Чтение онлайн

Я подошла к стойке и протянула ей телефон.

– Не работает? – улыбнулась служащая и, бросив взгляд на трубку, пояснила: – Наверное, батарейка разряжена.

– Видите ли, – прошептала я, – он не мой.

– Да? – подняла брови девушка. – А чей?

– Не знаю, это я и хотела у вас уточнить. Нашла аппарат в туалете, кто-то забыл!

Служащая снова приятно улыбнулась:

– И не поленились приехать… Спасибо, оставьте, мы вернем владельцу.

– Хотелось бы самой…

– Я не могу назвать фамилию, – развела руками девушка, – это строго-настрого запрещено.

– Видите ли, – вновь прошептала я, – я подумала, раз человек заводит мобильный, значит, хорошо обеспечен, копейки не считает, а у меня зарплата триста рублей. Скоро Новый год, сын так о «Лего» мечтает, да куда там конструкторы покупать, тут бы с голоду не подохнуть. Честно говоря, понадеялась на небольшое вознаграждение, может, даст рублей сто…

Девушка повнимательней глянула на меня. Я положила перед собой ладони и бесхитростно улыбнулась прямо ей в лицо. Руки мои выглядели замечательно, мало того, что вчера исцарапала всю кожу, возясь в сене, так еще готовила на ужин винегрет и чистила свеклу. Теперь множество мелких ранок превратились в коричневые точки, а вокруг ногтей получилась темная несмываемая кайма.

Взгляд служащей потеплел, и она тоже прошептала:

– Ладно уж, подождите тихонечко да спрячьте аппарат от греха.

Я согласно закивала и повисла на стойке. Девица куда-то убежала, потом вернулась, держа бумажку.

– Возьмите.

Я сжала картонку в кулаке.

– Спасибо большое.

– Да ладно, – отмахнулась девчонка, – только не говорите, где адрес взяли.

Я медленно побрела к выходу. Внутри все ликовало и пело, больше всего хотелось прыгать на одной ножке и орать от переполнявшего счастья. Но бедная, голодная женщина не может скакать и веселиться. Поэтому я шла сгорбившись, шаркая потерявшими всякий вид замшевыми сапогами. Убогая нищая неудачница, мечтающая о ста рублях…

На улице я распрямилась и взглянула на листочек. Четким, каллиграфическим почерком на нем стояло: Молотова Татьяна Павловна, улица Розова, дом 18.

Если бы с неба сейчас посыпались золотые монеты, я и то бы не удивилась сильней. Ноги сами собой завели меня в супермаркет. Купив стаканчик кофе и пирожок с мясом, я еще раз прочитала бумажонку. Молотова Татьяна!

Мир тесен до безобразия, плюнь – и попадешь в знакомого. Ну кто бы мог вообразить, что симпатичный телефончик принадлежит любовнице моего мужа Михаила, той самой Танечке, любезно приславшей кассету с «эротическим» фильмом!

В супермаркете я бесцельно протолкалась около часа. Просто не знала, как поступить. Наконец набрела на полки с парфюмерией и бездумно уставилась в безукоризненно вытертое зеркало. Конечно, я сильно изменилась. Цвет лица из бледного превратился в розовый, глаза блестят, выгляжу на десять лет моложе, но это я, и Татьяна моментально узнает «соперницу», небось раздобыла где-нибудь мою фотографию и тыкала булавками в глаза! Значит, встречаться нам пока не следует, лучше сначала собрать о гадкой девчонке сведения, может, в ее ближайшем окружении выплывет жирный мужик по имени Слава.

Выпив три стаканчика кофе и проглотив еще пару восхитительно зажаренных пирожков, я наконец разработала гениальный план.

Первым делом понеслась на метро к станции «Тверская» и, спустившись в переход, ведущий к «Чеховской», нашла девчонку, торговавшую удостоверениями. На этот раз мне понадобилась ксива с буквами ФСБ, я собиралась стать агентом Федеральной службы безопасности. Уже знакомый парнишка начал заполнять графы и, услышав звание «майор», покачал головой:

– Знаете, дама, в ФСБ так звания не раздают, это вам не МВД. Там майор большой человек, начальник отдела, к примеру. К тому же вы женщина, давайте «лейтенант» напишу.

Но мне показалось не слишком серьезным представляться каким-то лейтенантишкой, и я велела:

– Лучше «капитан».

