Мамина дочка – 2
Шрифт:
– А то как же! И жалованье маловато, и обидели, – охотно ответил Лойс. – Вы и обидели. Нечего нос драть было. Хорошая госпожа в доме всем внимание оказывает, и стражникам, и садовникам, а уж конюху – первым делом! Мужскую стать проверить, допустить до тела. Я не хуже всякого наложника и обращение с дамой очень понимаю!
– Оборзел, – констатировала удивленно.
– Побрезговали, да? – прищурился Лойс. – Мной дамы помоложе и покрасивше не брезговали! Я у лиры Зекки любимый конюх был! И у лиры Ченны! Как вернется она с прогулки, так и задержится в конюшне…
– И чего ты хочешь? – оборвала его саморекламу. – Сам понимаешь, я обратно в конюхи тебя теперь не возьму.
– Денег и славы, разумеется, – слегка удивился Лойс. – Кому нужна ваша коню-ю-юшня на одну лошадь! Одно название!
– А что прославлять будем? Предательство госпожи?
– Нет, конечно! – возмутился Лойс. – Спасение от разбойников!
– А, так это ты меня спасаешь сейчас вон от тех разбойников, – понятливо кивнула и прикрыла глаза. – Ну, как спасешь окончательно, скажешь, а то я ведь могу сразу и не сообразить. Кстати, Белочку и коляску мою куда дели?
– Коляску продадим, перекрасим, на лошадь тоже покупатель найдется, – буркнул Лойс, пряча фляжку.
Следовало поразмыслить. Я и поразмыслила за предложенным мне перекусом: ломтем вареной говядины, черным хлебом с солью и зеленым луком. Ничего приятного и обнадеживающего не надумалось.
К сожалению, меня не ждали в имении. Мы с Эрвом не обговорили точных сроков. После свадьбы молодоженам предоставлялась «неделя уединения», на вдумчивое созидание наследницы, так что в ближайшие три дня мое отсутствие никого не встревожит. Розалия и Сабина тоже не станут навязываться, это же неприлично – мешать молодоженам. Конрад знает, что я в имении, считать иначе у него нет причины. А если мои охранники и Барн убиты, то даже сообщить о похищении некому.
Особенно, если разбойнички забрали оружие и гербовые перевязи. Мало ли кого ограбили и порезали ночные тати? Дело житейское. Правда, дело было ранним утром и в черте столицы, но что-то я сомневалась в расторопности стражи на рассвете. Люди устали за ночное дежурство, ждут пересменки, а не нового вызова. Магов-поисковиков нет в принципе. Выходит, и спасать меня особо некому.
Я недовольно засопела. Такая прорва мужиков вокруг, и все самой опять придется делать, и спасаться, и убегать. Неправильно как-то тут устроено все.
Прищурившись, посмотрела на солнце. Когда мы выехали, оно вставало слева. Сейчас почти над головой и немножко справа. Едем, следовательно, приблизительно на юго-восток. Это не моя провинция, пока еще коронный домен. Если продолжим движение, то выйдем в земли… чьи ж там земли-то? Я нахмурилась, вспоминая карту. Вроде бы там такое лоскутное одеялко, что сразу и не вспомнишь, небольшие поместья, а провинция Ромбальди.
Когда род набирает весомую силу, то его корона обкусывает, чтоб неповадно было. Вот и этих обкусали, там контрабанда, тут фальшивомонетничество, заговор, измена – были бы люди, а статья найдется. От тех Ромбальди только название и осталась.
Если поедем по левому берегу реки, то провинция Ромбальди, а если по правому, то Джуфино. И от моих земель мы удаляемся. В моих землях-то я худо-бедно примелькалась, люди меня в лицо знают. А тут… что, сережки или колечко бросить на месте привала? Браслет? Вот деревенские детишки будут счастливы! Лоскутки оторвать от платья? Так на нем тоже не написано «спасите Сению Мессерти». Но, с другой стороны, предположим, что меня все-таки будут искать. Значит, каждый след подспорьем будет. С меня не убудет, украшений на мне много. Мне нужно только рассыпать тут бусы. А для этого порвать нитку, и все. Дел – на секунду. Даже если заметят, все равно хоть две-три бусинки да закатятся, знаю я за ними такую подлость. Как ни собирай, потом еще несколько дней будешь находить бусины в самых неожиданных местах. Собранное ожерелье всегда короче рассыпавшегося.
