Чтение онлайн

— Дорогая, ты преувеличиваешь, я просто проверял крепость наших уз. А, что налево, так это случайность. Ты же справа от меня была, не мог же я толкаться. Ну, а если серьёзно, один момент обнадёживает. То, что ты сумела удерживать меня всю ночь. Если бы это было во сне — я бы улетел беспрепятственно. Значит, будем тренироваться, жена.

— Каждый вечер, милый, — ласково припечатала Айша.

— Уговорила. А сейчас бегом на тренировку, уже опаздываем.

— Сначала завтракать, дорогой, — упускать инициативу жена не хотела.

— Завтракать, значит, завтракать, — согласился Никита, — Я тебя всегда слушаюсь. Когда ты права, любимая…

После утренней тренировки Никита решил узнать, чем закончился первый бой Саида-душмана. Предупредил Айшу, что может задержаться, поудобнее устроился и вышел в астрал. Быстро нашёл нужное место и время.

Разведчиков ждали целые сутки. За это время Саид выяснил у своего второго номера, молодого степняка по имени Бури, цели этого похода. Их отряд поджидал караван с оружием. Караван вели кафиры. На северо-востоке Афганистана и частично в Пакистане в очень труднодоступных ущельях и долинах Гиндукуша живут кафиры или неверные. Учёные считают, что это потомки древних ариев или арийцев, которые жили здесь более двух тысяч лет до новой эры и даже до прихода на территорию полуострова Индостан собственно индусов. Эти кафиры исповедуют многобожие или поклоняются огню. Они никому не подчиняются, хотя территории, на которых они живут считаются афганскими или пакистанскими. Живут кафиры в долинах, доступ в которые возможен только весной и летом всего несколько месяцев в году. Высота горных хребтов Гиндукуша здесь достигает до шести тысяч метров и перевалы осенью и зимой непроходимы. Да и летом доступ в эти долины и ущелья возможен только по узким труднопроходимым тропам, хлипким мосточкам над пропастью или по руслу бурной горной речки во время минимального уровня воды, после окончания весеннего таяния снегов в горах. Ходят слухи, что их долины сказочно богаты, там даже в январе температура воздуха более десяти градусов, а климат в этих долинах субтропический, там растут и сосны, и кедры, и апельсиновые деревья, пшеница и дыни. Иногда по весне караваны кафиров тянутся в Пакистан за оружием, боеприпасами, инструментом и другими товарами. Прямого пути в Пакистан из близлежащих долин нет и кафиры вынуждены идти в обход по территории Афганистана до перевалов в Пакистан и обратно. Такой караван с оружием и должен был захватить отряд Саида. Горные племена кафиров немногочисленны и разрознены и можно не опасаться ответного набега, мести не будет. Но, охрана караванов обычно очень сильна и взять их довольно трудно, без потерь не обойтись. Тут главное — найти хорошее место для засады. С ранней весны по предгорьям кочуют мелкие группы разведчиков и засекают ущелья из которых вышел караван кафиров в Пакистан. Если караван не очень большой и вероятность успешного захвата велика, то собирается отряд и устраивает засаду, нападая на возвращающийся из Пакистана караван. Иногда нападали не на весь караван, а на отделившуюся от него группу, уходящую в своё родное ущелье. Караван, на который предстояло нападать не был сборным. Он вышел месяц назад из неприметного ущелья, из которого раньше караваны не выходили. Видимо, кафиры открыли ещё один путь из своей долины на плоскогорье и надеялись проскочить незаметно. В караване насчитали пятьдесят мулов и тридцать человек охраны. На каждом муле нагружено по два тюка с грузом. Движутся тяжело, часто делают остановки. Охрана с автоматами, один ручной пулемёт. Прискакавшие сегодня разведчики сообщили, что караван спустился с перевала и остановился на отдых. До ущелья им идти три дня. Вторая группа разведчиков обследовала ущелье, из которого вышел по весне караван и пока не нашла там никакого пути в горы. Ещё две группы разведчиков искали удобные места для засады. До боя оставалось ещё два дня. На другой день вернулись обследовавшие ущелье разведчики. Они обнаружили в середине ущелья недалеко от тропы вход в лабиринт из десятка соединявшихся между собой крупных пещер с признаками недавнего пребывания в них людей и животных: старое кострище, помёт животных, следы копыт мулов. Видимо, это было место ночёвки кафиров. Тропа же продолжалась по ущелью выше и выше, видимо шла к перевалу в долину кафиров. Обрывалась тропа небольшой площадкой у глубокой пропасти далеко в глубине ущелья. До противоположного склона с признаками продолжающейся тропы было метра три-четыре. Вероятно, кафиры навешивали здесь подвесной мост только на время прохода каравана, затем опять разбирали его. Возможно, на той стороне пропасти кафиров ждали наблюдатели, поэтому разведчики близко к месту перехода не совались, ограничились наблюдением в бинокль. Не обнаружив, впрочем, никого в течение нескольких часов, разведчики вернулись в отряд.

