Чтение онлайн

Разве что Йомо известно про болезнь Уты.

Но тот не расскажет. Для него "дружба" - это такая специальная штука, похожая на союз банд. Только банды между собой о чём-то договариваются, а друг оказывает помощь просто так, оттого, что заметил необходимость.

Уте нравилась "дружба" Йомо.

Тот и в додзё пошел не потому что сам хотел, а из-за Уты. Мол, если твой друг - больной инвалид (на всю голову, - соглашался Ута), то ему, конечно, надо помочь, научить защищаться не с помощью кагуне, а человеческими способами. Конечно, ради такого дела пришлось и подраться, и доказать, что чушь все эти боевые искусства.

Только не получилось. Не чушь.

Славные были времена. Но сейчас все закончилось. Они разошлись. Ута остался в своём районе, среди драк, жратвы и веселья. А Йомо осел вдалеке от всего этого.

Одного до сих пор бросает то в жар, то в холод, то в степь, то в дебри. А второй прибился к - что за ругательство?
– к пацифистам из 20-го района. Там он помощник Шефа, вернувшегося в Японию SSS-ки. Даже прежние боссы района (конкуренты, которые все не могли поделить территорию между собой), даже они - кланяются Йомо. Тот говорит, мол, это вежливо.

Но поклон есть поклон.

Там, в 20-м районе, раздолье и спокойствие, тишь и гладь.

Йомо звал за собой и Уту.

А для Уты свобода милее безопасности, нужнее чужого уважения.

Кстати, нос у Уты не мокрый.

А если кто-то нашел сопливого гуля, то он, Ута, в этом не виноват!

***

Полгода назад.

На душе было тоскливо. Хотелось чего-нибудь. чего-нибудь эдакого! А чего - не понятно.

– Гормоны, - втолковывала ему Итори - девчонка, настырная донельзя.

Ута отмахивался.

Ему до нее было дело, только когда хотелось строго одного - кушать.

Итори очень удобно использовать, как наживку. Она маленькая и симпатичная, с крашеными красными волосами. Она умела влезать в кимоно (это, оказывается, сложно) и наполовину вылезать из него таким особым образом, что люди (особенно пухлые и сочные) топают к ней в подворотню сами.

На что надеются?

Выкинув из головы еду, Ута вздохнул и лишь перевернулся на диване на другой бок.

Сегодня он был сыт, свеж и мыт. И даже в этот подвал, облюбованный для ночевок, притащил полудохлый обогреватель. В логове Уты сразу стало тепло и, подумать страшно, уютно!

Только Уте не нравилось.

Хотелось на улицу, в грязь, в слякоть, в холодрыгу. И подраться. Обязательно с кем-нибудь подраться.

Жаль, в его районе не осталось конкурентов. Живущие тут гули кланялись Уте. Они охотились по очереди, собирали все самые лакомые кусочки как дань и приносили к логову парня в удобных полиэтиленовых пакетиках.

Все довольны.

Предпочтения Уты были постоянными и необременительными. Ута обожал глазные яблоки. За вкус и за цвет, а также за упругое, нежное ощущение на зубах.

Только весь десерт закончился вчера. Ута до сих пор икает.

Плюнув на все, парень вскочил с дивана, выключил пинком ноги обогреватель - и был таков.

Если душа просит гулять - то пора гулять!

Куда?

Ну, тут вопрос был решенный. Развлечение себя-любимого всегда можно переложить на плечи проверенного товарища.

Так за чем дело встало?

Проверенный товарищ жил и работал (фу! каждый день! ежедневно! одно и то же!) в соседнем районе. Несколько остановок на метро и пара кварталов пешком.

Но к метро Ута, конечно, не пошел. Ему вообще было сложно в толпе людей. Приятель и Наживка давно пояснили парню (каждый на свой лад), что выглядит Ута нестандартно.

Осеннюю куртку он нашел на несколько размеров больше обычного, как обувь носил армейские берцы, и даже в сумерки половину его лица закрывали солнечные очки.

Надо же как-то скрывать глаза.

Добавить крашенные волосы (заняться было нечем), и получался то ли бунтарь, то ли бомж с претензиями. И точно - хулиган.

Ута знал, как выглядит для обычных людей. И не заморачивался. Ему хоть во что вырядись, за своего не сойти.

Иногда, правда, хотелось бы.

Верные ноги несли Уту сквозь подворотни 4-го района. Здесь, если кто и встречался парню, то быстро освобождал дорогу.

Именно из-за этого сейчас Ута решил сделать крюк в сторону от обычного маршрута. Его угодья были длинными и узкими, заканчиваясь как раз у начала территории Совы - шефа пацифистов. Расстояние сильно не изменится, зато пройдет по чужой земле.

Авось, повезет.

...

Повезло.

Между прочим, далеко не всегда можно идти-идти и напороться на сородича-гуля.

Гули вообще большей частью были ребятами осторожными. Далеко не все имели силы или желание жрать в три горла и претендовать на власть.

Например, в соседнем 14-м районе никто на главенство не посягал. Каждый местный людоед застолбил по кварталу, и все. С местных непуганых идиотов никто не требовал дань.

Они тут, Ута слышал, этим фактом гордились. И не хотели идти под руку соседей - ни к Уте, ни к Сове. И жили, не тужили.

Оба босса ближних районов плевали на них с высокой колокольни.

Уте, в общем-то, вполне хватало поборов с родных владений. Сова был пацифистом и даже дани не требовал. Он вообще никого ни к чему не принуждал, просто здравый смысл любого заставит в гостях у Совы затянуть пояс и жить по его правилам. Без приказов и без напоминаний. SSS-класс старика - это не шутки!

В остальном весь северо-восток Токио обходился без сильных лидеров, способных захватить и прожевать больше половины района.

Как бонус - никто с Уты за пропавшего гуля-другого не спросит.

Так что, напрягая слух и нюх, парень тщательно искал, на кого бы наехать, чтобы развеять скуку. И, когда услышал сдавленный визг жертвы и хлюпанье появляющегося наружу кагуне, Ута, не раздумывая и на всех парах рванул в нужную сторону.

Бинго!

На небольшом пустыре у мусорных баков какая-то безумная тетка размахивала чемоданом! Напротив нее вальяжно стоял самодовольный хмырь, в щупальце которого барахтался крохотный сверток. Тетка с ужасом и отчаянием разглядывала то куль, то гуля. Кулек оглашал окрестности писклявым криком.