Чтение онлайн

Машка смотрит на меня с удивлением, она-то думала, что я буду реветь. Но мои вещи, собранные и стоящие посреди комнаты, просто вывели меня из себя. Нельзя загонять в угол раненое животное – Олег об этом запамятовал. От боли страх теряется, и даже самый трусливый зверек атакует.

– Забыл о том, что за эту квартиру я тоже платила. И ты не имеешь никакого права прогонять меня отсюда. А также собирать мои вещи. Нас пока еще не развели. И имущественные вопросы мы с тобой даже не начали решать. И если ты думаешь, что я откажусь хотя бы от метра принадлежащей мне квартиры, чтобы тебе было комфортнее трахать свою любовницу…

– Лика, дорогая моя. У нас с тобой нет никаких имущественных вопросов. Откуда ты вообще взяла этот бред? Это моя квартира. Я купил ее на деньги, которые дала мне мама, оформил все честь по чести. При этом оформил на маму. Можешь заглянуть в документы. Поэтому ты к данной квартире не имеешь никакого отношения. Мало того, эта покупка никогда не была ипотечной. Я сразу выплатил всю сумму. И документы в полном порядке. Тебе, наверно, что-то померещилось. Может, надо сходить к доктору? – в его голосе торжество.

Я слышу, как позади меня охает Машка:

– Вот же ты гнида!

До меня же слова доходят с некоторым опозданием. Я все кручу и кручу их в голове и не могу понять смысл: как, почему и когда? Деньги, которые стали первым взносом на квартиру, дала я!

Ведь это я, а не его мать, продала свою однушку!

Ведь это я каждый месяц отдавала ему часть зарплаты на платеж по ипотеке – чтобы закрыть ее быстрее! Так значит, все – обман! До меня резко доходит схема – простая и наглая. Он забрал деньги и оформил все на мать. Давно продумал, как отнять у меня собственность. И еще каждый месяц забирал ипотечный платеж, который я перечисляла ему на карту.

Он не только изменил мне. Он меня обокрал! И досада в его глазах – это не стыд, это сожаление, что его планы и дальше доить меня рухнули!

– А ты, оказывается, еще и мошенник! – говорю я и наклоняю голову, чтобы как следует рассмотреть Олега.

Теперь я смотрю на него так, словно вижу в первый раз. Хотя это и есть первый раз: мой муж предстает передо мной без обычной маски любви и любезности. Значит, вот зачем это все было нужно!

Как только Олег понял, что может свободно расстаться со мной, оставив при себе большую трешку в хорошем районе, он сразу же без страха притащил домой любовницу.

Интересно, а Вера в курсе его махинаций? Или так же сидит на крючке комплиментов и восхищения, как когда-то я сидела? Впрочем, мне плевать на Веру и ее чувства. Сейчас меня волнует только мое имущество. Которое у меня хотят отнять.

У меня и моего ребенка. А вот за то, чтобы моя дочка или сын не скитались по съемным квартирам, я буду драться. За себя бы – не смогла, но тут у меня есть за кого.

Поэтому я говорю:

– Не уверена, что ты собрал все мои вещи и ничего не прикарманил. Это первое. Второе: в эту квартиру я вложила свои деньги. И я буду за нее судиться. О чем ставлю тебя в известность при свидетеле. У меня не так много наглости, чтобы утверждать, что я купила эту квартиру в одиночку. Но я буду не я, если не возьму от этого свое. Моя однушка, которую я продала и отдала тебе деньги… Сделка проходила официально. Ты это знаешь. Я докажу…

– Лика, ты про те деньги? Так ты забыла. Мы их истратили на быт. Ну еду. Куртку вон тебе купили. Мы же все это время жили как супружеская пара. Или ты будешь взыскивать с меня за купленные в магазине хлеб и масло? – он развел руками, но в голосе проскочила нервозность.

Это хорошо, значит, он не так уверен в себе. И скорее всего в его афере есть слабые места.

– Я разберусь, за что с тебя взыскать. Если надо будет – то и за хлеб. А пока я заберу свои вещи. Если ты попробуешь мне помешать, я вызову полицию.

– Лика, давай без драматичных сцен. Да, мы расходимся, но это не значит, что нельзя остаться приличными людьми. И друзьями.

Издевается, что ли? Он же знает, что все деньги я дала ему, и он со мной обсуждал, что кредит возьмет на себя, а квартира общая – просто потому что мы в браке состоим. А он забрал деньги, перетоптался с кредитами – на мамашу все записал, а кредиты взял на себя. И еще каждый месяц, сволочь, брал от меня деньги на оплату!

Я чувствую, как ногти впиваются в ладони. Нельзя. Нельзя нападать на него. Может, этого он и добивается? Чтобы я сорвалась? Так ему будет проще доказать, что его жена – чокнутая дура, и сказки про ипотеку и совместную квартиру – ее бредни.

Точно.

Меня как в холодную воду окунает.

Олег, один раз обманув, хочет проехаться на этом во второй раз. Нельзя выходить из себя. Нужно думать о ребенке. О моем ребенке.

Олег приторно улыбается и с досадой качает головой. И я понимаю, что угадала – он ждал от меня действий.

Играл на публику.

Мы ведь не одни, тут есть свидетель. И возможно, еще и видеокамера. Это вполне в стиле Олега – он предусмотрительный.

Тут подает голос Маша.

– Ну ты козел! – она припечатывает от души. Так, что обычное слово звучит омерзительно.

– Мария, давайте обойдемся без оскорблений. Не лезьте в личную жизнь вашей подруги. Только потому что у вас нет своей личной жизни.

Но Маша только повторяет:

– Вот же козел, – потом поворачивается ко мне и спрашивает: – Лика, чем тебе помочь? И да, я помню про продажу твоей однушки и буду свидетельствовать в суде. Я видела деньги, мы вместе встречали покупателя. Вызвать полицию?

– Нет. Сейчас это не поможет. Я думаю, Олег не врет. У него документы на маму хорошо оформлены, – отвечаю я. – Свои вещи я соберу сама. Нам нужна машина. Грузовое такси. И поможешь отнести сумки вниз, Маш, хорошо? И еще – держи себя в руках. Я уверена, что Олег тут и камеру установил – чтобы было видео того, как я ему выцарапываю глаза.

– Не стоит он того, – Машка зло прищуривается. – Определяйся, что нести вниз. Я найду машину.

– Дорогая, что же ты совсем сбрасываешь меня с счетов? – говорит Олег, вставая. – Я могу помочь.

Он уже понял, что я проиграла. Что он останется в нашей квартире, в которую я вложила столько сил, в которую я вложила столько денег и любви. А мне придется уйти. И наверняка завтра же он сменит замки. Чтобы бывшая коварная жена не могла пробраться в его новое любовное гнездышко. Сукин сын!

Поэтому я просто открываю чемоданы, но не разбрасываю вещи, а лишь аккуратно перебираю их, проверяю, все ли собрано.

– Украшения и золото в маленькой сумочке, в боковом кармашке, – подсказывает Олег. – Мне чужого не надо.

Еще бы, все украшения покупала я сама, у Олега нет чеков. А если бы были – наверняка бы оставил золото себе.

Пытаюсь уместить в голове, что со мною жили ради денег. Ради проданной однушки. Спали со мной в одной кровати. Занимались любовью. Гуляли. Комплименты делали.