Так и сделала: прикусила слегка нитку зубами, и она ожидаемо порвалась, когда меня поднимали с насиженного места. Абсолютно без моего участия. Я невинно хлопала глазами и причитала, а Лойс лично мои бусики собирал, ругался так, что заслушаешься. Конюх, да. Квалификация!
После привала меня снова погрузили в карету. К моему неудовольствию, мы несколько раз меняли направление, свет падал то справа, то слева, то вообще сзади. Кружили, следы заметали. Ближе к закату снова остановились. Ждали, не спешиваясь, минут двадцать, переминаясь и тихо переговариваясь.
Я подсматривала в щелочку, вид был прелестный. Купы темно-зеленых деревьев, сумеречная долина, прорезанная светлыми ниточками дорог, живописная деревушка на берегу реки, где в окнах начали зажигаться огоньки.
Наконец раздался топот копыт, бряканье металла, ржание лошадей. Приближался большой отряд. Мне стало тоскливо. Куда ж их столько на одну меня? Ненавижу чувствовать себя беспомощной и слабой. Типичная дева в беде, ау, где мой спаситель? А лучше десяток.
Обычно персонажи женского фэнтези сами себя загоняют в опасные ситуации и труднодоступные места, но я разве на них похожа? Вроде никаких глупостей не совершала. А нанять Лойса мне, между прочим, Барн сам посоветовал! Лично я в жестоком мире выросла и к чужим с опаской относилась. Пошла на поводу, вот и не мычи теперь!
Сухо защелкали замки арбалетов, я отпрянула от окна и скорчилась на полу, закрывая голову. Посмотреть, конечно, было любопытно, но получить болт в глаз не хотелось. Почему все эти готично-романтичные латники-рыцари сдулись? Потому что арбалет пробивает броню. Из лука пойди попади между пластин или в щель шлема, а арбалетчик по контуру лупит и ему пофиг, особой меткости не нужно. Раздались крики, звон оружия, но как-то быстро все кончилось. Дверь кареты рывком распахнулась, и я чуть не вывалилась на руки очередному наемнику.
О, нет! Опять?!
– Приветствую мою дорогую невесту, – шутливо раскланялся Веран эс Марефас.
– Вам не надоело? – устало спросила, стараясь не смотреть на лежащие вокруг тела.
– Неправильный ответ! О, простите, маленькая деталь, – Веран накинул мне на шею цепочку с круглым медальоном. – Амулет подчинения. Теперь вы будете смирной, покорной и послушной, как и надлежит женщине.
Я затрясла головой и попыталась снять украшение, но у меня ничего не вышло. Оно словно прилипло к коже. Даже несмотря на то, что руки мне любезно развязали. Пальцы проходили насквозь, не задевая цепь.
– Не старайтесь, не сможете снять. Магия высшего порядка, – хвастливо объяснил Марефас, глядя на мои попытки ухватить медальон. – Эс Гудини самолично зачаровал!
Пришлось признать, зачаровал на совесть. Я даже неприлично низко наклонилась и потрясла головой. По всем расчетам, цепь должна просто соскользнуть, но держалась, как приклеенная. С легкой улыбкой Веран смотрел за моими движениями.
– Иди ко мне, моя невеста! – наконец выдал он распоряжение.
Ага щас, бегу! Но мои ноги послушно сделали три шага, а тело выпрямилось. Да что ж это такое?! Не хочу, не хочу! Я пыталась заставить конечности шевелиться, отойти, отпрыгнуть, но у меня ничего не выходило. Стояла, как столбик, перед Вераном. Даже отвернуться не могла!