Чтение онлайн

Мария взяла его за руку и ждала его реакцию, какая бы она не была. Все то, что он услышал о Веронике, перевернуло в нем все. Он стал думать о том, как он мог ошибаться в ней. Как он мог подумать, что она играла и была лживой, когда эта хрупкая женщина была готова продать все, лишь бы спасти этого подонка. Она невероятная, удивительная и добрая. Такую он еще в жизни не встречал, и он не упустит ее, потому что она та самая половинка, какую он искал. Он даже не мог поверить, что встречаются такие люди.

— Нет, Мария. Я не уйду. Я испытываю к ней самые серьезные чувства. Даже более чем серьезные — решительно произнес он.

— Нашла, бубен нашла! — выкрикнула Вероника и прервала их разговор.

Брюнет встал из-за стола и подошел к девушке. Он неожиданно провел рукой по ее щеке, с восхищением разглядывая ее:

— Как я только мог в тебе ошибаться? — произнес он горячо и обнял ее крепко, покрывая поцелуями ее нежные щеки.

— Не хочу вас прерывать, скоро карнавал. Ника, подшей костюм Виктору! — смахнув слезы сказала Мария.

— Я, пожалуй, приму душ. Что-то жарко стало — сказал Васнецов окаменело и переваривая все, что сказала ему мать Беловой отправился в ванную.

— Мама, он какой-то странный. Что ты ему сказала? — удивилась Вероника.

— Ничего — пожала плечами Мария. — Мы просто пили чай.

Вот и настал праздничный вечер в городе. Это был действительно красивый карнавал. Столько ярких красок в одном месте и счастливые радостные лица людей. Васнецова так никто и не узнал в костюме индейца. Он был весел, радостен легко и беззаботно играл роль индейца. В этом городке ему было так хорошо. Так хорошо, что он забывал о том, кто он является на самом деле. Он был опьянен не столько от алкоголя, сколько от лучезарной спутницы в костюме амазонки. Они часто переглядывались, улыбались друг другу. Им было хорошо вдвоем. Виктор вместе с Вероникой испытал такое расслабление прогуливаясь по городу босыми ногами по траве и песку.

Заключительной частью вечера был яркий салют и танцы на пляже у костра. Васнецов пытался подпевать песни, пил приятный на вкус яблочный сидр и тонул в глазах девушки. Он рассматривал ее, сидя вместе с ней на берегу моря, любуясь ее милыми черточками лица и полностью растворялся в ней при виде ее лучезарной улыбки. Это был незабываемый вечер. Без пафоса, папарацци, бесконечных фотосессий и фотовспышек. Здесь все было так просто и так уютно и ему совершенно не хотелось покидать это милый городок под названием Солнечный. Неожиданно подошел к нему мужчина и стал что-то говорить на непонятном ему языке. Ника внезапно стала серьезной.

— Что он сказал? — спросил девушку Васнецов.

— Он сказал, что так как ты - мой жених нужно проверить насколько сильны наши чувства.

— И что я должен делать? — удивился Виктор, ожидая ответа.

— Да, всего-то лишь прыгнуть через костер — рассмеялась она.

— Всего-то лишь? — округлил он глаза.

— У нас если мужчина и женщина смогут прыгнуть через костер, значит у них крепкие чувства и их впереди ждет много счастья.

— А ничего, что я этого никогда не делал. Я не буду этого делать. Виктор Васнецов не будет прыгать через костер! — взбрыкнул он.

Толпа на пляже уже подхватила эту идею и заголосила хором, глядя на пару.

— Народ просит — сказала она скромно. — Но если ты не хочешь, то мы можем этого не делать. Я скажу, что плохо себя чувствуем и мы пойдем домой.

Она резко поднялась и готова была уже обратиться к не умолкающей толпе.

— Подожди! — Васнецов неожиданно встал, взял ее за руку и посмотрел в ее жгучие глаза: — Ты сделаешь это со мной?

Мужчина тяжело сглотнул, а на лбу появилась испарина.

«Я не трус. Я сделаю для нее все» — промелькнуло в голове у Виктора.

— Ты серьезно? — поразилась она. — Ты готов прыгнуть ради меня через костер?

— Да, я готов! — дыхание его стало усиленным, и он крепче сжал ее руку, говоря по слогам: — На счет: раз, два, три! Побежали!

Они разбежались и вместе прыгнули.

— Да! Да! Мы сделали это! — крикнул он, рассматривая позади языки пламени.

Он закружил ее, полностью отдаваясь всплеску адреналина. Толпа людей на пляже зааплодировала и засвистела.

— Мы сделали это! — он чмокнул ее в губы, все еще пытаясь восстановить свое дыхание.

Она рассмеялась, наблюдая за таким радостным и счастливым мужчиной, который как мальчишка прыгал по песку, отдаваясь всецело нахлынувшим эмоциям.

— Как же я счастлив! — крикнул он. — Ты меня сделала счастливым. Только ты! Одна лишь ты.

Он взял ее на руки и закружил ее.

— Вить, отпусти! Хватит уже — сквозь смех говорила она.

Они снова сели на берегу моря в отдалении от шумной компании и смотрели как волны приливают к берегу в ночной тиши.

— Отличный вечер. Замечательный праздник! — сказал он тихо, прерывая молчание. — Можно вопрос: я понравился твоей маме?

— А для тебя это так важно? — спросила она загадочно, рисуя палочкой фигуры на песке.

— Не то чтобы важно, сколько интересно.

— Она в тебя влюблена — призналась наконец Ника. — Ты покорил ее.

— Ее покорил Виктор - автомеханик, а Виктор – актер ее разочаровал — сказал он, обхватывая ее руку и помогая рисовать рисунки на песке.

— Ты можешь исправить это за пять минут. Просто признаться, что ты и есть тот самый актер и что именно это ты оплатил ее операцию. И тогда я уверенна, она на тебя посмотрит с другой стороны.

— Знаешь, я хочу, чтобы меня любили не за мои деньги, а просто так. Я не хочу, чтобы меня любили за статус, мое положение. Мне это не нужно.

Он вдохнул запах ее шелковистых волос и серьезно сказал:

— Ника, я знаю про Амира — он взял ее руку в свою. — Почему ты мне не рассказала?

— Что? — она испуганно посмотрела на него и встала. — Я не хочу об этом говорить — гордо произнесла она и отправилась в сторону дома.

— Почему? Потому что ты все еще его любишь, да? — крикнул он.

На этот мучивший его весь вечер вопрос, он не получил ответа. Он смотрел как женская фигурка быстро покидала пляж и сам ответил за нее.

— Да, любишь. Иначе бы не ушла сейчас — горько подумал Васнецов, понимая, что безумно влюблен в нее и что все эти две недели, проведенные в Праге, он то и дело думал о ней и мечтал с ней снова встретится. Лишь только увидеть ее глаза, улыбку, услышать ее смех, обнять ее как можно крепче и никому ее не отдавать и не отпускать, вот о чем он думал эти дни в разлуке с ней.