Засаду курбаши устроил прямо перед входом в ущелье. Здесь было довольно обширное более-менее ровное место, а на склонах перед входом в ущелье можно было спрятать первую группу из тридцати стрелков. Каждому стрелку доставалось по одному противнику. За крупными камнями и обломками скал чуть дальше от входа в ущелье располагалась вторая группа из пятнадцати стрелков. Таким образом, место простреливалось с двух направлений, почти перпендикулярных друг другу; и уцелевшие после первого залпа, успевшие спрятаться за камнями и тушами мулов, кафиры неизбежно попадали под фланговый огонь второй группы стрелков. Опасаться удара соплеменников кафиров со стороны ущелья не стоило, так как навести мост через пропасть быстро было невозможно, к тому времени, когда к кафирам подойдёт подмога, здесь всё уже будет кончено. Саид выбрал себе позицию повыше на скалах на противоположной стороне входа в ущелье; отсюда просматривались и подходящий караван, и непосредственно тропа в самом ущелье. Второй номер Бури расположился в скалах чуть ниже позиции Саида и чуть правее, ближе к ущелью. Саид приказал ему только наблюдать за полем боя и охранять позицию снайпера, посматривая по сторонам, в том числе и в ущелье. Огонь открывать только при угрозе нападения на снайпера и на самого Бури. Исполнительность Бури спасла их.

