Чтение онлайн

Бак Фрейзер восхищался меняющийся трехмерной спиралью ДНК. Бумага больше не была только бумагой, это было изобретательно и чрезвычайно безопасно. Необходимые тридцать восемь миллионов долларов авансом для гарантии, своего рода первоначальный взнос, не были непомерно высокими в медицинской сфере, даже в период кризиса, и объявленная годовая прибыль в размере семи процентов от чистого объема продаж - все так, как должно быть. Все имело цену, и он был одним из немногих людей, которые знали ценность неприкосновенных патентов.

Уникальность заключалось в том, что это предложение не сосредоточено только на фармацевтике, в него также были включены эксклюзивные права на конкретные производственные процессы. Будущие владельцы патентов, после того как подписали бы этот контракт, доминировали бы на мировом рынке в отношении генетически модифицированной медицины.

Он потер подбородок и прищурился. Несмотря на то, что консорциум за предложением провел все подготовительные работы, он не мог разгласить неортодоксальный план спасения, который складывался в его голове. Это был бы смелый шаг: ставки станут выше, чем обычно, и когда он будет не в состоянии обеспечить удовлетворительное обоснование, станут появляться слухи, которые быстро доберутся до членов Совета и до акционеров. Эффект неожиданности, если он преуспеет в реализации запутанной стратегии, будет потерян, а вместе с ним будущее ГлобалХим. Сейчас более чем когда-либо было важно держать язык за зубами.

Бак перелистал страницы контракта. Не только вопрос патентов смущал его, но и гарантированность потенциального рынка, и это был еще один вопрос, который делал Старого бульдозера подозрительным. Как гарантировать рынок? Как гарантировать несколько рынков? Ну как вообще гарантировать несколько рынков в нескольких странах для нескольких продуктов в далеком будущем? Это было что-то, что он за многие годы работы, как руководитель одной из крупнейших в мире фармацевтических компаний, еще не понял.

Тем не менее, адвокаты были краткими, условия были конкретными, и Бак снова прочитал: «Интересы консорциума лежат исключительно в развитии патентов, а также в подготовке рынков для продуктов, основанных на таких патентах. Будущим владельцам гарантируется максимальный оборот». И дальше он читал: «Числовые примеры колеблются и требуют предварительного знания мирового потребления лекарственных средств, а также существующих размеров рынка для генетически модифицированных культур и использования их в фармацевтических целях».

Рассматриваемый с этой точки зрения авансовый платеж был довольно скромным, и он подозревал, что это покроет расходы только на начальных этапах исследований и разработок. Реальный доход для консорциума за контракт станет продолжающейся прибылью в диапазоне семизначных цифр, получаемых ежегодно навечно.

Он попросил не беспокоить его на оставшуюся часть дня, и Бетти Вэйн Райт знала, что это приказание Старого бульдозера было священным. Так она защищала его от визитов, когда он лежал больной в Японии после отравления рыбой несколько лет назад и новая команда менеджеров готовила большой проект по его замене.

Однако он обманул смерть, уволил половину вице-президентов, вернулся в зал заседаний и поблагодарил Бетти за лояльность, щедро повысил ей заработную плату и дал свободу в работе, а она в то время думала, что никогда больше не будет нужна. Она приходила и уходила, как ей заблагорассудится, конечно, в значительной степени это соответствовало рабочему времени Старого бульдозера– от 55 до 60 часов в неделю.

Несмотря на то, что они были давно знакомы, тон общения был краток и деловит.

Она постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, открыла ее:

– Если для меня нет больше дел, могу я уйти?

Он пригласил ее зайти.

– Сядьте! У вас есть две минуты, не так ли?

Она взглянула на часы:

– Не больше, чем две.

– Это не займет много времени.
–  Он бросил контракт на стол и прорычал: - Страница 11, раздел 22, пункт «б». Прочтите!

– Вы хотите, чтобы я прочла вслух?

Он кивнул.

– «Консорциум гарантирует доминирование на рынке в течение всего срока действия патента, что на практике означает вечно (со ссылкой на статью 32, пункт «е»), если специально не указано, что…».

Старый бульдозер прогремел:

– Стоп, стоп… Остановитесь Бетти! Сколько контрактов мы подписали за эти годы?

– Точное число?

Он посмотрел на нее гневно:

– Если вы будете продолжать отвечать вопросами на вопросы, возможно, нам придется поменяться креслами.

Она не обратила внимания на его гнев и спокойно сказала:

– Я не помню точную цифру, от 100 до 150 контрактов в год. Мы работаем вместе в течение почти сорока лет. Так я думаю около пяти тысяч.

– Да? И что вы скажите?

– Про что?

Он посмотрел в потолок, прежде чем ударить кулаком по столу так, что телефон подпрыгнул на несколько дюймов.

– Есть моменты, когда я не понимаю, почему я вожусь с вами!

Она покачала головой, теперь улыбаясь:

– Это, должно быть, цвет вашей новой рубашки так смущает меня. Вы не возражаете добраться до сути дела? Так я смогу, по крайней мере, присутствовать на втором акте оперы в Линкольн-центре!

Он посмотрел на свои золотые часы.

– Я думаю, что первый акт будет перед вторым, - с сарказмом произнес он.
–  Сейчас только половина восьмого. Преувеличение улучшает понимание, и я получил ваше внимание, не так ли? Мой водитель Альфред может отвезти вас, тогда вы успеете. Заметили ли вы слово «навечно»?

– Конечно. И что?

– Боже, помоги мне, теперь вы снова задаете вопросы!
–  Он тяжело дышал.
–  Ничего, но позвольте мне объяснить вам. Существуют ли какие-либо из тысяч контрактов, упомянутые вами ранее, которые не включают в себя ограничения по срокам?

– Есть всегда ограничения по срокам и ничто не является бессрочным.

– Тогда проверьте раздел в «Определениях» в предложении по заключению контракта.

Она нашла страницу и изучила текст.

– Точная формулировка - «бессрочно». Но как?
–  Она закусила губу.
–  Как они гарантируют постоянно растущие доходы «навечно»?

Он торжествующе посмотрел на нее.

– Так что? Наконец, осенило вас? Это именно то, что меня смущает! Там должен быть подвох!