кажется, я сама не захотела! Но теперь все кажется иначе.

Оказывается, сомневаться мучительно больно. Сомневаться в собственных силах перешагнуть этот комок обид и нанесенной боли. Иногда мне кажется, что я так и останусь с этим нераспутанным узлом эмоций, который появился на месте сердца.

Поняв, что уснуть так и не удается, а время уже близится к утру, я встаю и покидаю пределы комнаты. Мне просто становится тесно и душно, хотя пространство комнаты – огромное.

Потихоньку выхожу в коридор, спускаюсь в просторную гостиную, выбирая дальнее кресло. Мне нравится в нем сидеть, отсюда хороший обзор на всю комнату, в особенности, на семейные фото. В мягкой тьме видны лишь очертания рамок, но я за несколько дней пребывания в семье Ратмира выучила их все и могу с точностью воспроизвести по памяти каждое из них.

Больше всего мне нравится фото, где Ратмир еще мальчишка. Фото сделанное во время морского отдыха: он в полосатой морской тельняшке и шапочке моряка улыбается фотографирующему с задорной и обаятельной улыбкой, которая есть только у него одного. И больше ни у кого… Я снова вспоминаю свой сон, разбирая его по кусочкам, и понимаю, что мне как будто снились двое детишек. Но разного возраста…

– Ты не спишь?

Сердце подскакивает в район горла.

Сдавленно вскрикнув, я с трудом удерживаю дыхание и взбесившийся пульс.