Неверные пустили метрах в пятистах впереди каравана передовой дозор из двух человек на мулах. Их пропустили. Дозорные доехали до входа в ущелье, осмотрелись вокруг, не заметили ничего подозрительного, сделали отмашку своим и не торопясь двинули в ущелье. Когда основная группа каравана втянулась в зону поражения, дозорные ушли уже довольно далеко в глубину ущелья. Первый залп снёс половину охранников каравана. Остальная половина залегла и начала отстреливаться. Кафиры были смелые воины. Они отстреливались до последнего. Несмотря на перекрёстный огонь, несколько горцев сумели укрыться за тушами погибших мулов и телами своих убитых товарищей и били, били очередями по вспышкам выстрелов на скалах. Если бы не точные выстрелы Саида, бой мог затянуться надолго. Последнего кафира удалось добить только подобравшись на расстояние броска и закидав гранатами. Нападавшие спустились со скал и, повинуясь командам курбаши, начали ловить разбежавшихся уцелевших мулов, собирать трофеи, оказывать помощь своим раненым и переносить убитых. Уже ушли в небо две зелёные ракеты — сигнал коноводам подавать лошадей, а Саид сидел в своём укрытии, сделав знак поглядывавшему на него второму номеру оставаться на месте. Вдали уже показался их табун лошадей когда рядом застучал автомат Бури. Саид оглянулся: удравший в ущелье дозор всё-таки успел привести подмогу. По ущелью молча неслась толпа вооружённых горцев. Бури открыл огонь рано, его очередь не нанесла врагам никакого урона, они даже не замедлили свой бег. Саид развернулся в сторону противника и начал методично, как в тире отстреливать бегущих на него воинов. Он успел положить человек десять-двенадцать прежде чем кафиры залегли и, обстреливая их позицию, начали короткими перебежками приближаться к выходу из ущелья. Внизу вскрикнул Бури. Меняя обойму, Саид мельком глянул в его сторону; Бури скрючился в своём укрытии, сжимая раненое плечо. По враз побелевшему лицу парня Саид понял, что зацепило его крепко. "Уходи! — крикнул напарнику Саид, — Уходи, я за тобой!" и посмотрел назад. Внизу степняки уже в бешеном темпе перекидывали тюки с оружием на подоспевших лошадей, плетями гнали в степь уцелевших мулов с поклажей, помогали влезть в седло раненым, перекидывали через крупы лошадей своих убитых и скакали прочь. Саид открыл беглый огонь, чтобы прикрыть отход своего второго номера. Прячась за камнями, Бури начал спускаться вниз. Саид отстреливался ещё около четверти часа, потом наступило затишье. Оглянувшись, снайпер увидел; последний кочевник, привязав к туше убитого мула лошадь для Саида, перекинул через круп своей лошади потерявшего сознание Бури. Затем, нахлёстывая плёткой лошадь, побежал рядом с ней прочь, держась за стремя и поддерживая раненого. Нужно было продержаться ещё минут пять-десять, чтобы кочевники успели уйти за дистанцию выстрела. В этот момент над позицией Саида прогремел взрыв гранаты, выпущенной из РПГ. Каменный козырёк над головой снайпера закрыл его от осколков, но оглушило крепко. Положение осложнилось: к нападавшим подтянулся гранатомётчик. Кафиры открыли ураганный огонь, не давая Саиду высунуться. Надо было срочно менять позицию. Саид быстро набил карманы патронами, взял в правую руку винтовку и, швырнув свой мешок вниз, бросился по выступам скалы вверх и влево. За те несколько секунд, на которые падающий вниз мешок отвлёк внимание нападавших, Саид успел пробежать половину дистанции; а за секунды, которые понадобились стрелкам, чтобы восстановить прицел, снайпер успел добежать до нового укрытия. Там метрах в пяти от старой позиции за большим обломком скалы начинался небольшой не видимый снизу карниз, по которому можно было проползти в тыл неверным. Саид едва успел упасть за камни, как на его прежней позиции грохнул взрыв второй гранаты. Гранатомётчик угадал с прицелом. Саид прополз по карнизу несколько метров, нашёл узкую щель между камнями и, просунув в эту щель ствол винтовки, осмотрел позиции противника. Нашёл взглядом гранатомётчика — тот заряжал в РПГ следующую гранату. Дождавшись когда гранатомётчик привстанет из-за камня для прицеливания, Саид выстрелил первым. Заваливаясь назад, гранатомётчик непроизвольно нажал на спуск и граната ушла в небо, а реактивная струя от выстрела сбила с ног стоявшего за соседним камнем соплеменника. Саид добил того следующим выстрелом. Валявшийся на камнях РПГ, был прекрасно виден в оптический прицел; Саид разбил гранатомёт с одного выстрела, чтобы никому не захотелось использовать его опять. Достреляв обойму, снайпер пополз по карнизу дальше. Этот карниз Саид присмотрел ещё при выборе своей основной позиции. Инструктор, обучавший Саида снайперскому делу, всегда говорил, что главное при выборе позиции снайпера — это не удобные сектора стрельбы и не скрытность, и не терпение. Главное — это удобные и безопасные пути отхода. Это во-первых. А во-вторых: отходить — ещё не значит двигаться назад. Отходить надо туда, где тебя не ждут. Сейчас у Саида сейчас была одна задача — продержаться до темноты. А ночью он легко уйдёт от погони. В темноте Саид видел как кошка. А уж по скрытности продвижения на занятой врагом территории ему не было равных во всём управлении. Поэтому Саид полз по узкому карнизу в глубину ущелья, собираясь зайти кафирам в тыл и там поискать себе укрытие до ночи. Тем более, что неверным есть чем заниматься и кроме Саида. Кочевники ускакали, но оставили на поле боя трупы врагов. Значит, горцы должны будут сейчас заниматься перевозкой своих убитых соплеменников и не смогут бросить на преследование Саида большие силы, максимум десяток воинов. А на таком узком карнизе Саид сможет остановить и сотню врагов. Вот так за рассуждениями Саид потихоньку прополз за поворот, где преследователи уже не могли его видеть. Он встал и, пригнувшись, побежал по карнизу, стараясь оторваться от погони. Карниз постепенно пошёл вниз и привёл Саида в нагромождение крупных скальных обломков и камней помельче. В качестве временной защиты от обстрела это могло и сойти, но, ненадолго. Саид начал спускаться по камням вниз. Через пару минут он уже стоял на тропе, идущей по ущелью. Саид быстро пошёл вперёд, оглядываясь по сторонам, подыскивая себе укрытие понадёжнее. Пройдя ещё метров пятьдесят, Саид обнаружил ответвление второй тропы направо и вверх, которое заканчивалось небольшой площадкой перед невысоким гротом; в глубине его виднелся