Чтение онлайн

— Именно поэтому я и основала этот дом. Чтобы дать девушкам, у которых сложности в жизни, безопасное место для родов и возможность начать лучшую жизнь.

— Сначала уборка и учеба, потом сон, и только потом игры, — подхватила Люси, и Эбигейл рассмеялась.

— Правильно, детка, — она улыбнулась дочке и посмотрела на Рибека. — Я обнаружила, что распорядок дня помогает девочкам. А ещё мы вместе готовим ужин.

— Ты бы хотела заняться этим сегодня вечером? — Он только надеялся, что терпимость Правита к Люси распространится и на остальных женщин.

— Возможно. У всех полно забот с младенцами, но было бы неплохо помочь Правиту. Если он не против, конечно.

— Мне нравится Правит, — сказала Люся. — Я хочу ему помочь!

— Если ты ему помогаешь, это не значит, что ты получишь пирожные, — предупредила Эбигейл.

— Совсем никаких? — поникла Люси.

— Ты можешь взять только одно, и то только если будешь хорошо себя вести.

— Хорошо, — вздохнула она и улыбнулась. — Еще мне нравятся его истории.

Тиана допила свою бутылочку и задремала у него на руках. Он взял ее вертикально, чтобы девочка срыгнула воздух, как показала ему Эбигейл, прежде чем спросить:

— У тебя есть ткань для слинга?

— Ты собираешься взять ее снова?

— Да. Как ты и предполагала, я хочу, чтобы девочка привыкла ко мне.

— Ты прав. Но, может быть, я смогу пообщаться с ней после обеда? — Эбби прикусила губу. — У меня не так много времени на общение с ней.

— Да, мой цветочек. Я думаю, мы оба нужны ей. — Рибек только молился, чтобы Тиана продолжала радоваться жизни, когда Эбигейл их покинет.

Эбигейл снова расправила ткань, уютно укутав Тиану у него на груди. Собираясь уходить, он замешкался, затем притянул Эбигейл к себе и поцеловал ее как можно глубже, учитывая бдительный взгляд Люси. Рибек пробежался по ней глазами, довольный результатом. Щеки Эбигейл были розовыми, и он мог видеть твердые вершинки ее сосков.

Люси захихикала и затанцевала вокруг них.

— Ты снова поцеловал маму!

— Да, поцеловал, — согласился он. — И, наверное, сделаю это снова.

— Поцелуй и меня, папа, — потребовала она, подняв ручки.

Рибек застыл на месте, радость и печаль боролись в его сердце. Эбигейл снова прикусила губу, прекрасный розовый цвет полностью исчез с ее лица.

Рибек опустился на колени так, чтобы оказаться на уровне Люси, и обвил ее хвостом.

— Малышка, почему ты меня так назвала?

— Ты папа Тианы. Я слышала, как ты говорил. — Ее глаза распахнулись и наполнились тревогой. — А мы с Тианой сестры, так что ты и мой папа тоже.

— Но Леонардо — это твое особое имя для меня. Я буду скучать, если ты перестанешь меня так называть. — Его слова были правдивы, но Рибек не понимал, пока не услышал, как Люси назвала его, как много для него значит, что она считает его своим отцом.

Ее нижняя губа дрогнула, и Рибек бросил беспомощный взгляд на Эбигейл.

Та вернула себе самообладание и встала на колени рядом с ними, и обняла Люси.

— Почему бы нам не поговорить об этом позже? Рибеку пора на работу, детка.

— Я хочу пойти с ним, — надулась Люси.

— Почему бы тебе не пойти со мной после обеда в середине смены? — предложил он. — Как вчера.

— Мы можем еще раз посмотреть розовое шоу?

— Да, малышка.

— Хорошо. — Люси с силой вздохнула, прежде чем ее веселая улыбка наконец осветила лицо.

Рибек обнял ее, почувствовав облегчение, когда ее ручки обхватили его шею и она небрежно поцеловала его в щеку.

Глава 24

На этот раз не было удивленных взглядов, когда Рибек нес Тиану на мостик, но в течение всего утра его мысли постоянно возвращались к тому, что Люси называла его своим папой. Он провел все эти годы в борьбе за сохранение своего вида, но это никогда не было чем-то личным. Это желание иметь собственную семью совершенно по-новому разрывало его сердце, хотя казалось таким же безнадежным. По крайней мере, у него будет Тиана. И все же, только когда он присоединился к Эбигейл и Люси в середине смены, почувствовал себя по-настоящему цельным.

После еды Рибек снова повел Люси на мостик. Она настояла на том, чтобы сидеть у него на плече и смотреть «розовое шоу», засыпая его вопросами. Он изо всех сил старался объяснить межзвездные путешествия на уровне, понятном четырехлетнему ребенку. Рибеку это не удалось, и снова на помощь пришел Инзен. У этого воина был природный дар общения с детьми, и Рибек вспомнил, что у него самого была дочь.

После того как вернул Люси в их каюту, чтобы она вздремнула, и провел несколько восхитительных минут, целуя Эбигейл, капитан вернулся на мостик и отозвал Инзена в сторону.

— Я хотел спросить… — медленно начал он.

— Да, капитан?

— Если бы ты знал, чем все закончится, все равно желал бы ребенка?

— Да, — ответил он без колебаний. — Даже если бы у меня был всего один день с Зентией, это все равно стоило бы того. Она и моя пара были для меня всем.

— И ты потерял их обеих.

— Да. Это боль, которая никогда не проходит, Рибек, но я бы никогда не отказался от времени, проведенного с ними.

— Ты никогда не думал стереть память?

— Нет. — Он бросил на Рибека проницательный взгляд. — Каждый справляется с горем по-разному, но я подозреваю, что и ты никогда не примешь такого решения.

Рибек кивнул и перевел разговор на их оставшийся полет. В глубине души он уже знал, что Инзен прав. Когда уже подумывал об использовании стирателя памяти, его переполняло чувство неудачи и отчаяния. Эбигейл и Люси не вызывали у него отчаяния, только счастье, которое он никогда не захочет забыть, какую бы боль ни причиняли ему воспоминания.

Он понял, что не хочет оставаться вдали от своей семьи в то короткое время, которое у него осталось, и придумал предлог, чтобы присоединиться к ним, пока они готовят вечернюю трапезу. Правит ворчал и хмурился, но ему явно нравилось присутствие женщин на кухне. Люси возбужденно прыгала вокруг, украдкой уплетая не одно пирожное, но у него не хватило духу ее отругать. Даже если бы Эбигейл не была его парой, он бы впечатлился тем, как она работала со своими женщинами, направляя их работу с твердым терпением и легким юмором.