Чтение онлайн

 Было в ней что-то особенное, манящее, что так и просило протянуть руку и коснуться граней камня, цветом походившего на цвет моих глаз.

 Это была голова волчицы, созданная истинным мастером из белого золота. Волчица сидела в профиль и ее глаз, голубой и яркий, горел, словно звезда чистой воды. Золотая цепочка покоилась у основания головы ювелирной работы, и несмотря на воздушность плетения, создала впечатление надежной и прочной.

– Это ваше, леди Оберон! – проговорил Тайран, с удовлетворением следя за выражением моего лица.

– Она прекрасна, - только и сказала я.

– Достойная работа для достойной леди, - на моей памяти, это был первый комплимент из уст монарха. – Лорд Оберон, вы же не обидите своего короля и позволите ему надеть на шею вашей прекрасной леди это украшение?

 Я обернулась к альфе северной стаи. И удивилась, увидев, что он очень даже против.

– Мой король, - прижав ладонь к груди, заговорил муж, - я еще слишком мало был со своей парой. Мне тяжело видеть, как к ней прикасаются другие мужчины. Вы должны понимать, что это не мой каприз, а всего лишь инстинкт, который пока трудно преодолеть.

Тайран кивнул, хотя мне показалось, что в его глазах в тот момент сверкнуло что-то особенное. Не злость, нет. А просто оправданное ожидание. Будто он заранее знал, что лорд Оберон откажет.

– Не злюсь. Так как понимаю. Ну, или почти понимаю. К сожалению, у меня еще не было счастья держать в своих объятиях свою истинную пару, - последние слова прозвучали с оттенком грусти. – Ну что ж, - он закрыл коробку и подал мне, - поздравляю, леди Оберон, - и почти силой вложил коробку в мои руки.

 Бренн было дернулся, чтобы перехватить дар, но не успел. А я, приняв коробку, вдруг ощутила, как что-то укололо палец и отдернув ладонь, подняла руку к глазам, отметив возникшую в месте укола алую каплю крови. Вот только странное дело. До того, как Бренн взглянул на меня, услышав вскрик, кровь исчезла, а ранки будто и не бывало. Ни боли, ничего.

 Колдун короля поднялся на ноги и проворно вернулся на свое место, а Тайран широко улыбнувшись, взглянул поочередно на нас с Бренном, после чего произнес:

– Желаю вам счастья. Но мне пора. – Развернувшись на каблуках, его величество последовал к выходу, бросив небрежное: - Не провожайте!

 Колдуны последовали за хозяином. Тот, самый страшный, с глазами цвета спелой вишни, уходя обернулся и на миг мне показалось удовлетворение, мелькнувшее в его пугающем взоре.

«Что-то произошло, когда ты взяла эту треклятую коробку?» - мысленно спросил Бренн.

«Мне, наверное, показалось…» - ответила нерешительно.

«Говори, как есть, Элейн!» - настоял он, по-прежнему не отрывая взгляда от короля и его страшной свиты.

«Я уколола палец, но кровь, едва выступив, тут же исчезла и я…» - закончить мысль не успела. Ответом моего альфы было проклятье на голову Тайрана. А затем лорд Оберон снова закрылся от меня и помрачнев, подал руку, чтобы провести к возвышению.

 Едва величество ушел, оборотни, до сих пор преклонявшие колени, поднялись на ноги. Но еще до того, как первый из гостей приблизился со своим подарком, замок едва не содрогнулся от налетевшего ветра. Одно из окон, видимо, плохо закрепленное щеколдой, с шумом распахнулось и в тронный зал ворвался ветер и снег. Слуги не сразу справились с порывом, а когда все же закрыли окно, Бренн тяжело вздохнул и произнес:

– Король нас оставил.

 И не скажу, чтобы хоть кто-то из гостей замка, услышав эти слова, опечалился.

«Подарок короля без меня надевать не смей!» - прорвался голос альфы в мое сознание. Но напуганная серьезностью его тона, лишь молча кивнула в ответ. А после, пока альфа не видел, подняла руку и еще раз взглянула на пострадавший палец. Но на мягкой подушечке не было ничего, что указывало бы на укол. Радовало лишь одно – целовать руку его величеству, как учила Северия, не понадобилось. Но еще больше радовал тот факт, что Тайран, наконец-то, уехал, или улетел. Даже не знаю, как выразиться правильнее. Но чувство облегчения, которое испытал просто от этой мысли, было сродни радости. Будто нечто гнетущее исчезло из этого замка.

«Элейн, ты меня слышала?» - настаивал муж.

«Да!» - ответила мысленно, заметив, что на лице Оберона отражается волнение, которое оборотню пока удавалось скрыть весьма плохо.

 Но у нас еще были гости. Те, кто спешил, сразу после короля, подарить свои дары. И мне надо было держать перед ними лицо, вторя альфе.

 Когда вперед вышел один из альф соседнего клана, разодетый, словно яркая птица, глашатай, объявил его имя, ударив своим посохом о мрамор пола. Короля он не представлял. Видимо, Тайран во всем полагался на своих колдунов. Но сейчас пришло время для привычной церемонии. И я надела улыбку, глядя на высокого мужчину в темном праздничном наряде, с длинными волосами цвета пепла, затянутыми в конский хвост.

– Эдвин из Орлиного полета, альфа восточного клана! – прозвучало в тишине.

 Было понятно, что мой муж стоит намного выше этого Эдвина. Так как он, преклонив колено, возложил на ступени нечто, скрытое от взоров бархатом ткани. По размеру и длине как-то сразу сообразила, что именно принес в дар альфа восточного клана. И не ошиблась, когда Эдвин, сказав слова поздравления, в которых желал нам с Бренном процветания и долголетия, откинул край ткани, явив красивый меч, лезвие которого украшала тонкая вязь из замысловатых переплетений рун.

– Я от всего сердца надеюсь, что этот дар пригодится для вашего сына, лорд Оберон, - поднимаясь с колен, добавил альфа.

– Благодарю за дар! От всей души! – Оберон встал и спустился вниз. Своими руками поднял меч, освобождая оружие от кокона ткани. Сталь поймала свет и яркий отблеск полетел в сторону, словно быстрая птица, где и присел светлым пятном на каменной кладке.

 Бренн взмахнул мечом и довольно кивнул, явно довольный качеством подарка.

 Я же опустила невольный взгляд на коробку, продолжавшую лежать на коленях. И вдруг ощутила острое желание смахнуть ее на пол, словно ядовитую змею, подобравшуюся слишком близко к жертве. Только умом понимала – слишком поздно. Змея уже выпустила яд и теперь безвредна.

 Прислушалась к собственным ощущениям, рассеяно улыбаясь следующему дарителю. Взволнованная лишь тем, что происходит со мной. Но ничего настораживающего не ощутила. Нигде не болело, и дурнота не спешила принять меня в свои объятия.

 Бренн привлек мое внимание, подозвав к себе. Вскинув голову, увидела очередной дар и немного испугалась торопливости событий.

 Колыбель. Это была самая прекрасная колыбель из тех, какие я только видела в своей жизни.

 Из темного дерева, украшенная серебром, защищающим от сглаза, порчи и болезней. Определенно, магическая вещица.