вход в пещеру. В этот момент метрах в ста впереди из-за поворота показалась группа кафиров на мулах, идущих навстречу Саиду. Они увидели незнакомца и остановились. Этих нескольких мгновений оторопелости горцев Саиду хватило для того, чтобы преодолеть расстояние до грота. Пули, посланные вдогонку беглецу, запоздало ударили в стену. Саид лёг на каменный пол грота и пополз наружу. Камни, окружающие площадку перед гротом, давали неплохую защиту; и, устроившись между двумя валунами, Саид смог сделать несколько прицельных выстрелов, зацепив двоих нападавших. Кафиры залегли. Саид осмотрелся: ситуация неприятная. Сама позиция была неплохая: Саид находился в укрытии выше врагов, обзор был хороший. Удерживать эту позицию можно было долго, если бы не подошли воины противника с равнины. А они скоро подойдут, выстрелы наверняка слышали. Тогда его возьмут с двух сторон. На скалы здесь на забраться, стены ущелья отвесные. Получалось так, что отступать можно только внутрь пещеры. Это, видимо, и есть та пещера, о которой говорили разведчики степняков. И, с их слов, получалось, что пещера эта тупиковая, выход из неё только один — этот. Сейчас подойдёт подмога, зажмут с двух сторон, загонят в пещеру и закидают гранатами. До темноты не продержаться. Он сменил позицию между камнями так, чтобы они закрывали его от обстрела с обеих концов тропы и стал ждать. Больше всё равно сделать ничего было нельзя. Кафиры открыли огонь из всех стволов и попытались приблизиться короткими перебежками. Саид завалил двоих и атака захлебнулась. Но, вскоре подоспела группа воинов от входа в ущелье и Саид оказался меж двух огней. Он даже получил касательное ранение спины. Пришлось отползать в пещеру. Вход в пещеру представлял из себя коридор в скале длиной метров пять-шесть и шириной около метра. Среднего роста человек мог пройти в нём не пригибаясь. Сама пещера состояла из нескольких гротов разного размера, соединённых между собой как соты в улье. Саид отполз в самый дальний небольшого размера грот, оставляя вход в пещеру в прямой видимости; расстояние до выхода получалось метров пятьдесят. Из камней, что окружали кострище, он сделал в проёме входа в грот невысокий бруствер, залёг за ним, изготовился к стрельбе. Первого же горца, мелькнувшего в проёме входа в пещеру, Саид снял с одного выстрела. Снаружи взвыли и бросили в пещеру гранату. Бросали не глядя, из-за угла, поэтому граната пролетела недалеко и взорвалась метрах в десяти от входа. Никаких повреждений Саид не получил, но в замкнутом пространстве пещеры взрыв ударил по ушам довольно чувствительно. Саид вырвал из своего халата два клочка ваты и заткнул ими уши. Снаружи что-то кричали. Саид не отвечал. Спустя пару минут в пещеру с двух сторон бросились двое кафиров. Саид завалил их с двух выстрелов. Они так и остались лежать в проёме входа. Их зацепили арканами за ноги и вытащили, затем в пещеру полетели одна за одной несколько гранат. Саид откатился за простенок и зажал уши руками. Бабахнуло четыре раза. Полуоглушённый Саид подполз к винтовке и посмотрел в сторону входа: в пещеру уже бросились несколько горцев. Саид открыл беглый огонь. Нападавшие мешали друг другу в узком проёме входа, и Саид успел застрелить всех. Наступило короткое затишье. Меняя обойму, Саид сосчитал остаток патронов: оставалось всего тридцать две штуки. Он открыл флягу, выпил несколько глотков воды. Оставалось меньше половины фляжки. Еды не было. Голово уже хорошо кружилась, в ней размеренно бухали удары молотов. Саид медленно обвёл взглядом стены пещеры: " Вот здесь, значит… Что ж, не такую уж плохую жизнь я прожил. И умру как воин. Жаль, не удалось…" За рассуждениями Саид немного расслабился, но краем глаза увидел влетающую в пещеру связку гранат и откатился с винтовкой за угол в самый последний момент. Невысокий потолок входа в пещеру не позволил кафиру бросить тяжёлую связку гранат далеко, но грохнуло так, что Саид на несколько мгновений потерял сознание. Но, и нападавшие, наверное, побоявшись обвала, не бросились в пещеру сразу. Видимо, что-то Саид делал в оглушённом состоянии, потому что кое-как придя в сознание, он обнаружил себя лежащим за остатками бруствера и ведущим огонь по тёмным фигурам на фоне освещённого снаружи входа в пещеру. Когда всякое шевеление у входа прекратилось, Саид лёг набок и положил голову на камень так, чтобы можно было наблюдать за входом. Лёжа держать голову поднятой было очень тяжело. Отдохнув немного, он отполз к противоположной от входа стене грота и с трудом сел, привалившись спиной и головой к стене. Скала приятно холодила затылок. Перезарядив винтовку, Саид поудобнее устроил её на полусогнутых коленях, направив дуло в сторону входа, чтобы можно было быстро открыть огонь. В глазах всё плыло, но, усилием воли Саид старался держать вход в пещеру в поле зрения. Он даже не шелохнулся, когда в пещеру влетел очередной тёмный предмет. Это оказалась зажжённая шерстяная тряпка с камнем внутри. Его решили выкурить. Но, вонючий дым уходил вверх в щель над кострищем, тяга здесь была хорошая. До Саида дым практически не доходил, а по полу тянуло свежим воздухом от входа. Состояние Саида ухудшалось, видимо, контузило его крепко. Периодически он плыл, это было как состояние нокдауна, когда человек, вроде бы, ещё что-то соображает, но тело отказывается его слушать. В какой-то момент Саид почувствовал себя как бы раздвоившимся; он стоял в гроте над вторым своим телом, сидевшим привалившись к стене грота, выставив винтовку в направлении входа в пещеру и смотрящим туда бессмысленными глазами. Странно, но, в тёмной пещере Саид теперь прекрасно всё видел. Более того, он видел что делается за стенами его грота. Он перевёл взгляд на стену, о которую опиралось сидевшее на полу его второе тело и увидел, что это вовсе не стена, а толстенная каменная дверь, запертая с противоположной стороны на мощный металлический засов. Непонятно как в следующее мгновение Саид увидел себя с другой стороны двери отпирающим этот засов. Изнутри дверь была металлическая. Засов свободно двигался в пазах. Дверь легко открылась, сидевшее на полу и опирающееся на неё второе тело Саида упало внутрь и покатилось под имеющийся в этом помещении уклон. Каменная дверь мягко закрылась, клацнув запором. Саид нагнулся, чтобы положить упавшее тело поудобнее. Как только он прикоснулся к телу, оно мгновенно втянуло Саида в себя.

