Чтение онлайн

– Если ты согласен…

– Ура, я больше не бездомный! – воскликнул Грызлов и вдруг остановился: – А ты уверена, что у вас нет домового?

– Точно нет, – ответила Алиса, – не знаю почему, но я в этом уверена.

Распрощавшись с Юлей и Швыровым, Алиса и Грызлов доехали на троллейбусе по Садовому кольцу до площади Красные Ворота, чтобы оттуда уже пешком добраться до Разгуляя. По дороге домовой, словно гид-переводчик, предлагал Алисе посмотреть то направо, то налево, описывал истории старинных домов, выглядывавших из-за новых построек, рассказывал, как выглядела Москва в годы его юности. Показал он также, где находились Красные ворота, снесенные большевиками в ходе сталинской реконструкции Москвы одновременно с разорением могилы Брюса.

Домовой был уверен, что в действительности главной целью уничтожения множества церквей, кладбищ и даже оснований языческих капищ и святынь в черте города было изменение магической карты Москвы. Ведь Сталин не терпел оппозиции любого толка, он боролся с правыми и левыми уклонистами не только в реальной жизни, но и в параллельном магическом мире. Воображения ему было не занимать! Он вознамерился уничтожить всех магов Земли, и белых и черных, чтобы в конце концов остаться в одиночестве на вершине величайшей пирамиды власти, какую когда-либо знала история нашей планеты.

В годы его правления или, как выразился Грызлов, при державе Иосифа Виссарионовича, произошла удивительная вещь: черные маги разделились на две противоположные партии и принялись с невиданным упорством уничтожать друг друга. Эту магическую бойню удалось остановить иудейским раввинам, которые с помощью магокинетического удара заставили Сталина отказаться от своего плана и перейти из нашего измерения в один из ирреальных миров.

Вот так, мило беседуя, они добрались до Алисиного, а теперь и общего их дома, поднялись на лифте на пятый этаж и подошли к квартире Малышкиных.

Алиса, погремев ключами, распахнула дверь.

– Добро пожаловать! – сказала она радушно. – Проходи, Разлай Макдональдович.

– Э, погоди, так эти дела не делаются, – остановил ее домовой, – не все так просто, сейчас я тебя научу…

Грызлов объяснил, что домовой – это добрый дух дома, хранитель домашнего очага и покровитель всех членов семьи, в этом доме живущих. В уютном, теплом доме и там, где семья крепкая, – всегда живет домовой. В реальном мире чаще всего появляется в облике кота, реже черной лохматой собаки. Предсказывает перемены в доме при помощи свиста закипевшего чайника, а перед самыми значительными событиями может негромко произнести: «к добру-у-у» или «к худу-у-у».

Домовой может прогневаться на нерадивых, нерачительных хозяев и наслать на них ночной кошмар или уронить с кровати. Он бережет дом от дурных людей, пришедших к хозяевам с плохими намерениями. Охраняет от болезней и несчастных случаев, руководит домашними животными и следит, чтобы в доме не застаивалась отрицательная энергия от обид и ссор. Короче говоря, хлопот у домового полон рот. И чтобы пригласить его на новое место жительства, надо проделать несложный, но обязательный обряд.

Алиса внимательно выслушала Грызлова, повторила про себя еще раз все, что должна была сказать, забежала в прихожую и притащила свою старую кроссовку.

– Начинай, – кивнул домовой.

– Суседушко, домоседушко, Алиса к тебе идет, низко голову несет, – поклонилась Грызлову Алиса, – не томи ее напрасно, а заведи с ней приятство, заведи с ней дружбу да сослужи легку службу. Кланяюсь я тебе, хозяин-батюшко, и прошу тебя пожаловать к нам в хоромы: здесь для тебя место тепленько и угощеньице сладенько.

Алиса поставила перед домовым кроссовку.

– Домовой, домовой, поедем со мной, вот тебе сани, поехали с нами на новое место, на новое счастье, на житье, на бытье, на богачество.

Грызлов подошел к кроссовке, наклонил голову и, стремительно уменьшившись, нырнул внутрь. Алиса перенесла домового через порог, заперла дверь, отнесла кроссовку на кухню и поставила ее в духовку. Через несколько минут она открыла дверцу и заглянула внутрь.

– Разлай Макдональдович, все в порядке?

Домовой выпрыгнул из духовки. Мордочка у него была довольная.

– Эх, хорошо! Ты не представляешь себе, как это тяжело – быть безработным. Никакой уверенности в завтрашнем дне…

– А мои родители будут тебя видеть? – спросила Алиса.

– Нет, ты что! Ни в коем случае, – возмутился Грызлов. – Им не положено!

Он обошел дозором свои новые владения – квартиру Малышкиных – и схватился за голову. Непорядок! Вернее, беспорядок кругом! И Грызлов тут же, не сходя с места, заставил Алису делать генеральную уборку.

– Безобразие! – возмущался Разлай Макдональдович, воздев коротенькие ручки к потолку. – Другой бы домовой уже такой тарарам в квартире устроил, полтергейст отдыхает! Нужна перестройка твоего отношения к чистоте! И запомни, каждая вещь в доме должна знать свое место!

– К нам домработница приходит, – виновато сказала Алиса. – Она у нас убирается.

– Оно и видно, как убирается, – парировал Грызлов, – пыль за мебелью, во всех углах мусор залежался, под ковер в твоей комнате лучше вообще не заглядывать.

– А зачем заглянул? – спросила Алиса.

– Это моя работа, – заявил Грызлов. – Нельзя лениться, домовой приснится, такая вот есть поговорка, я ведь и напугать могу! Ты меня с лучшей стороны знаешь. Я могу быть очень-очень неприятным и даже опасным!

Алиса с вздохом принялась ползать по углам с тряпкой в руках. Грызлов ходил за ней по пятам и везде совал свою лохматую мордочку. К исходу третьего часа перестройки измученная Алиса упала в кресло и в сердцах отшвырнула от себя тряпку.

– Ну как, – спросила она Грызлова, – теперь ты доволен?

– Уже лучше, – похвалил он и тут же сказал: – А еще протри зеркало в ванной и почисти кран, все зубной пастой заляпали! У вас совесть есть?

Алиса поплелась в ванную, присела на бортик и пустила воду. В дверь немедленно просунулся черный нос домового.

– Чего сидишь? – бесцеремонно спросил он. – Сделал дело – гуляй смело. Давай, давай, а потом чаю попьем.

Алиса полила кран средством от ржавчины и принялась оттирать. Действительно, стало намного лучше. Теперь пришел черед зеркалу. После того как Алиса с трудом оттерла его, в ванной заметно посветлело. Она отправилась на кухню. Там Грызлов, встав на табуретку и аккуратно подвязавшись кухонным полотенцем, ловко мыл посуду.

– Чайник я уже поставил, – сообщил он, – доставай печенье.