Чтение онлайн

— Нет… Да… И нет, и да. Я была растеряна. Я знаю, что могла не допустить этого, но я… допустила.

— Нет, ты мне сейчас скажи, как в точности все было, — приказывает Мирослав, подойдя почти вплотную ко мне. — Он тебе угрожал? Что он говорил? Все говори.

Он будто в поисках оправдания для меня. Ищет, ищет их. Не хочет верить в реальность, которая давно свершилась. Я пошла это. Меня спрашивали. Никто бы против воли не усадил бы меня на то кресло. Да, было давление. Но все это я.

— Мирослав, мне… — зажмуряюсь, — мне нечего сказать тебе… утешительного. Я сама на это пошла. Сама…

Замолкаю, когда он берет меня за руку в районе запястья и зачем-то удерживает, будто я бежать собралась. Не побегу я уже. Отвечу на все его вопросы, а потом он сам отпустит. Поймет, насколько ошибся во мне. Мы оба ошиблись.

— Где живут твои родители сейчас? — спросил Мирослав, а мое сердце пропустило удар.

— Зачем тебе знать?.. — округляю глаза.

— Говори адрес, Устина, — его пальцы сильнее сжали мое запястье.

— Н-нет… Зачем он тебе?

— С папашкой твоим хочу поговорить.

— Ты что, прямо сейчас собрался эти разборки устраивать?!

— Не сейчас. Как рассветет.

— Ты с ума сошел?! Не надо, Мирослав! Я сказала тебе правду!

— Я не думаю, что ты лжешь. Просто хочу поговорить с этим… человеком.

— Не надо! Шесть лет прошло!

— Да мне плевать, сколько прошло!

— Ничего не изменить уже! — снова плачу, слезы еще болезненнее обжигают мои щеки. Их слишком много было сегодня. — Все в прошлом. Все уже случилось! Не надо ломать мне жизнь!

Мирослав зло усмехается.

— Я тебе, значит, жизнь ломаю?

— Я не хочу, чтобы муж знал про все это! А он узнает, если ты встретишься с отцом! Пожалуйста, пойми меня! — умоляю его глазами. — Я очень тебя прошу! Оставь это!

Да он ненавидит меня. Презирает. Вон как смотрит…

— Нет, — чеканит Мирослав ровным тоном. — К утру ты мне все скажешь.

— Зачем тебе это надо? Ты мести хочешь?! Так мсти мне! Не трогай моего отца! У него свой взгляд на жизнь! Он думал, что помогает мне.

— Ты еще будешь оправдывать этого урода?!

— Я не оправдываю! И не говори так о нем! — кричу, ударив его в плечо свободной рукой. — Почему ты не хочешь слышать того, что это сделала Я?! Это было мое решение.

— Он тебя заставил.

— Он настаивал, но…

— Нет, он тебя заставил!

— Ты вообще слышишь меня?! Я хотела от тебя избавиться! От всего, что связано с тобой! Я не могла в том возрасте воспитывать ребенка! Родители не смогли бы мне помочь! А ты… тебе я звонить не могла!

— Да не ори ты! Понял я, — прорычал Мирослав.

— Если понял, то отпусти, — кручу запястьем.

— Нет.

Чего он так уперся?.. Он должен был проникнуться отвращением ко мне. Любой другой бы стал презирать. Я просто не могу его сейчас понять…

— Ты не можешь удерживать меня!

— Сегодня точно могу. Спать не собираюсь. Ты не ускользнешь.

— Ты все знаешь! Мне больше нечего тебе сказать!

— Есть что — адрес.

— Черт возьми, Мирослав! — уже рычу. — Я не позволю тебе навредить моему отцу! Он уже далеко не молодой и болеет.

— Я трогать его не собираюсь. Поговорить просто хочу. Или ты что, боишься что он снова отругает тебя за общение со мной? Он до сих пор говорит тебе во сколько надо быть дома?..

— Ничего он мне не говорит! Я просто не хочу, чтобы ты делал глупости!

— Ладно… — хмыкнул Мирослав. — Глупостей делать не буду. Тогда ты тоже не будешь их делать. Не будешь пытаться сбежать отсюда, например.

— Я… — сглатываю и вздыхаю, — я не хочу находиться здесь.

— Почему?

— Почему?!… Мне нужно домой — это во-первых. Мы давно чужие друг другу люди — это во-вторых. И…

— Тебе больно — в-третьих.

В точку.

— Да… Я не могу на тебя смотреть. А когда… когда ты целовал меня, я чувствовала, что… — не договариваю.

«…не заслуживаю этого». Вот это мне хотелось сказать.

Мирослав на требует, чтобы я договарила. Он против воли обнимает меня, отчего я испытываю новую порцию душевной боли. Мне всю душу раздирает от нее. Не думала, что буду так страдать. В начале нашей встречи я тщетно убеждала себя, что я не виновата. Но я виновата. Сильно виновата. Эту вину ничто не смоет. Эта вина не только перед ним.

— Отпусти…

— Успокойся.

— Я успокоюсь, когда ты отпустишь, — скулю ему в грудную клетку. — Правда, отпусти… Пожалуйста…

И он делает это.

— Поверь… — произношу сдавленно. — Я не хочу этого. Не хочу ворошить прошлое, и точно не хочу быть рядом с тобой. Я забыть хочу.

Вот говорю это, а у самой все сжимается внутри. Это просто слова. На душе другое. Но это верное решение. Ничего не получится. Я, может быть, и действительно расстанусь с мужем, но уж точно не смогу быть снова рядом с ним. Это извечное понимание, что я сделала — будет каждый день передо мной. Нет… Этого я не вынесу.

— Меня забыть хочешь?

— Я уже забыла. Но я не могу обвинять тебя в этой встрече. Это все я… А, — ахнула, услышав стук в дверь.

В комнату вошла Полина. Посмотрела на отца, на меня, а после вымолвила:

— Телевизор шипит почему-то. Не показывает.

— Сейчас посмотрим, что там с телевизором. Иди пока, я сейчас приду, — говорит ей отец.

— Хорошо, — Полина коротко смотрит на меня и уходит.

— Не мучай Полину, — прошу я его. — Ей все это странно видеть…

— Даже не пытайся ею прикрыться, — качает Мирослав головой из стороны в сторону, глядя строго. — Даже если тебе как-то удастся меня провести, то я тебя все равно найду. Твой муж обо всем узнает.

— Не надо… — сглатываю.

— Надо.

Мирослав в самом деле жаждал разрушить все то малое, что у меня осталось. Это читалось в его глазах. Он ни перед чем теперь не остановится.

Как мне его остановить?.. Как?! Что такого сказать, чтобы его отрубило?.. Самое что ни на есть ужасное я уже сказала. Что еще я могу?

— Чего ты хочешь добиться, Мирослав? — на что он только сужает глаза. — Чтобы я… осталась? Как… как ты вообще можешь этого хотеть, после того что я сделала?