Только через час горцы, закидав пещеру ещё раз гранатами, осмелились на новый штурм. Ворвавшись в пещеру и обшарив все её уголки, они не нашли никого. И лишь рассыпанные в дальнем гроте гильзы от винтовки подтверждали, что снайпер здесь всё-таки был.

Никита открыл глаза и глубоко вздохнул. Долгонько он сегодня… Верная супруга сидела на стуле рядом и что-то читала. Заметив, что муж вернулся, она встала и пошла наливать кофе.

— Что-нибудь интересное? Ты сегодня так долго, Никитушка…

— Долго…Зато, много нового. Кажется, сегодня я узнаю где он. Передохну и вечером опять пойду.

— А, может, отдохнёшь до завтра? Два с лишним года ищут. Один день ничего не решает?

— Сильвестр торопит. Что-то очень важное связано с этим парнем. Как думаешь: сначала в купальню или обедать?

— Ванны, массаж, а потом обедать.

— Как скажешь. Ванны, так ванны…

Обедали вдвоём. Никита уже допивал кофе, когда появился Сильвестр.

— Как дела? Что-нибудь нового узнал?

— Узнал. Слушай, Сидьвестр, у вас там в Гиндукуше Монастыря нет?

— А в чём дело? — Сильвестр явно забеспокоился.

— Да наш клиент попал в какой-то пещерный лабиринт. И шлюз там вроде нашего. Несколько пещер, и в одной из них каменная дверь с экраном из металла сзади, точь в точь как в Пантеоне за Золотым Буддой. Металл, правда, на той двери, похоже, обычная нержавейка. А за этой дверью круглая пещера и в дальней стене ещё одна дверь. И, главное, на обеих дверях этой пещеры засовы находятся внутри этой же самой пещеры. Таким образом, если человек не Хранитель, то он никак не может попасть в это помещение. Снаружи этого помещения на дверях никаких признаков затворов нет. Да и не догадаешься, что здесь двери, если не знаешь, каменная стена и всё.

