Чтение онлайн

– Только не здесь! – завопил Сережка, роняя вилку.

– Меня сейчас стошнит, – пробормотала Юля, выскальзывая за дверь.

Я была с ней солидарна. Слышала, конечно, про модную ныне уринотерапию, но применять ее на практике…

– Скажите, пожалуйста, какие мы нервные, – дернула плечом гостья и ушла.

Из ванной послышались плеск воды и ее бодрое пение.

– Никогда бы не сумел пописать на голову, – возвестил Кирюшка. – Как она умудрилась сделать такое?

– Хоть ты помолчи, – велел Сережка и резко отодвинул от себя чашку с чаем. – Спасибо, Лампадель, но у меня весь аппетит пропал.

Шум воды утих, следом загудел фен. Я стала собирать тарелки со стола, неожиданно подумав: а что, если Катю уже убили? Ведь негодяи получили бумаги, и она им больше не нужна! Может, все-таки стоило обратиться в милицию? Но я слишком долго читала все выходившие в нашей стране криминальные газеты и знала: правоохранительные органы медлительны, нерасторопны и склонны верить только неопровержимым доказательствам. А тут явлюсь я с дурацкими рассказами. В лучшем случае выгонят, в худшем вызовут психиатрическую перевозку.

По кухне поплыл ароматный дым. Сережка раскурил «Мальборо».

– Ты бы поменьше табаком увлекался, – брезгливо заметила я, – желудок испортишь.

Юноша уставился на меня удивленным взором:

– При чем тут желудок?

– Ну когда глотаешь дым, очень горячо в желудке делается!

– Ой, Лампадель, – расхохотался парень, – кто же дым глотает, его вдыхают.

– Как? – удивилась я. – Всегда считала, что глотают.

– Смотри, – ухмыльнулся Сережка и с наслаждением затянулся.

– Дай попробую, – попросила я.

Сережка протянул пачку. Я зажгла спичку, поднесла к сигарете…

– Теперь тяни воздух внутрь, в легкие, – велел «педагог».

Я вдохнула клубы и моментально принялась судорожно кашлять. На глаза навернулись слезы, рот наполнился горькой слюной. Бог мой, какая гадость! Отчего же это у курильщиков такие блаженно-довольные лица? Нет, решено, я только глотаю дым, пусть это не совсем правильное курение, но мне оно нравится намного больше.

– Эти сигареты крепкие, – пояснил Сережка, – лучше взять ментоловые или легкий «Вог».

– Спасите, – донеслось из ванной, – кто-нибудь, на помощь!

Мы бросились на зов. В маленькой парной комнате стояла с феном в руках Виктория. Безжалостно-яркий свет стоваттной лампы освещал ее подтянутую фигуру, облаченную в халат.

– Что случилось? – нервно спросила я.

Гостья, не в силах сказать ни слова, подняла руку и ткнула пальцем в голову. В следующую секунду мы с Сережей схватились за руки и постарались не заржать во весь голос. Зрелище было ошеломляющим.

Роскошные, на удивление пышные волосы женщины блестели словно в рекламе шампуня «Пантин». Пряди красиво изгибались, окаймляя лицо, прическу можно было счесть идеальной, кабы не одна малюсенькая деталь. Роскошные кудри сияли всеми оттенками зеленого – от нежно-салатового до густо-изумрудного.

– Ни фига себе! – завопил появившийся Кирка. – Тетя Вика, ты похожа на взбесившуюся елку!

– Да уж, – пробормотала Юля, – эффект сногсшибательный.

– Нет, ужас, отчего такое вышло? – лепетала Виктория, щупая похожие на пучки молодой петрушки волосы. – Просто безобразие, я подам в суд на магазин. Между прочим, покупала краску не где-нибудь в подворотне, а в фирменном представительстве «Велла» на Тверской. Если уж там подделку всучили! Вот, гляди, черным по белому написано – «светлый каштан». – И она ткнула мне в руки коробочку с изображением молодой женщины.

– Дай сюда, – велел Сережка и прочел: – «Фирма гарантирует данный оттенок только при соблюдении всех правил окрашивания». Да, тебе ничего не светит, тут ничего не написано о том, что краску можно смешивать с содержимым унитаза! Наверное, произошла неуправляемая химическая реакция.

– И что мне делать?

– Выкрасись в черный цвет, – посоветовала Юля.

– Но он старит! – взвизгнула Виктория.

Я оставила их разбираться в ситуации и отправилась в свою комнату изучать записную книжку.

В ней оказалось не так много фамилий, штук тридцать, не больше. В основном были записаны инициалы, например, Виноградов В. Вот и гадай тут, то ли Владимир, то ли нужный мне Вячеслав. Имя Слава оказалось упомянуто всего три раза. Первый раз стояло – Краснов Слава, потом Славочка Леонидов и, наконец, просто Слава.

Поглядев на часы, я заколебалась, все-таки начало одиннадцатого, многие уже легли спать, с другой стороны – зато все дома! Отбросив в сторону сомнения, я набрала первый телефон. Трубку схватили сразу.

– Алло, – прозвучал слегка надтреснутый голос пожилой женщины, – вам кого?

– Позовите Славу.

– Кто его спрашивает? – проявила бдительность бабулька.

– Старая знакомая.

– А зачем он вам?

Интересно, как бы дама прореагировала, услышь она правду: «Ваш Слава бандит, и я хочу узнать, куда он запрятал мою подругу».

– Он брал у меня книгу и не вернул.

– Что-то путаете, любезная, – проворковал голос, – Слава три года как живет в Израиле, а сюда показывается только в декабре, звоните через месяц.

Так, набираем следующий номерок. Трубку опять сняла женщина, на этот раз молодая. Звонкий голосок, слегка запыхавшись, пропел:

– Вам кого?

– Можно Славу.

– Какого?

– Леонидова.

Женщина рассмеялась, ее радостный смех веселой трелью прозвучал в ушах, так может реагировать только счастливый человек.

– К сожалению, он пока не может подойти.

– Его нет?

– Есть, – ответила девушка и снова захохотала.

– Позовите тогда, пожалуйста.

– С удовольствием бы сделала это, – продолжала веселиться хозяйка, – но Славочка не скажет ни единого слова.

– Отчего?

– Ему только семь месяцев вчера исполнилось, – ответила молодая, давясь от хохота.

Я швырнула трубку и улеглась спать.

Утром набрала не отвечавший вчера номер и потребовала:

– Дайте Славу.

– Слава слушает, – ответил строгий женский голос.

– Мне Славу, – настаивала я.

– Слава слушает, – невозмутимо раздалось в трубке.

– Вы Слава? – изумилась я.

– Да, – подтвердила невидимая собеседница, – второй часовой завод «Слава», отдел реализации готовой продукции.