Мама, я рокера люблю!
Шрифт:
Это он правильно заметил. Вчера я действительно постаралась при выборе наряда. На мне был безумно сексуальный атласный темно-зеленый топ с открытой спиной, украшенный какими-то серебряными штучками, а к нему я подобрала джинсы со стразами от Сваровски. В общем, выглядела я неплохо. Крис весь вечер пожирал меня глазами. Да и не он один. В клубе, куда мы отправились после концерта, все мужчины отвешивали мне комплименты и звали потанцевать. Так что я неплохо повеселилась. Плюс еще выпила шампанского, а потом коньяка под уговоры Пита, что понижать градус нельзя, а вот наоборот – очень даже можно. В общем, я плохо помню, что мы делали после часа ночи. Зато хорошо помню, что когда я засыпала, по радио сказали, что пробило пять.
Не знаю, насколько сексуально я выглядела, когда, наконец, вышла из душа. По бесстрастному лицу Тома это было трудно определить. Но когда мы сели в машину, он вдруг ласково посмотрел на меня и участливо спросил:
– Что? Очень плохо?
Из чего я смогла определить, что примерно так и выгляжу.
– Да как тебе сказать, бывало и хуже, - ответила я, усилено раскрывая глаза, чтобы не заснуть.
– Ничего. Там тебя ждет кофе и горячий завтрак.
– Давай, не будем о еде, - попросила я, ощутив внезапный приступ тошноты.
– Как скажешь, - хитро подмигнул он. И главное, я же прекрасно помню, что он выпил ничуть не меньше меня, а вот теперь был свеж как огурец. Вот, что значит сноровка.
– А где Крис? Где все? – занервничала я, внезапно осознав, что мы едем вдвоем в огромном лимузине, не считая, конечно, шофера.
– Крис подъедет сам, он уже проснулся, я с ним разговаривал. А остальные еще спят.
– Спят?! – с возмущением воскликнула я.
– Ну да. Им-то что там делать? Только под ногами путаться. Вот выспятся и подъедут, чтобы поддержать нас морально.
– Спасибо, не надо. Потом будет поздно, - буркнула я и сердито откинулась на спинку сидения.
– Послушай, тебе что, кого-то не хватает? Ты хочешь, чтобы кто-то определенный присутствовал на съемочной площадке?
– Нет. Как раз наоборот, я хотела бы, чтобы там никого не было. Ни души. А была одна большая кровать с шерстяным одеялом, под которое я бы залезла и уснула до завтрашнего утра.
– Послушай, Алиса, я ведь не заставлял тебя в этом участвовать. Или я не прав?
– Прав, - вздохнула я. – Ты всегда прав.
– А значит, не стоит дуться и тем более смущаться, когда все начнется. Я ведь знаю, что вам с Крисом это не впервой, так что не вздумай в последний момент прятаться под одеяло и строить из себя оскорбленную добродетель. Но не забывай, что теперь вернулась его девушка и он пока с ней.
– Когда я должна об этом не забывать? Когда буду изображать с ним секс? И вообще, что ты хочешь всем этим сказать, а? – мое похмельное сознание было не в состоянии расчленить весь этот поток мыслей на составляющие и постичь их суть, но мне было ясно, что Том пытается сказать мне какую-то гадость.
– Я сказал, что тебе не стоит принимать близко к сердцу эту сцену секса с Крисом, - повторил он.
– Хорошо, как скажешь. Только я совершенно не понимаю, при чем тут мое сердце.
Том ничего не ответил, а лишь выразительно поднял брови, намекая таким образом на мою странную непонятливость. Я тоже предпочла прекратить на этом наш разговор, так что к музею мы подъехали в полной тишине.
Как и говорил Том, Крис уже был на месте. Он сидел в холле у окна и с хмурым видом прихлебывал кофе из чашки. Можно сказать, что его образ гармонировал со всей окружающей обстановкой – серое постпраздничное утро, холодный холл музея.
– Привет, - кивнул он нам и принялся изучать свою чашку.
– Привет, - бодро ответил Том. – А где все?
– Съемочная группа уже в зале, Фред инструктирует массовку. Можешь к нему присоединиться. Думаю, он будет рад.
– А вы что же? – посмотрел на нас Том как на провинившихся детей. – Вам тоже надо послушать.
– А мы кофе выпьем и пойдем, да, Крис? – подмигнула я Крису. – Ты же угостишь меня?
– Вообще-то, кофе у них, - кивнул Крис в сторону зала.
– Понятно, - кивнула я, видя, что он явно не расположен к общению, и побрела следом за Томом, который уже успел куда-то умчаться.
В зале я уселась рядом с гримером и, попивая кофе, прислушивалась к указаниям Тома и Фреда, а заодно наблюдала за реакцией людей на присутствие знаменитости в непосредственной близости. Особенно, конечно, старались девушки – они просто из кожи вон лезли, чтобы произвести хорошее впечатление: понимающе кивали, смотрели прямо в рот и вообще, казались такими милыми, что я еле сдерживалась, чтобы не сказать какую-нибудь гадость и добавить горчицы в эту подливу.
Вскоре в зал вошел по-прежнему суровый Крис и плюхнулся в кресло рядом со мной.
– Ну что, тебя уже проинструктировали? – спросил он, беря очередную чашку кофе.
– Нет. Без тебя нельзя, - ответила я, все так же следя за девицами.
– Сандра должна была вчера приехать. Мы собирались отметить вместе Рождество. Кстати, так зовут мою девушку, - вдруг сказал он.
– Я так и подумала. И что же? Не приехала?
– Как видишь, - развел он руками.
– Поэтому у тебя такой убитый вид, - констатировала я, но на него при этом даже не взглянула.
– Она не просто не приехала. Она позвонила и сказала, что устала от подобных отношений, что ей надоели вечные разлуки и она так больше не может и не хочет. Как будто это я проторчал всё это время в Италии! И прекрати ты все время пялиться на Тома. Никто его не украдет, если он сам этого не захочет! – вспылил он внезапно.
– Этого-то я и боюсь, что захочет, - вздохнула я и, наконец, повернулась к Крису.
– Значит, ты должен сам поехать к ней и попросить ее стать твоей женой. Если, конечно, хочешь, чтобы ваши отношения на этом не завершились.
– В том-то и дело, что я не уверен, что хочу этого. Слишком много изменилось за то время, что ее не было в Лондоне, - произнес Крис, и между нами повисло напряженное молчание.
– Ты знаешь, как эти девчонки смотрят на Тома? – вдруг спросил он, проследив за моим взглядом.
– Как?
– Будто у него на лбу сиська выросла, - выдал Крис, и мы громко расхохотались.
Фред с Томом сердито покосились на нас, но я ничего не могла с собой поделать. Когда у меня нервы на пределе, я могу смеяться над любой глупостью. Вот и теперь я была не в состоянии остановиться. У меня уже слезы текли, а я все хохотала, как сумасшедшая.
– Что-то не так? – наконец, не выдержал Том, подходя к нам.
– Нет, все просто прекрасно, - дружно закивали мы с невинным видом, что еще больше взнервировало Тома.