— А за второй дверью что? — Сильвестр разволновался ещё сильнее.

— Там тоннель куда-то. Я не ходил пока. Вечером собираюсь.

— Подожди. Расскажи подробнее всё, что видел.

Никита подробно рассказал все события того дня вплоть до момента, когда Саид попал в каменный шлюз. Хранитель надолго задумался. Затем сказал:

— Один не ходи. Вместе пойдём. Сегодня в пять вечера встречаемся в спортзале. До пяти отдыхай. Потом я тебе всё расскажу, — Сильвестр поднялся и быстро ушёл.

— Что-то случилось. Я никогда не видела Хранителя таким встревоженным, — сказала Айша.

— Ты уверена?

— Да. За всю свою жизнь я ни разу не видела, чтобы он так волновался. Даже тогда в Китае.

— В каком Китае?

— Он тебе не рассказывал? Он подобрал нас с Фатимой маленькими в Китае во времена культурной революции. Самое раннее, что я помню в этой жизни — это мои родители, прячущие меня в куче грязного белья в комнате прислуги. В это время в наш дом ломились хунвэйбины. Потом они ворвались в дом и куда-то увели моих родителей. Больше я их не видела. Мне было тогда годика четыре. Я даже не помню их лиц. Я только помню, что мы всегда разговаривали по русски. Ночью пришла моя старая нянька и увела меня из дома. Мы с ней долго шли куда-то по каменистой пустынной дороге. Где-то на этой дороге мы нашли Фатиму. Нянька вела нас по этой дороге много дней. Я не помню, где она брала пищу и воду, помню только, что всю дорогу хотела есть и пить. Наверное, она всё отдавала нам. Потом она умерла. Мы с Фатимой сидели на обочине дороги около её тела и плакали. Мимо ехал Хранитель на белой лошади. С ним была большая белая собака. Она подошла ко мне и облизала моё лицо. Я перестала плакать. Хранитель взял меня и Фатиму и посадил на лошадь впереди себя. Мы ехали долго. В одном из городков, через который мы проезжали, нас окружила страшная толпа кричащих хунвэйбинов с палками в руках. Они хотели отобрать у нас лошадь. Даже тогда Хранитель не волновался так, как сегодня. Мне тогда показалось, что та толпа растерзает нас. Но Хранитель прорвался на лошади прямо сквозь толпу. Потом он отвёз нас в Монастырский приют в Индии. Там я прожила до этой весны.

— Ты говорила о белой собаке… Я видел здесь белую собаку в первый день.

— Тогда в Китае она в тот же день куда-то ушла, и больше я её не видела. Второй раз я увидела её здесь в тот день, когда ты пришёл. Она опять ушла куда-то в тот же день.

— А чья это собака?

— Не знаю. Наверное, Хранителя.

— Ладно. Сильвестр велел отдыхать. Пойдём домой.

В пять часов они встретились с Хранителем в спортзале. Инструктаж перед выходом в астрал Сильвестр провёл необычный:

— Наша задача: только облететь место предполагаемого нахождения фигуранта, ни в коем случае не приближаясь к любым физическим объектам ближе двадцати метров. К любым: скалам, помещениям, деревьям и так далее. Летим молча. Держимся вместе, ты не удаляешься от меня больше, чем на расстояние вытянутой руки. Все изменения курса — только по моей команде, всё понял?

— Понял. Только я не понимаю…

— Все объяснения потом. Мне нужно сначала всё проверить. Полетели.

Они взялись за руки и полетели. Добрались быстро. Облетели ущелье, не заметили никого. Снизились и ещё раз осмотрели площадку перед пещерой. Признаков присутствия людей не было. Во времени Хранитель прыгать запретил. Осторожно вошли в пещеру. Никита показал грот, где Саид отстреливался от кафиров. Включили внутреннее зрение. Хранитель приказал отсюда осмотреть шлюз и тоннель за ним. Никита посмотрел: ни в шлюзе, ни в тоннеле никого не было. Прошли в шлюз. Хранитель внимательно всё осмотрел, заглянул в тоннель за второй дверью и приказал отходить. Вышли на воздух, поднялись над окружающими скалами и остановились.