Парень, сопя от напряжения, принялся выводить каллиграфические буквы. Я подпрыгивала рядом от нетерпения, словно застоявшаяся лошадь.

Таня Молотова ни в чем себе не отказывала. Проживала женщина в уютном кирпичном доме с эркерами. Здание стояло в глубине двора, вход в который закрывали железные ворота. Сбоку виднелись кнопочка и табличка: «Сквозной проход закрыт». Я нажала пупочку.

– Кто там? – хрипло осведомился динамик.

– В домоуправление.

– Вы не наша жиличка, – не собирался открывать вход невидимый охранник.

Поколебавшись секунду и решив, что для бдительного сторожа хватит и милиции, я вытащила красное удостоверение и повертела им в воздухе. Небось где-то тут есть и телекамера.

– Открывайте, служебная необходимость.

Раздался противный писк, я толкнула калитку и оказалась в невероятно ухоженном дворе, такой встретишь только в кинофильмах про импортную жизнь миллионеров. Длинные ряды кустарников укутаны черной пленкой, клумбы завалены еловыми ветками, дорожки чисто выметены, пара урн выкрашены в приятный светло-коричневый цвет, скамейки, того же колера, сверкают так, словно их только что вымыли с мылом, а в дальнем углу стоит аккуратный железный домик, очевидно, там прячутся мусорные бачки.

В полном порядке и подъезды. Над каждым сделан железный козырек, стальные двери щетинятся домофонами, а сбоку, совсем как в каком-нибудь Париже, висит список жильцов. К тому же возле каждого подъезда имелись таблички, оповещающие об услугах. В первом расположилась сауна, во втором – тренажерный зал, в третьем – прачечная, в четвертом – домоуправление.

Обнаружив объявление «Домоуправ – 01», я набрала нужные цифры, дверь щелкнула. Она была такой тяжелой, что моих сил едва-едва хватило на то, чтобы приоткрыть узенькую щелочку.

Внутри оказалось очень тепло, светло и чисто. Под потолком горела не одинокая лампочка, а трехрожковая люстра.

Крепкий мужчина лет сорока поднялся из-за стола и довольно приветливо спросил:

– Вы к кому?

– В домоуправление.

– Прошу, – улыбнулся секьюрити и широким жестом указал на высокую дверь.

Я улыбнулась в ответ, толкнула створки и оказалась в большой, просторной, очень чистой комнате. Очевидно, местные власти любили растения, потому что в помещении все цвело и зеленело. На подоконнике устроились горшочки с декоративным перцем. Мелкие красные плоды густо покрывали растения. Рядом, в кадке, источал удивительный аромат лимон, увешанный тяжелыми желтыми цитронами. В углу буйно раскинули листья неизвестные мне деревца, похожие на карликовые пальмы. Посреди этого великолепия в голубой, обитой атласом корзине спал чудовищный кот самой плебейской «тигровой» окраски. Животное было бы ничем не привлекательно, кабы не вес, килограммов двадцать, не меньше. Огромная круглая голова напоминала рысью, могучие лапы вываливались из корзинки, впрочем, живот и хвост тоже. Котяра самозабвенно пел, источая довольство и счастье.

– Какой большой! – ахнула я.

Женщина, сидевшая у письменного стола, подняла голову от ведомости.

– Да уж, наш Леопольд – мужчина в теле, подобрали у бачков в прошлом году, чуть больше мыши размером, все ел без разбору – суп, кашу, макароны, – а теперь поганцу мясо покупаем, да еще не всякое жрать станет. Принесешь слишком жирное, морду воротит! Вы ко мне?

Я окинула взглядом ее простоватое лицо с носом картошкой и редкими кустиками бровей. Наверное, разведенка, на руке нет обручального кольца, только золотой перстень с большим кроваво-красным рубином. Скорей всего зарплата маленькая, но пытается привлекательно выглядеть – симпатичная белая блузочка и шерстяной пиджак в мелкую клетку. Губы намазаны не совсем подходящей по тону помадой с перламутром, ее цвет не совпадал с колером лака на ногтях. К тому же брови слишком черные, а жирные подводки на нижних веках сделали маленькие глазки похожими на щели. Но в целом впечатление приятное, скорее всего она не слишком умная и не вредная тетка.